— Кто?
— Твоя свекровь.
В моем саднящем от непривычно долгого выступления перед публикой горле застревает нервный смешок.
Нет, ты посмотри на нее!..
Светлана Николаевна звонила вчера, чтобы узнать, с кем останется наша дочка, когда я уйду на работу. Я доходчиво ей объяснила, что за ней присмотрит моя мама, которой я полностью доверяю.
Но видимо не доверяет она, раз решила приехать и проверить, как мама справляется.
— Давно она приехала?
— Пару часов уже сидит!.. Вы скоро приедете?
Я бросаю взгляд на часы и прикидываю, что через час мы с Давидом должны уже быть дома.
— Скоро мам, — усмехаюсь тихо, — Держись там.
— Не задерживайтесь.
Светлана Николаевна кардинально изменилась с рождением Маши. До такой степени, что порой я не узнавала ее. Как шелуха слетели высокомерие, надменность и снисходительность, и она превратилась в обыкновенную, помешанную на своей внучке, бабушку.
Мы с ней не раз и не два еще обсуждали ее ко мне отношение и всю ту ситуацию с разводом семь лет назад, и смогли со временем если не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Лезть к неу под кожу я больше не хотела, и вся инициатива по нашему сближению перешла в ее руки.
— Как все прошло? — спрашивает муж, когда я захожу к нему в кабинет с плащом и сумкой в руках, — Понервничала?
Я не собиралась в этом признаваться, но он знает меня лучше себя самого.
— Пф-ф-ф... немного.
Короткое объятие, его губы на моем виске, а потом сухой поцелуй действуют на меня как волшебная пилюля и снимают стресс.
— Поехали домой, там...
— Моя мать, я знаю, — говорит он, насмешливо дернув бровью.
— Она звонила тебе? Зачем?..
— Я сам звонил. Твоей маме...
— Эй! — толкаю его в плечо, — Ты ей не доверяешь?! Думаешь она не справится с маленьким ребенком?.. Она нас со Златой вырастила!
— Доверяю, — смеется Давид, — Я за Мэри переживал... Как она там без тебя.
— В порядке она!.. Ей с моей мамой хорошо!
— Да, понял уже, — подталкивает к двери, — Поехали, пока они там не подрались.
Прошло уже больше двух лет как мы вместе, и чуть больше года, как мы снова женаты, а я все еще боюсь проснуться и понять, что это всего лишь сон. Затяжной, реалистичный и напрочь отбивающий все сомнения, но все же сон.
И от этого каждое прожитое мгновение, каждое прикосновение и тихо сказанное на ухо слово, каждая улыбка нашей дочки — для меня ценнее всего, что может быть в мире.
Мы любим так же, как любили семь лет назад, когда только встретились, но при этом совсем другие. Наши чувства стали осознанными, и осознание это сделало нас неуязвимыми. Я не представляю, что должно случиться, чтобы я усомнилась в нас.
Давид с жадностью забирает все, что я ему даю. Любовь, тепло, ласку, нашу дочь. И я рада, что первой родилась именно девочка — она пришла в этот мир, чтобы превратить сухаря Росса в сентиментального папашу, и добилась этого уже в первую минуту после своего появления на свет. Я помню его глаза в тот момент.
— Как думаешь, вспоминала нас? — спрашивает он задумчиво, ведя машину в плотном автомобильном потоке.
— Мне кажется, у нее не было на это времени. С двумя-то бабушками.
Мы пока не нанимали профессиональную няню. Хотим для начала приучить ее к моему отсутствию целый день.
Оставив машину на парковке во дворе, на лифте поднимаемся на третий этаж и открываем дверь квартиры своим ключом.
— Ходить босиком полезно для иммунитета, — первое, что мы слышим, когда переступаем порог.
— Она еще маленькая для этого!.. Застудит ножки — будет насморк!.. — возражает мамин голос.
— Не будет!.. Я подписана на канал очень авторитетного педиатра, который говорит...
В этот момент из комнаты, в которой спорят бабушки, выглядывает Маша. Сначала появляется голова с двумя тоненькими хвостиками на макушке, а потом, взвизгнув, вся она.
Неуклюже подпрыгнув на месте, она бежит к нам со всех ног и, остановившись на мгновение, раздумывая, кого обнять первым, выбирает все же ногу отца.
Давид роняет портфель на пол и подхватывает ее на руки. Машка, хохоча от счастья, лезет к нему со слюнявыми поцелуями.
— Принцесса моя!.. — бормочет муж, обнимая ее хрупкое тельце, — Соскучилась?
Лопоча что-то на своем языке, она смеется, а потом перебирается ко мне.
— Ой!.. — восклицает свекровь, заметив нас, — Вы уже вернулись? А мы уже ужин приготовили...
— Машеньку накормили, — добавляет мама.
— И сказку почитали.
— И названия животных поучили...
— Бедная Маша... - проговаривает Давид шепотом.
— Я все слышу! — заявляет Светлана Николаевна, — Это потому, что бабушки две, а внучка всего одна!..
Я усмехаюсь и вдруг ловлю на себе взгляд мужа, которого будто только что осенило.
Ну, нет.
Сразу нет!.. Не в ближайшие пять лет!.. И не в три!
И точно не в следующем году!