— Айвенго, если ты ещё не заметил, мы бродим по руинам некогда, возможно, развитой цивилизации. Других следов мы не встретили за дни скитаний. Высока вероятность, что язык этот мёртв, как и его последние носители. Это бесполезный хлам. Архивный прах. Понимаешь?
Я пожал плечами, стараясь выглядеть невозмутимо.
— Если тебе эта карта не нужна, то я бы язык этот выучил…
— И потратил бы десять очков? — в её голосе прозвучало искреннее, неподдельное недоумение.
Реакция была закономерной, ведь я тёмной эльфийке словно предложил разжечь костёр из ассигнаций крупного номинала.
— Да. Десять очков. Мы бродим здесь, как слепые котята, и ровным счётом ничего не понимаем: где мы, что мы… А вдруг все эти картинки на стенах — не просто варварская мазня, а информация? Инструкция? Карта? Если меня чему-то и научила прежняя жизнь, так это тому, что никто в здравом уме из одной лишь тяги к прекрасному не станет покрывать барельефами подвальные или, скажем, канализационные помещения. Это не музей искусств и не картинная галерея, а функциональное сооружение. А раз так, то и изображения должны нести функциональную нагрузку. И если мы сможем их прочесть, то, быть может, получим хоть какое-то преимущество.
Она изучающе посмотрела на меня, словно впервые увидела. Её взгляд скользнул по моему лицу, задержался на мгновение.
— Айвенго, ты поднял интуицию?
Я кивнул:
— До девяти единиц.
— А расовый предел у людей — десять… Верно?
— Так и есть.
Она вздохнула. Это был долгий, усталый вздох существа, смирившегося с неизбежным идиотизмом младших рас. Молча протянула мне карту.
— Тогда вот. Тебе виднее.
В моих руках оказалась серая, прохладная на ощупь пластинка из материала, напоминавшего пружинную сталь.
Внимание! Изучить навык «Язык цвергов»? (10 ОС)
Да/Нет
Я мысленно дал своё согласие.
Доступно (27/120) ОС.
В голове сразу после этого потеплело. На одну лишь секунду возникло отчётливое, до тошноты реальное ощущение, что там, внутри черепа, некто с тонкими, проворными, нечеловеческими пальчиками аккуратно перебирает и расчёсывает мои извилины на идеально ровный пробор. Словно парикмахер-виртуоз, наводящий порядок в запущенной шевелюре. А потом всё прошло. Больше никаких изменений я в себе не ощутил. Может, карта попалась бракованная?
Хотя это легко проверить. Я взял у Молдры факел и подошёл к настенным барельефам, испещрённым символами и рисунками. Пока я, как одержимый, бродил вдоль стены, тёмная эльфийка наблюдала за мной со странным, нечитаемым выражением на лице. В нём смешались любопытство, скепсис и, кажется, толика профессионального интереса к результату эксперимента.
— Сработало? — наконец нарушила она тишину.
Я нашёл взглядом один из символов — чёткое изображение капли в окружении расходящихся лучей. Сосредоточился на нём. Нажал пальцем. И… ровным счётом ничего не произошло. Камень остался камнем.
— Кажется… — сокрушённо выдохнул я, чувствуя себя первостатейным дураком, только что спустившим десять очков в унитаз. — Кажется нет.
— Почему ты так решил, Айвенго?
— Вернее, нет. То есть, да. Сработало. Но, по всей видимости, интуиция меня подвела, невзирая на то, что я вбухал в неё очки и поднял до девяти.
— Айвенго, я тебя сейчас ударю, — пообещала она, и в голосе её прорезался тот самый холодный металл. — Больно… Почему ты так решил?
Диалектика. Вот и пойми этих женщин. То они тебя лобзают с яростью валькирии, то грозят немедленной и болезненной физической расправой. Загадочные создания.
— Вообще, надпись, вернее, этот единичный символ, мне абсолютно понятен. Предельно. Как дважды два.
— И что же он означает? — в её голосе сквозило нетерпение.
— Видишь? — я ткнул пальцем в каплю с лучами. — На языке цвергов это означает «Свет». Простая, как мычание, констатация факта. С таким же успехом это может быть элементом настенного барельефа.
Молдра молча, с независимым видом, подошла к стене. Приложила палец к тому же самому символу. Глиф под её пальцами на мгновение вспыхнул фосфорическим голубоватым светом. И тьма… тьма не исчезла, она плавно, беззвучно отступила, словно её втянули в невидимую воронку. Помещение залил мягкий, ровный, голубоватый свет, льющийся, казалось, из самого воздуха, из камня, из ничего.
— Так… — протянул я, чувствуя, как на щеках проступает краска. — А у меня-то почему ничего не вышло?
— У тёмных эльфов свои секреты, — поддразнила меня с ухмылкой Молдра. — Тебе, дитя короткого века, не прозреть тропы высшей расы.
— Вообще-то, не в моих правилах бить женщин…
Она ухмыльнулась ещё шире, но до объяснений всё же снизошла.
— Это из-за того, что у тебя нет маны. А у меня она есть, и не начального уровня. Наличие одной или нескольких мистических энергий у существа от рождения, в том числе и определяет его принадлежность к высокоранговой расе в Системе. У здешних цвергов, до падения их мира, была техномагическая цивилизация, во многом схожая с той, что была в моём мире. Их механизмы приводятся в действие не электричеством, а прямым вливанием энергии.
— Ясно, — кивнул я, оглядываясь в залитом призрачным светом помещении. — Не возражаешь, если я возьму целый меч? — я кивнул на расчленённый труп второго драугра, у которого один клинок остался невредим.
— Эту ржавую кочергу? Да забирай, конечно. Зачем он тебе только? Такая же F-ранговая железка, как и у тебя в карте, только без удобных карты-ножен.
— У драугра имеются обычные кожаные ножны. Весьма приличного вида, кстати. Прилажу на пояс и буду носить… — ответил я, уже отправляя меч и ножны в своё кольцо.
Через секунду я извлёк их оттуда в состоянии, которое можно было бы назвать фабричным. Меч оказался хорош. Не какая-нибудь затейливая ерундовина, а прямой, добротный, честный клинок около метра длиной, плавно расширяющийся к рукояти. Грубое и тяжеловатое, но эффективное оружие для боя. Отличало его от заурядной железяки лишь массивное «яблоко» на эфесе, в которое был вставлен тусклый, невыразительный камень.
Я осмотрелся. Взять с этих мёртвых вояк было больше нечего. Может, при наличии инструментов я смог бы из обрывков их кольчуг соорудить какую-нибудь примитивную защиту для торса, но инструментов, увы, не было.
Мысль, как это часто бывает, созрела в голове внезапно, без всякой подготовки. Я взял в левую руку второй меч, тот, что подобрал ранее. А что, если?.. Я представил себе это. Попробовал сделать несколько неуклюжих, но