— Какая изящная манипуляция. — Его тон был полон сарказма.
— Твое мнение никто не спрашивал, — равнодушно напомнила Эмири. — И вообще, уходи уже и забирай свою куклу. Этот стук действует на нервы.
— Ты сама сказала: вдруг что-то случится. Лучше пока останусь рядом, — отозвался Хираи, и Эмири смерила его недоуменным взглядом, но затем вновь стала сама невозмутимость.
— Думаешь, я буду тебя защищать?
Хираи тяжело вздохнул и хотел было что-то ответить, но я прервала их обмен колкостями:
— Эмири-тян, я не хочу оставлять тебя одну... Но тебя еще не выписали. И со мной тебя не отпустят.
— Это не проблема. Меня как раз сегодня выписывают. Мама должна вот-вот приехать... Но я хотела успеть поговорить с тобой до того, как увижусь с ней. Я просто скажу маме, что пойду с подругой, — пожала плечами Эмири.
— И твоя мама тебя отпустит? После того, что случилось? — хмыкнул Хираи.
— Ничего такого не случилось... Меня проверили, я здорова. Папа сейчас в Мельбурне, у мамы много дел, и я сумею уговорить ее не думать обо мне. Хината-тян выглядит надежно, поможет мне... Да и вообще, в таких обстоятельствах подобные сложности далеко не первоочередные.
— Ты уверена, что уже здорова? — засомневалась я.
— Со мной уже давно все в порядке. Просто я раньше... — Эмири прервалась, и в ее больших зеленых глазах промелькнула неуверенность. — Я порой попадала в больницу, поэтому все переживали, что со мной на этот раз. Но сейчас — ничего. Дело было совсем в другом...
Она вздрогнула, видимо, от мысли о тех, из-за кого мы оказались в том про́клятом городе.
Я в мельчайших подробностях вспомнила жуткое существо, которое сидело у меня на груди. Вспомнила беспомощность и слабость, неспособность пошевелиться, даже зажмуриться... Вспомнила бледную кожу, обтягивающую выпирающие кости; полностью белые глаза и спадающие на них угольно-черные пряди волос; длинные, слишком длинные пальцы без ногтей, которыми это существо прикасалось ко мне...
Я увидела его как наяву и неосознанно несколько раз сжала и разжала кулаки, перевела взгляд с Эмири на окно, с окна — на Хираи, зажмурилась и вновь распахнула глаза — для того чтобы напомнить себе: я контролирую свое тело. И я не сплю. Это позади.
Правда, теперь начался новый кошмар.
— Хорошо, — ответила я наконец, и голос прозвучал хрипло. Даже неуверенно.
Я не знала, правильно ли поступаю, позволяя Эмири обмануть маму и пойти со мной. Вернее, понимала, что это совсем не правильно... в обычной жизни. Но сейчас, как Эмири и сказала, такие обстоятельства, когда оценивать все с привычной точки зрения попросту невозможно.
— Отлично, — довольно улыбнулась она. — Тогда я дождусь маму, мы поговорим с ней и поедем к Йоко. Если что, мою маму зовут Никайдо Саори.
— Поняла. Буду ждать тебя внизу, — отозвалась я.
Эмири кивнула, и мы вместе с Хираи вышли из палаты. Спустившись на первый этаж, решили дождаться Эмири у входа в больницу... Вернее, так решила я, а Хираи остался рядом.
Я окинула его внимательным взглядом, не особо скрывая неприязнь:
— Ты действительно поедешь с нами?
— Я ведь уже сказал, — совершенно спокойно ответил он.
Я не сводила с него взгляда, которым ясно давала понять, что жду дальнейших объяснений. Скорее, даже причин, почему мы с Эмири не должны отказаться от его приятного общества.
Я почти не была знакома с Хираи... Но какое-то время он состоял в команде Торы. Довольно значимый аргумент против при отсутствии аргументов за.
Видимо, устав делать вид, что не замечает моего требовательного взгляда, Хираи развернулся ко мне и все же заговорил:
— Хорошо. Мне тоже совершенно не хочется оставаться одному. В городе, где сейчас, вполне вероятно, можно в любой момент встретить ёкаев-убийц пострашнее прицепившейся ко мне длинношеей куклы. — Хираи вновь отвернулся. — И я все же предпочту проследить, что с Эмири-тян ничего не произойдет. Вряд ли она мне ответит и расскажет, если я позвоню уточнить, не умерли ли вы там еще.
Выражение его лица оставалось почти скучающим, а последние слова прозвучали равнодушно... Но почему-то мне показалось, что правдой была не только первая названная Хираи причина.
А потому, как бы мне ни хотелось прогнать этого заносчивого парня, я все же промолчала. Пусть остается. Какую бы неприязнь я ни испытывала к нему, мне не хотелось, чтобы он погиб. А вместе больше шансов выжить. Главное — следить, чтобы в комнатах, где появляется Хираи, были задернуты шторы. А лучше вообще как можно скорее сжечь эту удзу-нингё.
Минут через десять мне пришло сообщение от Эмири:
«Мы идем на улицу. Пусть Хираи исчезнет».
— Эмири-тян не хочет, чтобы ее мама тебя видела. Лучше я поговорю с ней одна, — переформулировала я.
Хираи пожал плечами и отошел в сторону, после чего вытащил телефон и уставился в экран.
И вот я увидела Эмири — в легком зеленом платье с короткими рукавами, белых кроссовках и с небольшим рюкзаком на одном плече. Рядом с ней шла женщина лет сорока с длинными черными волосами, одетая в свободную футболку и длинную плиссированную юбку. Никайдо Саори, мама Эмири, оказалась на полголовы ниже дочери.
— Хината-тян! — Эмири махнула мне рукой.
Я подошла к ним и поклонилась.
— Здравствуйте, Никайдо-сан, меня зовут Акияма Хината, — поздоровалась я. — Очень рада с вами познакомиться.
— Добрый день! — улыбнулась Никайдо. — Эмири-тян сказала, что хочет пойти к тебе в гости. Что вы давно не виделись.
— Да, Хината уезжала на несколько дней в Киото и только-только вернулась, она волновалась за меня, поэтому мы сразу же захотели встретиться, тем более меня как раз выписали, — заговорила Эмири, поспешно посвящая меня в детали своей выдуманной истории.
Я заметила, что, говоря с мамой, Эмири пусть и сдержанно, но улыбалась и в целом проявляла больше чувств, чем обычно, не казалась настолько отстраненной.
— А когда вы познакомились? — с любопытством спросила Никайдо, оглядев меня. — Вы ведь явно не одноклассницы.
— Познакомились через одноклассницу Эмири-тян, — ответила я раньше, чем Эмири что-то придумала. — Я учусь в Токийском университете на медицинском. Поэтому помогаю Эмири-тян с химией...
Пользуясь тем, что ее мама смотрела на меня, Эмири закатила глаза.
— А Эмири-тян помогает мне с английским, — добавила я.
— Как здорово! — обрадовалась Никайдо. — Какая у тебя хорошая подруга, Эмири-тян. Я рада, что тебя заинтересовало что-то кроме литературы... Я шучу, не обижайся! Но... Я все равно не поеду в Осаку. Я волнуюсь за тебя.
— Ма-ама, — протянула Эмири и вновь закатила глаза. Я едва сдержала смешок: она впервые показалась мне капризным подростком. — Все в порядке. Тебя еще давно пригласили на эту встречу. Так что поезжай, я ведь не в Австралии останусь. — Она хмыкнула, но затем улыбнулась: — Ты вернешься уже через пару дней. А я вообще-то уже не маленькая.
Никайдо посмотрела на дочь с сомнением.
— У тебя не так много времени до поезда, — невозмутимо напомнила та.
— Никайдо-сан, не волнуйтесь. С Эмири-тян все будет в порядке.
— Ладно, — вздохнула ее мама. — Но чтобы отвечала каждый раз, когда я буду звонить!
— Мама...
— Вот и договорились, — довольно заключила Никайдо и кивнула мне. — До встречи!
— До свидания, Никайдо-сан!
Дождавшись, когда ее мама завернет за ближайший угол, Эмири обернулась ко мне:
— Сработало.
— Повезло, — с облегчением кивнула я, но чувствовала себя неловко из-за того, что пришлось пойти на обман.
Хотя саму Эмири это словно бы ни капли не волновало, а потому я напомнила себе о нашей ситуации. Мы не просто лгали, мы хотели выжить.
Тем временем к нам подошел Хираи, на которого Эмири даже не посмотрела, и мы направились в сторону метро.
— Знала бы заранее, что придется от кого-то убегать, попросила бы маму привезти мне джинсы, — пробурчала Эмири, оглядев свое платье.
— Надеюсь, не придется, — невесело улыбнулась я.
— Уверена, что придется.
— Разделяю мнение Акиямы-сан, но уверен, что права Эмири-тян, — пробормотал Хираи.
— Ты нас до самого поезда будешь провожать? — Эмири бросила на него недовольный взгляд.