— Ну... Тьяго слишком любит этого парня, хотя никогда не скажет этого вслух... Если он будет за этим следить, тебе не о чём переживать.
Ками не выглядела особенно уверенной, но, по крайней мере, я смог её успокоить и заставить спокойно рассказать, что происходило в её доме. Я сам пережил нечто подобное семь лет назад: развод, который был омрачен горем от утраты младшей сестры, развод с предательством, депрессия матери, и мой отец исчез из нашей жизни навсегда.
Я часто скучал по нему. Он не был плохим отцом, он был типичным отцом, который возил нас на баскетбольные матчи, покупал петарды на 4 июля, устраивал вылазки на выходные...
— Вот вы где! — нас перебила Элли, появившись на границе трибун. — Вы не поверите, что произошло!
Она настояла, чтобы мы пошли за ней, и, когда мы вошли в школу, увидели, что происходит что-то странное. Люди дрались, другие шептались в группах, жалуясь вслух.
Ками и я пробрались сквозь толпу людей, пока не дошли до эпицентра всей этой суматохи.
Коридор с шкафчиками был совершенно неузнаваем. Кто-то разрисовал каждый шкафчик чёрной краской, написав такие слова, как «шлюха», «лгунья», «мерзкий негр», «педофил», «проститутка»...
Я подошёл к своему шкафчику и прочитал, что там написано: «рогоносец».
Меня пронзила боль в груди, и злость вытеснила все остальные чувства.
— Это ты?! — из всего шума в конце коридора раздался крик.
Я повернулся к Дани.
На его шкафчике было написано «тиран».
Ками тоже повернулась к человеку, который кричал, и когда Дани подошёл к нам, я едва сдержался, чтобы не ударить его.
— О чём ты говоришь? — спросила она в недоумении.
— Твой шкафчик — единственный, на котором нет надписей. Какая-то странная совпадение, не правда ли?
Мы все повернулись к шкафчику Ками, и действительно, вокруг её шкафчика не было ничего, в то время как всё остальное было исписано.
— Я не была! — закричала она возмущённо.
Все, кто услышал обвинение Дани, повернулись и начали кричать, что это она.
Джулиан появился рядом с Дани и злостно посмотрел на Ками.
— Ты была единственной, кто это знала, — сказал он, сжимая губы в ярости.
Ками покачала головой и повернулась к шкафчику Джулиана, на котором большими буквами было написано «педик».
Джулиан — геем?
Чёрт, этого я точно не ожидал.
— Я не была, клянусь! — сказала Ками, сделав шаг назад и случайно столкнувшись со мной. Я обхватил её руками и бросил убийственный взгляд на всех, кто начал смотреть на неё с подозрением.
— Ками была со мной, и Элли может это подтвердить. Она не виновна, — сказал я, с трудом сдерживая свой шок.
— Ты её парень! — закричал кто-то.
— Ты её защищаешь!
Дани сказал что-то тихо, что заставило Ками побледнеть, и я сделал то, чего так долго хотел.
Я дал ему такой удар, что тот упал на землю.
«Все ученики в спортзал немедленно!»
Мы услышали голос директора через динамики.
«Все ученики в спортзал немедленно!»
Дани поднялся и подошёл ко мне, в то время как все начинали двигаться в сторону спортзала.
— Не дотронешься до меня, Ди Бьянко, иначе это будет последняя твоя ошибка, — пригрозил он, пылая яростью.
Ками встала между нами, и это спасло его от того, чтобы его угроза стала последней.
— Не вступай в это, Тейлор, пожалуйста, — попросила она, и только услышав её дрожащий голос, я смог отвести взгляд от спины этого идиота и перевести его на свою любимую.
— Пошли в спортзал, — сказал я, взяв её за руку.
Все смотрели на нас косо. Ну, в основном, на Ками. Когда мы вошли в спортзал, трибуны были полны, и в помещении воцарилась тишина. Я ощущал, как тревога Ками проникала ко мне и ненавидел, что это снова прибавит ей ещё одну заботу.
Кто же на неё так накинулся и зачем?
Директор вошёл в спортзал вместе с остальными учителями. Он встал в центре и взял микрофон, который обычно использовали для матчей, и начал говорить.
— Я не потерплю, чтобы что-то подобное снова произошло в этих стенах. До сих пор мне никогда не приходилось сталкиваться с чем-то таким низким, как то, что случилось. В этой школе никогда не было нужды устанавливать камеры безопасности, и никогда не начиналась такая серьёзная расследовательная работа, как та, которую я начну прямо сейчас, как только выйду из этого зала. Виновный понесёт наказание, и это не будет только исключением, но и компенсацией за ущерб, который понесёт школа на очистку всех шкафчиков. Если виновный сам явится в мой кабинет сегодня, наказание будет гораздо мягче, и я пересмотрю возможность исключения. Я не потерплю такого поведения! Это понятно?
Никто не осмелился открыть рот.
— Все ученики немедленно вернуться в свои классы.
Толпа начала двигаться, и, когда мы смешивались с остальными, чтобы попасть в класс биологии, я слышал всякие шепоты.
Я понял, что Ками становилась всё более нервной, пока её имя не долетало до нас с разных сторон.
Когда мы повернули за угол, я не сомневался.
Я толкнул её и завёл в туалет для инвалидов. Её спина прижалась к двери, и я взял её лицо в свои руки.
— Ками, ты была со мной, и Элли это может подтвердить. Обещаю, к концу дня все забудут, что ты виновна.
— Кто мог это сделать? Почему хотят, чтобы я была виновной? — спросила она, полная отчаяния.
— Потому что они завидуют тебе, детка, — сказал я, поглаживая её щёку. — Они хотят, чтобы ты упала, и не знают, как это сделать.
— Мне всё равно, упаду ли я или нет, я хочу, чтобы меня оставили в покое!
— И они оставят. Обещаю тебе.
Я поцеловал её в губы, и мы вышли и направились к классу биологии.
Все посмотрели на нас косо, кроме Кейт, которая даже не оторвала взгляда от доски, когда мы зашли поздно и прошли мимо неё, чтобы занять место в конце класса.
Остальная часть дня была кошмаром. Мне пришлось посвятить каждую секунду, чтобы убедить людей в том, что Ками невиновна и что она была со мной всё это время. Несколько парней поверили мне, но большинство стояли на стороне Дани Уокера и его стремлении заставить всех ненавидеть свою бывшую