— А вот это уже точнее, — покивала женщина. — Скажем так — я собрала эту модель, — она опустила взгляд, и посмотрела на свои руки, — чтобы пообщаться с вами, и попробовать спросить у вас о том, что тревожит меня. Тело, с помощью которого я нахожусь рядом с вами, лишь моя тень, не более. Таким, как я, больше не нужны воплощения. Хотя, — она помедлила, усмехнулась, — котлетки на косточке, картошка гратен, и соус бешамель были весьма неплохи.
— Можно называть вас Дорией, или это будет некорректно? — спросил Ит. — Нам бы не хотелось проявить неуважение.
— Называйте, — женщина пожала плечами. — Это имя расположено близко к моей сути, хоть и не отражает её полностью.
— Погодите. Получается, что вы — богиня этого мира? — спросила Бао. — Самая настоящая богиня, и вы вот так запросто разговариваете с нами тут, на пляже?
— Атлант, не нужно изображать наивность, — Дория перестала улыбаться. — Тебе отлично известно, что Бог на самом деле един, и что демиурги — это не боги. К тому же истинный демиург этого мира — вовсе не я, и вам, прочитавшим книгу, это отлично известно. Скажите лучше… точнее, ответьте на мой вопрос. Вы, в отличие от меня, не привязаны к одной-единственной планете. Вы были в других местах. Остальные, подобные мне, и связанные со мной… — Дория запнулась. — Они уже все мертвы?
— Вы переоцениваете наши возможности, — Ит вздохнул. — Мы были в некоторых мирах, условно принадлежавших Даарти, и в одном мире, которым владел Вар. И… да, их нет. Но это не значит, что нет всех остальных. Мы видели слишком мало. Дория, можно задать встречный вопрос?
— Задавайте, — кивнула она.
— По какой причине вы стали спрашивать? Здесь что-то происходит? — Ит нахмурился.
— Не делайте вид, что вы не знаете, — Дория подняла взгляд. — Да. Происходит. Я умираю. Оно убивает меня. Или, возможно, она убивает меня. Там, внизу, в моей глубине, таится теперь не жизнь, а нечто иное. Наверху дела пока что обстоят неплохо, но Тингл не состоит только из верхнего мира, в котором мы сейчас находимся.
— Секунду, — Ит поднял руку. — Дория, то, о чём вы говорите, уничтожает зивов?
— Преобразует, — поправила Дория. — Ит, вы видели, что такое зивы Тингла. Пока что изменения незаметны, но через очень непродолжительное время скрывать происходящее станет невозможно. Уже сейчас люди начали меняться, мы ставим метки на тех, кто преобразован, и на тех, кто будет преобразован в ближайшем будущем…
— Так вот откуда взялся мутаген! — обрадовалась Бао. — Это метки зивов, верно?
— Верно, — кивнула Дория. — Они не могут никому навредить, но уцелевшие хотя бы будут видеть, с кем имеют дело.
— Ясно, — кивнул Ит.
— Оно преображает не только зивов, — в голосе Дории вдруг зазвучало отчаяние. — Оно преобразует меня. И, преобразуя, убивает. Подождите, я должна сказать нечто важное. Вы, прочитавшие книгу, и знающие, что такое Сеть, должны понять меня. Вы ведь знаете, что мы составляем пары, верно?
— Верно, — подтвердил Скрипач. — Миры в сиурах действительно имеют смычки, и делятся на пары.
— Спасение для тех, кто поражен этим…
— Мы называем это Тленом, — сказал Ит.
— Очень правильное слово, — кивнула Дория. — Так вот, спасение может находиться там же, где гибель. Если в паре поражен только один, его, вероятно, может спасти второй. Вар и Даарти уже мертвы, причём везде, как мне кажется. Они не сумели спасти друг друга. Но я жива, а это значит, что моя пара, моя сестра, может быть живой — тоже! И если она ещё не преобразована… Тленом… вы сумеете защитить и спасти её, и тем спасёте меня.
— Боюсь, это так не работает, — возразил Ит. — Дория, прошу прощения, но если сиур поражен, так или иначе, но под воздействием будут все. Вы же понимаете.
— Вы уверены в этом на сто процентов? — спросила Дория. — Я нет. Я чувствую, что у других лепестков нашего цветка тоже есть проблемы, но я слишком далеко, и ничего не могу проверить. А вы можете. Зивы, подобные Элин, помогли мне проследить часть вашего пути, и я знаю, где вы побывали. Но… — она прижала руки к груди. — Хотя бы попытайтесь! Сделайте хоть что-то! Остановите это, прошу!
— Дория, вы можете подключиться к системам Авис, если это требуется, и сделать все нужные расчеты, — сказал Ит тихо. — Ваша теория несостоятельна, и вы отлично это понимаете. Может быть, мои слова звучат сейчас жестоко, но я не могу вам позволить так обманывать себя.
— Ит, что ты делаешь, — пискнула Бао. — Она же богиня, она нас всех сейчас по этому пляжу размотает, как Динозавр Дейна…
— И всё равно, я не буду лгать. Дория, ложная надежда — это подло, — Ит покачал головой. — Не заставляйте нас делать подобные вещи. Пожалуйста, очень вас прошу.
— Тогда… — Дория запнулась. — Тогда спасите не меня, а сестру. Хотя бы сестру. Если я обречена, то пусть её не коснется этот кошмар. Может быть, если она выживет, она найдет себе потом другую пару, другую связку, другой цветок, летящий в пустоте.
— Мы попытаемся, — ответил Скрипач. — Но предупреждаем сразу: мы ничего не можем обещать. И это будет непросто, потому что для начала нам нужно найти место физического существования Тории. Мы ведь не знаем, где расположен мир, в котором существует её репликация, причём именно её, а не ей подобной из другой связки. Вы стали даже не миллионами, Дория, вы стали мириадами. Если вы помните об этом, конечно.
— Я помню, — кивнула Дория. — Сейчас я отправлю вашему кораблю то, что знаю. Думаю, это поможет ей найти нужную точку. Мне страшно, — сказала она едва слышно. — Мне очень, очень страшно, а ещё — это боль. Ни с чем несравнимая боль, которую я даже вообразить себе не могла. Мне казалось, что я, и подобные мне, вообще не могут испытывать боли, но я ошибалась. Оно… или она… я не знаю, но оно причиняет мне дикую боль, и я слабею. Всё