— Она пожирает жизненную силу всего, к чему прикасается.
— Тем более! — глаза Ильи загорелись. — Представляешь, какая была бы охрана?
Я невольно усмехнулся. Логика железная, если честно.
— Ты всегда запрещаешь всё самое интересное, — вздохнул Илья.
Парень прав: куратор действительно запрещает всё самое интересное. Сам через это прошёл, знаю. С ним было крайне нелегко договориться. А родственнику будет ещё тяжелее.
Виктор Семёнович подошёл к твари вплотную. Барьер послушно расступился перед ним: это уже моя работа, я контролировал преграду и мог менять её по желанию.
Преподаватель коснулся чёрной массы пальцем. Тварюшка дёрнулась, потянулась к руке, словно пытаясь поглотить, и просто распалась. Чёрная энергия растеклась дымкой и впиталась в его ладонь.
— Вот и всё, — Виктор Семёнович показал чистую руку. — Теперь она никому вреда не причинит.
Я убрал барьер. Больше он был не нужен.
— Ладно, мы увидели достаточно, — Дружинин положил руку на плечо сына. — Спасибо, Виктор Семёнович. Мы пойдём.
— Подождите, — остановил я его.
Все обернулись ко мне. Я смотрел на преподавателя, прокручивая в голове произошедшее. Слишком уж странно всё выходит.
— Виктор Семёнович, а почему защитные руны не сработали? Здесь же бронебойное стекло с магической защитой, — уточнил я.
Преподаватель моргнул. На лице появилось выражение человека, которого застали врасплох.
— Ну, видимо, какая-то ошибка, — задумчиво протянул он.
Врать он явно не умел. По крайней мере, не так хорошо, как другие люди, с которыми мне доводилось сталкиваться.
— В таком случае нужно будет доложить службе безопасности, — продолжил я. — А то вдруг такое повторится. Нельзя подвергать студентов опасности.
У Виктора Семёновича дёрнулся глаз.
— Я сам сообщу, вы не переживайте.
— А мне как раз по пути, — продолжил я настаивать. И не просто так.
— Глеб Викторович, это лишнее, — преподаватель нервно улыбнулся.
— Лишнее, потому что вы сами отключили защиту. И знали, что произойдёт.
Повисла неловкая пауза. Илья переводил взгляд с меня на преподавателя и обратно, явно не понимая, что происходит. Дружинин стоял с непроницаемым лицом.
— Как я мог знать, что произойдёт нечто подобное? — Виктор Семёнович развёл руками.
Не сдавался до конца. Упорный человек.
— Вы работаете здесь уже пять лет, — я прищурился. — Прекрасно знаете, что бывает на занятиях некромантов. Но тем не менее, студентов вы не остановили. И вот какая удача: тварюшка попала ровно в это окно.
— Пап, ты это подстроил? — до Ильи начало доходить.
— Почему сразу я? — Дружинин поднял руки в защитном жесте. — Это Виктор Семёнович хотел преподать урок своим студентам. Чтобы они понимали, каковы бывают последствия их действий.
Ага. Конечно. Так я и поверил.
Мы с Дружининым смотрели одни и те же инструкции по работе с людьми. Он сам мне их скидывал. А потому сейчас прекрасно видел одну из таких техник манипулирования.
— Андрей Валентинович, — посетовал я, — вы думаете, мы в это поверим?
— Глеб Викторович, могли бы и встать на мою сторону, — сдался куратор.
— Я за честность.
Слишком уж радикальный метод использовал куратор, так что молчать мне не хотелось. Кто-нибудь и правда мог пострадать.
Дружинин тяжело вздохнул. Затем посмотрел на меня взглядом человека, который сам себя загнал в ловушку.
— Ладно. Хорошо. Это я подстроил, — признался он и обернулся к сыну. — Илья, я не хочу, чтобы ты в разломы лез и рисковал жизнью. Хотел показать тебе опасность. Но, видимо, не удалось.
— Конечно, не удалось! — Илья расплылся в улыбке. — Я теперь хочу такого же питомца! Буду использовать для уничтожения тварей в разломах!
Дружинин закрыл лицо рукой.
— Может, не пойдём завтра в полицейскую академию? — с надеждой спросил Илья.
— Пойдём, — куратор скрестил руки на груди. — Ты обещал.
— Ладно, — нехотя согласился Илья.
— Пойдём. Всё, больше тут нечего обсуждать.
Мы отправились дальше, прямиком к столовой. Оставалось ещё время, чтобы что-нибудь перехватить перед следующим занятием.
Академия в обеденное время напоминала муравейник. Студенты всех курсов и специализаций стекались в одно место, создавая хаос из разговоров, смеха и звона посуды. Запах еды витал в воздухе, и я с удивлением понял, что проголодался.
Тем временем Илья отстал от отца и пошёл рядом со мной.
— Глеб Викторович, — он понизил голос, — спасибо.
— За что?
— Если бы не вы, отец бы никогда не взял меня на экскурсию. Я же вижу, что он только из-за вас согласился.
— Думал, ты будешь обижаться за эту демонстрацию, — заметил я, переводя тему. Не хотелось обсуждать наш прошлый разговор с куратором насчёт его сына: Илье незачем об этом знать.
— Это меньшее, на что способен отец, — Илья печально улыбнулся. — Он всегда так делает. Думает, что если покажет опасность, я испугаюсь и передумаю. А я не пугаюсь. Просто интереснее становится. Он как-то таким же образом пытался меня от похода в девятом классе отговорить, а в итоге сам со мной пошёл.
— Хочешь совет? — спросил я.
— Какой?
— Не говори отцу, что тебе только интереснее становится. А то он вообще никуда тебя пускать не будет.
— Это да. Он и так параноик, — рассмеялся Илья.
— Он заботится о тебе, — я пожал плечами. — По-своему, конечно. Но заботится.
— Знаю, — парень кивнул. — Просто иногда хочется, чтобы он верил в меня. Хоть немного.
Понимаю его. Ещё пару месяцев назад в меня верила только Даша. А теперь же все кардинально изменилось.
Мы вошли в столовую. Я взял себе сэндвич и кофе, поскольку не хотелось тратить много времени. До артефакторики оставалось двадцать минут, а мне ещё нужно было дойти до нужного корпуса.
Куратор с Ильёй устроились за соседним столиком. Андрей Валентинович что-то тихо объяснял сыну, тот слушал с серьёзным видом, изредка кивая. Судя по жестам, речь опять шла о безопасности.
Я доел сэндвич и поднялся.
— Мне пора на занятие, — предупредил куратора.
— Артефакторика? — уточнил Дружинин.
— Она самая.
— Тогда удачи. Мы пока здесь посидим, после занятия я вас найду.
Я кивнул и направился к выходу. В голове уже крутились мысли о предстоящем уроке.
После того случая с телепортацией преподавателя прямо в главное здание ФСМБ у меня образовалось несколько долгов по артефакторике. Надеюсь, сегодня получится их закрыть.
В кабинет артефакторики я заходил осторожно, надеясь, что меня не заметят и не припомнят.
Степан Геннадьевич уже был в классе.
— А, Глеб Викторович! — он заметил меня и улыбнулся. — Проходите, проходите.
Я сел за свой стол. Все остальные студенты уже были на своих местах.
— Итак, — преподаватель хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Сегодня у всех будет очень интересное задание. Будем составлять рунные цепочки.
Он подошёл к доске и начертил несколько символов.
— В итоге должно получиться примерно то, что стоит у нас на