Ознакомительный фрагмент
читаю, но не всегда могу ответить), а также добавлением в библиотеку! Если вы еще не сделали это - то ну вы знаете, что нужно сделать;) Вам несложно - а мне приятно️Впереди нас ждет горячее, острое и неожиданное приключение, так что устраивайтесь поудобнее:)
И еще советую посмотреть буктрейлер, если вы еще этого не сделали, в общем, будет жарко!
ГЛАВА 5
– Таська, ну и где ты там пропала? Почему на звонки не отвечаешь? У меня, между прочим, давление! Неугомонная девчонка, ты меня в могилу сведешь!
Это было последнее, что я помнила перед тем, как шлепнуться с велосипеда в придорожную грязь.
Звонок от бабки Клавдии застал меня совсем не вовремя – я ехала с заказом.
Огромная желтая квадратная тремосумка для доставки еды за спиной и мой старый, видавший виды велик, педали которого я бодро крутила в надежде как можно скорее отвезти доставку и оказаться в тепле…
Погода сегодня и правда выдалась омерзительнее некуда.
С серого, набухшего тучами неба целый день накрапывал мелкий, противный дождь.
Он чуть затихал, но потом становился сильнее, ледяные капли непонятно каким образом проникали под мою непромокаемую куртку с застегнутым капюшоном.
Тогда как получилось так, что куртки на мне сейчас и вовсе нет?
Вообще ничего нет сверху!
Я чувствую, чувствую эти противные капли обнаженной кожей – острые, как иголки, они жалят мою спину и руки.
И желтая сумка тоже куда-то пропала – нет ее тяжести за плечами…
Зато ощущаю влажную скользкую грязь, в которой лежу, и озноб, пробирающий до костей.
Странная заторможенность во всем теле – оно слушается неохотно, с трудом.
Будто принадлежит не мне.
Будто я оказалась в теле деревянной куклы с ручками и ножками на шарнирах. С превеликим трудом эти шарниры начинают работать.
Поднимаю трясущуюся руку с растопыренными пальцами…
Уже хорошо, Тася, продолжай в том же духе!
Еле-еле приподнялась на локте, оглядываясь по сторонам.
И увиденное мне не понравилось. Совершенно.
Я находилась на огромном дворе перед монументальным строением, возведенным полукругом.
Это был величественный ансамбль из большого главного здания и нескольких высоких башен, присоединенных к нему узкими закрытыми галереями.
Больше всего это было похоже на какой-то дворец…
Вот только откуда дворцы в нашем тихом провинциальном городе?
Нет, когда я получила заказ на доставку в Сосновую сказку, то, конечно, знала, что это самый богатый район нашего города и домики тут непростые.
Но не настолько же!
Моросящий дождь, словно серебряная вуаль, окутывал все вокруг, размывая резкие, тяжелые линии уж очень странной архитектуры, и придавая ей оттенок таинственности. Касаясь светлых каменных стен, капли оставляли мокрые темные следы, которые сливались, образуя причудливые узоры.
Величественный вход в центральное здание был увенчан витыми колоннами, по разные стороны которых висели огромные красные знамена с серебристыми драконами на них.
Больше всего это похоже на какое-то государственное заведение, вон и вычурная табличка какая-то сбоку дверей…
Стоп!
Драконами?
В следующее мгновение я обнаружила, что намертво прижимаю к груди порванную тряпку, которая раньше, очевидно, была белой блузкой.
И разноцветный бисер вокруг рассыпан.
Также на мне юбка, толстые флисовые чулки в пупырку и коричневые боты с тупыми носами.
Все до невозможности грязное и мокрое.
И какое-то странное, как будто из кино…
Но главное – не мое!
Где моя куртка, свитер, джинсы?! Кроссовки где?
И где мой сотовый телефон?
Еще эта слипшаяся от грязи сосулька, свисающая с моей головы – мои волосы…
Чего-то больно она, то есть они, длинные…
Вообще-то они у меня до лопаток – все хотела отрастить длину, да никак не получалось.
Что-то очень плохое произошло со мной.
Что-то, о чем и подумать страшно!
Но я призываю на помощь свое хладнокровие, крепко зажмуриваюсь и пытаюсь воскресить мельчайшие подробности последнего воспоминания перед тем, как я очнулась полуголая перед этим огромным мрачным дворцом…
ГЛАВА 6
Курьером по доставке еды я устроилась год назад. Помимо этого сутки через двое работала в маркете рядом с домом.
Крутилась, как белка в колесе.
И все ради главной мечты – купить свое собственное отдельное жилье и съехать, наконец, от бабушки.
Правда, сейчас эта мечта стала далека и призрачна, как никогда.
Бабка Клавдия была довольно оригинальной женщиной.
Учитывая характер моего папаши, который был не в ладах с законом, периодически отбывая в местах не столь отдаленных, она запросто могла сдать меня в интернат.
Однако, бабка от меня не отказалась и взяла под свое крыло.
Правда, методы воспитания у нее были своеобразные – бабуля твердо поверила в истину, что чем больше балуешь ребенка, тем больше ему вредишь.
Тем более у нее перед глазами был яркий пример ее сына – моего папаши, которому «все это баловство» на пользу не пошло.
Папочка у меня, конечно, был тот еще жук, и в перерывах между отсидками порой даже пытался играть в «хорошего» отца. Что получалось у него довольно паршиво.
Поэтому бабка воспитывала меня в суровых, можно сказать, спартанских условиях. Сладости только по праздникам, и то очень ограниченных количествах. Красивые игрушки – тоже зло.
Да и не было у бабули на них денег.
Чего уж там говорить, у нас даже не было на ремонт крошечной однокомнатной квартирки. Так и жили до сих пор в обоях с пышными цветами и коврах с причудливыми узорами, деля пространство с огромным, на полкомнаты пианино «Ласточка».
От этого советского монстра бабуля, бывший учитель музыки, не хотела избавляться ни за какие коврижки.
Я работала, экономила на всем, чем только можно, вплоть до сливочного масла, а одежду покупала в секонд-хендах. Что попроще, подешевле, подольше будет носиться. Все, чтобы накопить на квартиру – пусть крошечную, но со свежим ремонтом и свою.
И тут грянул гром – моя, в принципе, адекватная и довольно проницательная бабка, взяла огромный кредит и благополучно перевела гигантскую по моим меркам сумму телефонным мошенникам.
Даже толком объяснить, какую лапшу ей навешали на уши, потом не смогла. Заявила, что эти колдуны ее загипнотизировали.
Мошенников, понятное дело, не нашли а бабкины кредиты легли на мои плечи.
Но не могла же я ее бросить. Несмотря на очень скромное детство без конфет и кукол, она же меня не бросила.
Это была настоящая кабала, но я не унывала.
Старалась не унывать.
Пусть мне двадцать семь лет, и я еще толком ничего в этой жизни не видела, не