— Что за…
У моего фитнеса, развалившись на дорогом мотоцикле, сидит девчонка. И смотрит на меня. Когда видит, что я её заметил, облизывается. Демонстрирует небольшие клыки.
Но у меня нет времени. Срываюсь с места и еду к истинной. Гляжу в зеркало заднего вида. Рыжая следует за мной. Очень интересно…
Резко перестраиваюсь, вызвав бурное недовольство всего потока. Ну, сорян, братишки. Мне нужнее…
Так виляю, чтобы убедиться: бестия следует за мной.
Ну ладно, цыпочка, сейчас поиграем. Съезжаю на нужном повороте, направляюсь прямо к зданию лаборатории. Давлю на газ, чтобы оставить себе время для манёвра.
Но ставлю тачку не на большой парковке, а на стояночке за корпусом. Выскальзываю через пассажирское сиденье. Прячусь за машиной.
Рыжая заезжает следом. Снимает шлем, быстро бежит к моей машине. В её руке блестит что-то металлическое. Отмычка? Попалась, сучка…
— АЙ! — верещит, когда я хватаю её за горло и впечатываю в дверь машины.
— Почему ты следишь за мной? Кто ты, блядь?
Молчит, губы поджимает. Смотрит огромными глазищами. Не человек. Встряхиваю девчонку.
— НУ? — рычу.
— Я… — хрипит она, — я… дышать нечем… отпусти, расскажу…
— Говори, — слегка ослабляю хватку.
— Хе-хе, — скалится она, — попался, пантерик!
Тресь!
Чувствую адскую боль в паху. Морщусь, машинально хватаюсь за свои несчастные бубенцы. Бляяядь! Девка срывается с места и бежит к мотоциклу.
Ковыляю за ней. Удар поставлен у этой рыжей сучки. Знает, куда бить и с какой силой. Она запрыгивает на мотоцикл и срывается с места.
— Пиздец! — выругиваюсь, — надо же было бабе поверить! Ладно, пойду к сметанке, она меня подлечит.
Ковыляю через чёрный ход на третий этаж в лабораторию своей волчицы. Я безумно соскучился.
— Ммм! Боря… стой… — слышу её стон и влетаю в кабинет.
— Уля-ля, — опираюсь на косяк, облизываюсь, — неужели чья-то сладкая крепость пала?
Все проблемы тут же испаряются. Ведь я вижу, как Кира сидит на столе с раздвинутыми ножками. Пиджак и рубашка валяются на полу. Малышка в расстёгнутых брючках и полупрозрачном лифчике. Борис ласкает нашу сметанку. Терзает ее губы.
Сука, как долго я этого ждал! Облизываюсь.
Запираю дверь, приближаюсь. Провожу по тонкому запястью нашей истинной.
— Почему брюки, малыш? — мурчу, сжимая её худенькие бёдра.
— Ах! АХАА! — она прижимается к Борьке, стонет.
Взгляд затуманен. Истинная страсть вырывается на свободу. Значит, не зря мы старались. День за днём следили, наблюдали. Не выпускали Киру из зоны видимости.
— Я тоже хочу, — отрываю малышку от друга, накрываю её губки своими.
Сладко! Сука, это лучшее, что я испытывал в жизни! Поцелуй истинной. Кира податливая, мягкая. Раскрывает ротик. Её глаза горят ярко-жёлтым, во взгляде пылает желание. А от её запаха мой член тут же встаёт.
— Думал, ты не приедешь, — рычит Фролов, — чего так долго?
— Ммм, — отрываюсь от своей девочки, — я в зале был. И тут случилось кое-что… потом скажу…
Тук-тук!
Да блядь! Кого принесло?
— Кира! Могу войти? — слышу писк ассистентки лаборатории, — это срочно!
— Да! Подожди… — наша малышка приходит в себя, отпихивает нас, — боги, что я наделала…
— Может, ну её, а? — стону, — малыш, нам есть, чем заняться!
— Я на работе! — рычит волчица, дрожащими пальчиками застегивает рубашку.
Но у неё не выходит, Кира слишком взбудоражена.
— Дай я, — аккуратно отнимаю её лапки, сам застёгиваю рубашку.
— Спасибо, — она густо краснеет, — Тимур.
— Тим, сладкая, — обхватываю её личико ладонями, рассматриваю.
Безумно нежная, красивая, сексуальная девочка. Наша.
— Мне нужно открыть, — отстраняется, бежит к двери, — заходи, Ясь. Что за дело такое срочное?
— С тобой хотят встретиться. Говорят, в город приехал один арабский меценат, и он горит желанием с тобой познакомиться…
Глава 5
Кира
Замираю, всё тело деревенеет. Арабский меценат? Коты внимательно смотрят на меня. Стараюсь не выдать паники, охватившей меня целиком. Мышцы наливаются свинцом.
В горле застревает ком. Лёгкие сжимаются, не дают дышать. Внутренний зверь тоскливо воет, забивается в самый дальний уголок сознания.
— А зовут его как? — надеваю очки, стараюсь не выдать себя.
— Кадир Аль Эаниф. А ты же его знаешь! — воодушевленно восклицает Яся, — вы работали вместе! На твоих исследованиях стояла его подпись. Я и думала, куда он пропал после той поездки? Он тебя не забыл, Кира! Это так круто!
Сглатываю. Кончики пальцев леденеют. Не забыл…
— Конечно не забыл! — слышу глубокий низкий бас, почти теряю сознание, — как можно забыть столь яркую и интересную девушку?
Кадир. Стоит сейчас в дверях передо мной. Прямо в моей лаборатории. Мой оживший кошмар.
Боря и Тим принюхиваются. Из взгляды становятся острыми, агрессивными. Мои истинные напрягаются. Я чувствую, что хищники готовы к атаке. Делаю шаг назад, отчаянно хочу спрятаться за широкие спины истинных.
Дракон одет, как всегда, с иголочки: тёмно-синий дорогой костюм, сверху бессменный тонкий светло-серый кашемировый плащ. Борода идеально выбрита, волосы уложены. Дорогущие часы и запонки.
Расслабленный, уверенный. Руки в карманах, он даже и бровью не повёл на агрессию котов. Цепкий взгляд прикован ко мне.
— Кира, — он улыбается, делает шаг ко мне, протягивает ладонь.
Нет!
Всё моё нутро кричит бежать, спрятаться. Уехать подальше, а лучше на другую планету улететь. Но я натягиваю сдержанную улыбку и пожимаю ладонь. Большую, горячую. Которой он…
— Проходи, Кира, — Кадир галантно открывает мне дверь.
Я вхожу в шикарный холл огромного дворца. На мне красное платье, которое мне прислал дракон. Заказал машину. И вообще все время, что я занимаюсь исследованиями, Кадир постоянно проявляет знаки внимания. Приглашает в рестораны, водит на потрясающие арабские шоу.
Но моё тело молчит. Значит, не он — мой истинный?
— О чём задумалась, айни? — ласково спрашивает мужчина, — вина?
— Давайте. Вы живете здесь один?
— Да. Лишь я и эти древние стены, — он протягивает мне хрустальный бокал с красным вином.
— А Мустафа?
— Он лишь старик. Живет с сыном в черте города, иногда приезжает, когда нужен. Скоро он покинет этот мир. А мне придётся искать нового слугу. Кира… — Кадир подходит ко мне, подцепляет мой подбородок.
А я вдруг чувствую страх. В жесте мужчины нет ни нежности, ни ласки. Лишь власть. Глаза дракона меняются. Пылают рыжим пламенем, зрачок вытягивается в тонкую вертикальную линию.
Камин вдруг ярко вспыхивает, окрашивая просторный холл кроваво-красным огненным светом.
Ужасающее зрелище. Всё моё нутро выворачивает наизнанку от ужаса. Пошевелиться не могу.
— Ты очень красивая волчица, — тихо произносит Кадир, затем скользит взглядом по моему телу, — словно роза пустыни. Дикая, никому не принадлежащая.
— Спасибо, — сдавленно шепчу, делаю шаг назад.
— Садись, — он жестом