Евгения Семёновна успешно добралась до Москвы и пересела на поезд, идущий в Иркутск.
Боярский всё это время выкупал всё, что мог выкупить через подставных лиц. Из-за паники люди Мухиных сливали недвижимость и дела за совсем небольшие деньги. Особенно охотно делая скидки за наличку.
Конычев очень быстро отловил Черепанова, и теперь тот старательно делился информацией в моей «пытошной». Начальник охраны уже видел начала краха империи Мухиных, поэтому особо не упорствовал, выдавая все необходимые адреса. Так что уже в течение недели случились пожары на всех складах и цехах, связанных с наркотиками. Волгин с командой работали быстро, надёжно и не оставляя следов. Я не забывал о том, с чего началось наше бодание. Отношение к этой дряни у меня было особенное.
Вскоре пришла новость, что Александр Мухин погиб. Его нашли в собственной машине с перерезанным горлом, и последним, кого видели в компании покойного, был младший брат — Константин.
Мне никакой радости эти новости не доставляли. Лишь чувство удовлетворения. Я следил за происходящим, не отвлекаясь от исследования головы культиста и медленной постройки модулей для Черномора.
— Производство невозможно, — вдруг сообщил мне приятный женский голос Модуля Синтеза. Я нахмурился.
— Запаса реогена, Хозяин, недостаточно для продолжения вашей работы. Мне снова не повезло, — проговорила голова робота, металлические руки поднялись к небу. — Хотя чего я ещё мог ожидать? Тяжёлый фатум преследует меня!
— Что значит недостаточно?
— Последний имперский конвой был десять дней назад, Хозяин.
Хм…
Глава 11
— Это всё приоритизация, ваше сиятельство, — сказал Гудков. Староста Комаровки отвечал за связь с имперским отделом по выделению ресурсов, и сам сильно удивился внезапно прекратившемуся потоку. Сделав несколько звонков, он явился ко мне с видом, будто бы самолично дал приказ ограничить поставки и тем крайне опечален.
— Поясни.
— Все поставки идут на север, — он мял в руках шапку с виноватым выражением лица.
— Руслан, я тебя ни в чём не виню, — тихо проговорил я. — Рассказывай всё, что знаешь.
— Никто ничего толком и не говорит, ваше сиятельство, — вздохнул он. — Я плотно пообщался с несколькими чиновниками в отделе. Там всё очень вежливо, но очень твёрдо. Мол да, они в курсе наших затруднений, но у них сейчас есть основные запросы и все второстепенные будут обработаны в порядке очереди второго приоритета. Просят не беспокоиться.
Гудков зачем-то огляделся, словно в помещении администрации был кто-то ещё кроме нас:
— Однако я сумел узнать, что от Гродно и до Финского Залива всем землевладельцам дали высочайший приказ укреплять оборону. Процессы курирует Военное Министерство. Я задал парочку вопросов старым знакомым, с кем когда-то дела вёл, и кто живёт в тех краях. Всё сходится. Там будто к войне готовятся.
Я покачал головой, занятно:
— А южнее Гродно?
— У меня кум в Поплавцах живёт, я с ним тоже парочкой слов перекинулся. Там ничего нового не строится, — он развёл руками. — А севернее глобальная стройка. Что-то грядёт, да?
— Кто знает. После Ивангорода такой шаг был бы логичен. Но на всём протяжении границы, а не только на севере, — мне не нравилось происходящее, но логику в нём я был способен увидеть. — Спасибо, Руслан. Должно быть, наша очередь придёт позже.
Я сказал это чтобы успокоить помощника. И лицо его действительно смягчилось.
— Да, наверное, так и есть, — с облегчением сказал Гудков.
— Вот и ладно. Тогда до встречи.
Руслан скомкал шапку, переступил с ноги на ногу.
— Что-то ещё? — поинтересовался я.
— Насчёт стройки, ваше сиятельство. Андрей… Ну, то есть, его благородие Драконов говорили, что нам даже на малую малость сейчас не хватает. Это правда?
— Временно, — проронил я. Мне нужно доделать оболочку Черномору, поэтому всё шло на финальные штрихи. Да и вообще подземельные проекты останавливать нельзя. Они сильно улучшат меня в будущем.
Гудков понимающе покачал головой.
— Я что-нибудь придумаю, Руслан, — сказал я. — Не переживай. Что-то ещё?
— Завод в Константине. Он же готов, верно? — осторожно спросил староста.
— Да.
Он вздохнул и робко уточнил:
— Вам ведь туда работники нужны, да?
— Есть предложения?
Гудков торопливо сказал:
— В том-то и дело, ваше сиятельство, что нет. Да и опасения у людей имеются. Говорят, что такие заводы на много километров вокруг воду травят и людям здоровье гробят. Трудно будет работничков отыскать, сами понимаете…
— С работничками у меня уже всё в процессе, скоро запустим добычу, — улыбнулся я. — Так что передай: воду можно будет пить спокойно. И здоровье будет в порядке. Верь мне.
Он кивнул:
— Тогда разрешите идти, ваше сиятельство?
Едва Гудков вышел, я набрал Орлова. Несколько долгих секунд размышлял о том, что мне сообщил помощник и как с этим жить. Военное Министерство дурака валять не станет, хотя мне уже не единожды дорогу перешло. Из кузнецов у меня остался только Тихон, да ещё благодаря «перехватчикам» я нашёл в Кобрине и Малорите двух оружейников без лицензий. Берут меньше, но неизвестно как делают. Нужно будет посмотреть на их работу, если всё хорошо, надо перетаскивать их к себе и загрузить заказами. Пока до них не добрались вояки.
— Михаил Иванович, доброй ночи! — буркнул сонный Орлов, прервав мои размышления.
— Простите за столь поздний звонок, Леонид Михайлович, — прижал я трубку к уху. — Но у меня тут возникли некоторые подозрения, хотелось бы их развеять.
— Чем могу помочь? — подобрался граф. На заднем фоне послышался женский недовольный голос.
— У меня есть информация, что к северу от моих земель активизировалась Скверна, — не стал я ходить вокруг да около. — Вы что-то об этом знаете?
— Похвально-похвально, Михаил Иванович, — тяжело вздохнул Орлов и с кряхтением встал. — Одну минуту.
Я дождался, пока граф покинет свою спальню.
— Михаил Иванович, не хочу спрашивать, откуда у вас такая информация, потому что она конфиденциальная, — сказал он спустя минуту, чуть громче, чем до этого. Явно вышел в безопасное от любопытных ушей место. — Но, полагаю, вы, как никто, должны быть в курсе происходящего. Простите, что не позвонил сам. По моим данным накопление Скверны идёт значительно севернее ваших рубежей. И да, есть опасения, что она снова пойдёт в атаку.
— Леонид Михайлович, это ведь очень важная информация. На границе она способна сохранить жизни. Было бы неплохо получать её своевременно и заранее.
— Уверен, для вас нет никакой опасности, друг мой, — поспешил успокоить