Увидев, как изменилось лицо Эллы, я снова начала сопротивляться. Она повернулась к мужчине, державшему меня.
– Сколько?
– За что?
Элла сделала шаг вперед.
– Ты понимаешь, о чем я говорю. Мой отец когда-то помог вам. Теперь он умер и вы должны расплатиться со мной. Это отдельный разговор. Сколько будет стоить то, что вам уже приходилось делать? Убрать этих двоих.
Двоих. А кто второй?
Дэн, конечно. Они, наверное, напали на его след.
– О цене речь не идет. Мы здесь все уже закончили…
Встав рядом с Эллой, Джек обнял ее за плечи.
– Мы заплатим. Только назовите цену.
– Нет, мы не согласны…
– Колби, – вмешалась женщина. – Это надо обсудить.
Глава 51
Колби уступил Джеку место рядом с поверженной Сарой. В глубине души он надеялся, что она сможет сбежать.
Отойдя, он посмотрел на Пенни как на ненормальную.
– Мы не можем это сделать.
Потом оглянулся на Джека, пытающегося усмирить Сару. Увидел, как он пригвоздил ее к земле и обездвижил.
У них не было времени, чтобы подумать.
– Послушай, Колби, – начала Пенни, оторвав его от разворачивающейся перед ними сцены. – Нам ведь уже приходилось это делать.
– А тебе не кажется, что сейчас совсем другой случай?
– Убийство всегда убийство.
– У нее двое детей, – возразил Колби, пытаясь рассуждать логично. Тщетно. – А вторая и вовсе коп. Это совершенно невозможно.
– Они готовы на все, – заметила Пенни, подходя вплотную к Колби. – Разве ты не видишь? Они заплатят, сколько бы мы ни запросили. Мы сможем бросить нашу работу – я знаю, ты хочешь. Когда мы только начинали, мы не рассчитывали заниматься этим всю жизнь, верно? Возможно, сейчас у нас появился шанс завязать.
– У них не хватит денег. Сколько им потребуется, чтобы набрать сумму, достаточную, чтобы мы ушли за горизонт? Сейчас таких бабок у них нет.
– У них достаточно, чтобы мы выпутались. А потом, со временем, они доплатят нам остаток, чтобы в следующий раз мы не брались за любую работенку.
– Я не собираюсь убивать копа, – как мог твердо заявил Колби. – И ты тоже этого не сделаешь. Она не знает, кто мы. Ей вообще ничего не известно. Так что даже не заикайся.
– Но…
– Нет, Пенни, мы не в игре. У них нет денег, ради которых стоит так рисковать. Это их заморочки. Вот пусть сами и разбираются.
Пенни надулась, словно он отказался купить ей дорогую побрякушку, а не убить копа. Колби потер лоб, чтобы придать себе уверенности.
– Ты просто перенервничал, – сказала Пенни, подходя к приятелю и обнимая его за талию. – В чем проблема? Я могу сделать это вместо тебя.
– У нее же дети…
– Я знаю, – чуть грустно проговорила Пенни. – Но мы с ней даже не знакомы. Надо прежде всего думать о себе.
– Но только не коп, – отрезал Колби, надеясь, что ему не придется этого повторять. – Слишком большой риск. Пусть сами разбираются.
Пенни кивнула, и он ее отпустил.
* * *
– Шестьдесят тысяч, – объявила женщина, когда они вернулись. – Только за нее.
Я попыталась закричать, но рот мне зажала шершавая рука. Мужчина сменил Джека на сторожевом посту.
Джек посмотрел на Эллу, взвешивая это предложение. Потом повернулся к женщине, даже не взглянув на меня.
– Я этого не хотел, – стал оправдываться он, снова взглянув на Эллу. – Для меня было важно, чтобы она призналась, и все бы на этом закончилось. Я не хотел, ну, вы понимаете… такой развязки.
– Отлично, тогда мы свободны, – сухо сказала женщина. – Но только имейте в виду, ваш план был с самого начала обречен на провал. У вас с этой женщиной общие дети, которых она любит больше, чем вы. И даже больше себя. Она никогда от них не откажется. Так что вы либо сбегаете к своей новой подружке, либо остаетесь с женой. Вам решать.
Я смотрела, как мой муж – человек, которому я безраздельно доверяла, – решает, жить мне или умереть.
Он обязательно примет верное решение, думала я. Он же по натуре хороший, порядочный человек, несмотря на сложность ситуации, в которую мы все попали. Он не допустит, чтобы мать его детей была убита.
Он на такое просто не способен.
Джек повернулся к Элле.
– Если мы позволим ее убить, значит, мы ничем не лучше ее.
Элла положила ладонь ему на плечо. А я снова забилась в руках державшего меня мужчины, стараясь освободиться.
– Джек, ты знаешь, кто она на самом деле. Мы с тобой уже об этом говорили. Она настоящее чудовище. Ты уговорил меня разыграть этот спектакль. Я сидела рядом с ней в кабинете и выдавала себя за женщину, совершившую то же преступление, что и она. Мы предвидели, что она может не признаться. Послушай, она слишком долго находилась рядом с твоими детьми, и кто знает, что она вложила в их головы. Но еще не поздно все исправить. Мы можем их спасти. Однако ее надо остановить, пока не поздно. Мы не знаем, сколько вреда она причинила людям за все эти годы. Зато мы в силах предотвратить ее дальнейшие преступления.
– Но это… это же убийство.
Я ждала, когда у Эллы кончится терпение и она перестанет его уговаривать. Но она была полна сочувствия.
– Знаю, знаю, – проговорила она, прижимая его к себе.
Джек вцепился в нее, словно она была обломком корабля в океане, который приплыл к нему, когда он тонул.
– Мне так хотелось, чтобы Сара поступила честно, но она не собирается этого делать. А сами мы не можем пойти в полицию: у нас нет достаточных доказательств. Значит, в итоге она заберет у нас все. Дом, детей, деньги. Постарается нас погубить. Мы не сможем быть вместе. Ей даже не придется нас убивать. Представь, что мы убиваем бешеную собаку. Она же больная. Мы просто обязаны избавить от нее людей. Тем более что мы сделаем это чужими руками.
Я слушала и ничего не понимала. Мне просто хотелось разорвать их на куски. Или вцепиться каждому из них в горло и давить на него, пока они не посинеют.
– Ладно, я понял. Это единственный выход. Но я не буду на это смотреть.
Мое сердце чуть не разорвалось, когда Джек повернулся к женщине, стоявшей надо мной. На меня он по-прежнему не глядел.
– Мы дадим вам сорок тысяч.
Я поискала взглядом Джека. Он стоял футах в шести от меня. Ворот его рубашки-поло был разорван, на руках темнела