— К темным магам не ходила? — строго спросила тетка прямо с порога.
— Нет, — пожала плечами Джейлис, и тема сошла на нет.
Год назад, уходя из отчего дома, Джейлис бежала не только от тягучей скуки придуманной для нее жизни — работать на сыроварне, выйти замуж за какого-нибудь соседа и либо продолжать всю жизнь месить несчастный творог, либо заняться чем-то столь же захватывающим уже в его семье. Довольно бесславное существование. Но все-таки это было бегство не от, а за. За смыслом.
Джейлис хотелось, чтобы в ее жизни не было ровным счетом никаких обязательств. Никаких никому не нужных действий, никакого принуждения. Чтобы ей восхищались, ее превозносили, может быть, еще чуточку побаивались, понимая, насколько она... «Особенная» — звучало слишком глупо, будто она гордячка, но подобрать другое слово не удавалось.
Ей хотелось, чтобы на нее смотрели. И не с жалостью, а с завистью. Что могло подойти лучше, чем магия?
Родители не желали ничего слышать, у них вообще были определенные проблемы с тем, чтобы понимать чужие слова, друг с другом тоже. Иногда Джейлис думала, что в ушах мамы и папы сидят маленькие пакостные существа и озвучивают совсем другие вопросы, да так умело, что родители даже не догадываются, что отвечают невпопад. Наверное, на самом деле они были неплохими людьми. Просто привели ее в этот мир, не слишком осознавая, для чего это делают, — как не понимали, для чего делают большую часть других вещей.
Тетку к моменту побега Джейлис видела от силы раз десять. Та время от времени приезжала к сестре, погостить да поругаться. Джейлис часто увязывалась с ней — тетка ворчала, но больше для виду. Иногда рассказывала страшные истории, а чаще просто смешные. Называла мелкой пакостницей и транжирой, но всякий раз, уезжая, оставляла племяннице немного денег, и Джейлис аккуратно прятала их в глубине своего сундука.
Собственно, на это золото Джейлис и сбежала, оставив родителям короткое письмо. Специально подгадала, чтобы приехать в теткину деревню на праздник весны, в день, когда дурная примета на чужие просьбы не откликаться.
Легко узнала у местных, где живет достопочтенная ведьма, постучалась в дверь, радостно улыбнулась, когда открывшая тетка окинула скептическим взглядом ее сумки.
— И?
— Хочу, чтобы вы меня к себе в ученицы приняли и мы бы вместе жили. Вы меня будете колдовству учить, а я вам помогать всячески.
Из-за спины тетки выглядывала молочница — тогда в ее с мужем отношениях уже успела пробежать первая трещинка, а сама госпожа Эльсе, вся разряженная, накрашенная, таинственная, вдруг показалась Джейлис небожительницей, которой вообще-то никакой закон не писан, так что сейчас она посмеется и закроет дверь, и пусть удача только попробует отвернуться от нее за это нарушение традиций.
Но повезло: тетка покачала головой и шагнула в сторону, освобождая дверной проем.
— Вещи занеси и кыш, погуляй еще часок, можешь вон на рынок сходить, хлеба купить. Не видишь, что ли, — у меня посетитель.
К вечеру того дня все уже знали, что у госпожи ведьмы появилась ученица, а еще через пару дней пришло письмо от родителей. Тетка не показала, что там было, усмехнулась саркастически: «Ну вот магии научишься — через расстояние прочтешь», но выгонять не стала. В глубине души Джейлис подозревала, что ей даже льстило такое внимание и восхищение племянницы.
За время совместной жизни восхищение слегка поистрепалось, но уважение никуда не делось. Разумеется, тетка иногда ошибалась — и это расстраивало, Джейлис твердо решила, что сама она, когда вырастет, так делать не будет. Ошибалась, но в отличие от родителей обычно умела слушать, совсем уж бред не несла, да и в целом была пусть и не образцом будущей жизни, но чем-то вполне приемлемым.
А теперь все сломалось. Тетка боялась. Тетка врала. Тетка, возможно, даже не была ведьмой на самом деле — последнее жалило так жестоко, что Джейлис гнала эти мысли поганой метлой, просто не допускала такое в свой мир.
Магия существовала вокруг, разливалась по лесам и городам. Да, темные маги не принимали в ученицы девочек, но исключительно из-за собственной ограниченности. Ведьмы существовали. Ведьм знали, ведьм уважали. И то, что тетка врала...
В конце концов, совсем измучившись, Джейлис решилась. Вместо рынка она свернула на дальнюю дорогу и спешно двинулась к маячившей на горизонте мельнице. Дитер-кондитер все же казался добрым человеком, вдруг поможет.
В этот раз на крыльце стояли другие мальчишки, видимо, те самые мелкие дураки, о которых говорил Марко.
Особо мелкими они, разумеется, не были: один, наверное, ее ровесник, второй чуточку помладше.
— Где Дитер? — поприветствовала их Джейлис, не дожидаясь ни фальшивых расшаркиваний, ни упражнений в остроумии. — Мне срочно, срочно нужна его помощь.
— Ты та самая ведьмина ученица? — поинтересовался младший, внимательно ее разглядывая. Глазища у него были как у голодного кота-подростка. Вырастет — миленький будет.
— Да, та самая, — кивнула Джейлис раздраженно. — И когда я говорю «срочно»...
Старший ученик невозмутимо заглянул в мельницу и негромко позвал:
— Учитель?
Послышались приближающиеся шаги, и Джейлис осеклась, кусая губы. Честно говоря, срочным дело было исключительно для нее. А ну как Дитер все еще злится за попытку подкупа и как прогонит ее взашей?
— Джейлис? Быстро ты вернулась.
Нет, Дитер не казался злым, саркастичным или недовольным, просто немного усталым. От него пахло деревянными опилками, и часть стружки прилипла к одежде и рукам. Это он что, на досуге свистульки вырезает?
— Я... не уверена, можно ли к вам с таким приходить, но не знаю, с кем еще посоветоваться. — Джейлис мотнула головой, скинула со лба кудряшки. — У меня видение было. Это ж не вы сделали?
— Заходи, — Дитер гостеприимно махнул рукой внутрь мельницы, и Джейлис с удовольствием приняла приглашение.
В этот раз стол не ломился от яств, вместо этого его покрывали инструменты и, действительно, небольшие деревянные фигурки, вернее, пока только их заготовки. Дитер любезно предложил чай, и Джейлис, кивнув, продолжила их исподтишка рассматривать.
— Так что за видение? — напомнил Дитер, когда игнорировать молчание стало совсем уж невозможным.
— Я когда от вас шла обратно, вдруг будто оказалась в чужом доме и увидела... кое-что, не предназначенное для моих глаз. А потом просто пожелала вернуться — и опять на улице стою. Ну и оказалось, что это правда случилось. Может, ледяные феи постарались? Или ваши ученики?
Дитер задумчиво размешал в чашке ложечку меда и протянул Джейлис.
— Сомнительно. Нечисть не обладает такой мощью, да и зачем ей тебе помогать? Марко... Мы можем спросить его, когда он вернется, но тоже вряд ли. Видения — вполне ведьминское умение, почему оно тебя так смутило?
Джейлис отвела взгляд. Говорить о своих подозрениях совершенно расхотелось, вдруг это будет предательством? Или развяжет темным магам руки, и они устроят что-то по-настоящему страшное?
— Моя тетя не считает нужным обсуждать подобное, — наконец выдавила Джейлис наиболее нейтральный ответ из тех, что толпились в голове. — Я не уверена, почему. Я даже не уверена, что это действительно было видение... Вдруг я придумала все?
— Хм, — Дитер помолчал, слегка нахмурившись. — Расскажи мне о нем во всех подробностях.
Во время рассказа Джейлис то и дело слышала шорохи: видимо, ученики Дитера радостно грели уши, но, честно говоря, сейчас это казалось наименьшей проблемой из возможных. Джейлис умолчала