— Никаких документов у этого дьявольского отродья, конечно же, нет, — сообщил мистер Макрей. — Но, думаю, оно пробыло в воде не более одних-двух суток. Либо упало в воду, либо зашло само, если вы меня понимаете. О его пропаже никто не заявлял. Его нашел под скалами местный парень.
— Со стороны Карндейла?
— Да. Может, он ходил туда посмотреть на обгоревшие остатки. Там кое-кто бродил в последнее время — охотники за сувенирами и им подобные. Из-за публикации в газетах эта история привлекла некоторое внимание. Но если я что-то смыслю в этой жизни, никакие достопримечательности он не осматривал. Ни черта подобного.
Мистер Макрей замешкался у ведущей в подвал лестницы.
— Приехал даже инспектор из Лондона. Из Скотленд-Ярда. В связи с происшествием в Карндейле. Я ожидал, ну, разве что священника.
— Я бы не приняла вас за суеверного.
— Можно закрывать глаза, а можно смотреть фактам в лицо, миссис Фик, — бросил на нее мрачный взгляд мистер Макрей. — Говорю же вам, ничего естественного тут нет.
Вынув из кармана две пробковые затычки, он вставил их в ноздри. И еще две протянул ей.
Спустившись по лестнице, владелец морга отпер дверь и снял с крючка закопченный фонарь. Они прошли через большое помещение без окон с белыми стенами и трупами на деревянных полках. Здесь было очень холодно.
Следующая камера оказалась поменьше. Под простыней на столе лежало единственное тело. Мистер Макрей зацепил фонарь за кольцо над столом и вернулся к двери; свет немного помелькал и выровнялся. Мужчина отбросил простыню и отошел в сторону.
Мертвец, разумеется, был голым. Не похоже, что он долго пробыл в воде. Густая черная борода и тяжелые черные брови. На удивление длинные и красивые ресницы. Одна щека изуродована — шрам длиной дюйма в четыре шел от уголка губ к уху. Кэролайн не смогла представить, как можно получить такую травму при падении — нанести ее могло только лезвие. На горле, ягодицах и бедрах виднелись синяки, а на ребрах — следы когтей, как будто на него напало животное. Но не это казалось самым странным. Обе руки и вся грудь были покрыты татуировками.
— Посмотрите внимательнее, миссис Фик, — сказал похоронных дел мастер с порога.
Кэролайн пригляделась и увидела, что татуировки двигаются. Сначала она подумала, что это ей только кажется из-за тусклого света фонаря, но затем поняла, что он тут ни при чем. Татуировки лениво извивались под кожей мертвеца, словно струйки выпускаемого из трубки дыма. Отступив на шаг, она заметила нечто парящее в воздухе примерно на высоте ее лица. Пятно темноты. Она прищурилась. Облачко, похожее на клубящуюся пыль или сажу. Размером с человеческое сердце.
— Летает за ним из комнаты в комнату, — произнес по-прежнему стоявший в дверном проеме хозяин морга. — Куда ни понесешь. Инспектор предположил, что это что-то вроде магнетизма. А на мой взгляд — куда более смахивает на работу дьявола.
Кэролайн слушала вполуха. Она прошагала вдоль тела, перешла на другую сторону и вернулась. В ушах стучала кровь. Ей вдруг стало страшно, ведь она поняла: это труп извращенного повелителя пыли, чудовища Джейкоба Марбера.
Тени в морге тоже тихо двигались.
Кэролайн осторожно вытянула руку и помахала ею над клубочком пыли. Та сразу расцвела голубым сиянием, как будто глубоко внутри нее сверкнула молния. Когда Кэролайн поднесла ладонь ближе, внутри, казалось, поднялся сильный ветер, яростно закручивая сажу и пыль. Кэролайн ощутила слабый холодок на кончиках пальцев, и внутри нее что-то всколыхнулось — такого чувства она не испытывала с далекого детства. Она отпрянула, словно обжегшись. Вытерла пальцы о юбки. Голубое сияние погасло.
— О господи, — прошептал владелец морга.
В свете фонаря его лицо выглядело мрачным и странным.
— Такого никогда раньше не было, сколько бы мы ни исследовали… А мы множество раз проводили по нему руками… Что это, миссис Фик? Что они принесли в мой морг?
Испорченная пыль. Вот что это. Но она ничего не произнесла, лишь попыталась как следует все обдумать. Будь жив Генри Бергаст, он бы неплохо заплатил ей. Но она знала, что и сейчас найдется немало желающих раздобыть эту пыль. Опасных личностей, которым лучше никогда не знать о ее существовании. Например, лондонские изгнанники, безумные в своей ярости. Или та ужасная женщина во Франции, Аббатиса, со своими приспешниками. Те, кто слышал старые истории о потустороннем мире, о том, на что способна его пыль. О том, как пыль делает целым то, что было разорвано на части, как она переписывает язык этого мира.
К этому моменту миссис Фик уже кое-что решила. Она не доверяла себе. Она ощущала, как пыль хочет поработить ее, развратить, как развратила Джейкоба Марбера. Но нельзя было и оставлять ее просто так. Здесь, где ею мог завладеть кто угодно.
Повернувшись к владельцу морга, Кэролайн спросила:
— У вас есть какая-нибудь банка? Флакон? Что-нибудь чистое?
Тот вышел и вернулся с маленьким пузырьком, в котором некогда хранились чернила. Кэролайн осторожно зачерпнула пыль из воздуха. Та будто прилипала сама к себе, и, как только часть ее попала в ловушку, остальная потекла следом. Закрыв бутылочку пробкой, Кэролайн поднесла ее к свету. Внутри словно парило облачко беспорядочно клубящихся крохотных галактик, и все пылинки сверкали на свету, точно металлические опилки. Ее охватило чувство, как будто она спускается с крутого склона, и ей пришлось закрыть глаза, чтобы стряхнуть с себя оцепенение и быстро засунуть бутылочку за подкладку шали.
— Трудно отвести взгляд, правда? — пробормотал мужчина, набрасывая простыню на труп, на коже которого до сих пор едва шевелились татуировки, и снимая фонарь с кольца. — Если что-то и можно понять на моей работе, так это то, что смерть — это дверь, открывающаяся в обе стороны. Так кем же он был?
Кэролайн ответила не сразу:
— Если верить рассказам, он был опасным человеком. Возможно, даже причиной пожара.
— Так он сделал это нарочно?
— Да, — тихо кивнула она.
Она почувствовала, как свет покидает ее лицо. Долгое время никто ничего не говорил.
— Ужасное зрелище, все эти дети, — сказал владелец морга. — Не забуду их до конца своих дней. Худшее, что мне когда-либо доводилось видеть, миссис Фик. Худшее.
Он провел рукой по усам, словно смахивая с них капли воды.
— И что же нам делать с трупом?
— Сожгите его, мистер Макрей, — мрачно ответила Кэролайн. — Сожгите так, чтобы ничего не осталось.