Вечный указал рукой куда-то на север и широко улыбнулся. Я на миг перестал жевать, но вкус потащил меня в бездну удовольствия всё равно. Люций расценил это как команду продолжать:
— Я найду его и убью. А потом убью ещё кого-нибудь. Кого услышу. Они ведь не знают, что я знаю!
— У тебя нет дара, Люций, — сказал я, прожевав и проглотив еду. — В сражении с тварями Изнанки тебя просто порвут на части.
— Дара нет, но есть опыт, — не сдался Люций.
— Думаешь, опыта будет достаточно? — со скепсисом заметил я и отхлебнул горячего напитка.
— Максимум, что случится, это меня убьют, — пожал плечами вечный.
— Ну, это, конечно, да. Это неоспоримо.
— Просто мне нужно хорошее оружие, — деловито и намёком продолжил он. — Такое, какое есть у твоих людей! Оружие решает многие проблемы, ты же знаешь.
Я хмыкнул. Предложение интересное. Но терять включённое на волне Скверны радио мне совсем не хотелось. Такие плюшки лучше иметь где-то поблизости.
— Я думаю, что больше пользы ты принесёшь здесь, Люций, — осторожно заметил я. — Гораздо больше. Если бы ты ходил где-то далеко и убивал монстров, то не сумел бы спасти Сашу.
— Помнишь, ты говорил, что надо выбирать между приставкой или уничтожением? Я выбрал, — вечный блаженно улыбнулся, словно не услышал меня.
— И, как я понимаю, выбрал не приставку? — предположил я. — Может тебе новых игр купить? Я слышал, вышла третья часть «Половиножизни».
— Я хочу попробовать быть полезным, — отмахнулся Люций. — Я хочу убивать этих чудовищ, за то, что они сделали с Сашей! Ты сказал, что я не успел бы спасти Сашу. Я помню. Но если бы я убил это существо, то с Сашей ничего бы не случилось. Верно?
Сомнительно, но ладно. Так-то похвальное желание. Я снова откусил от ватрушки, задумчиво изучая Люция. Тот попросту светился изнутри. Человек, обрётший смысл. Это можно использовать. С его талантами.
— Сегодня вечером приходи в тренировочный лагерь, — сказал я. — Посмотрим на тебя в деле.
— Миша, я ведь могу и сам пойти на них охотиться, — нахмурился Люций. — Мне не нужны эти проверки. И твоё разрешение мне не нужно. Это моя жизнь. Ты лишь кустик на обочине, который вырастет и засохнет. Не хочу тебя обидеть, но…
— Я знаю, что моё разрешение тебе без надобности. Но скажи мне, сколько времени у тебя займёт выращивание тела после отсечения головы? Если тебя разорвут на куски — неделю или две будешь по кустам срастаться? Много пользы из этого выйдет?
Я с интересом на лице опять хлебнул кофе.
— Хорошо. Приду, — чуть посмурнел Люций. — А оружие дашь? То, с золотом, про которое все говорят.
— Если хорошо себя покажешь. Но учти, одного всё равно не отпущу никуда.
— Миша. Меня не берёт Скверна, меня не берёт смерть. Тот, кто отправится со мной, будет меня задерживать и только! — запальчиво воскликнул вечный.
— Вечером приходи, — я запихал в рот остатки ватрушки и откланялся. Да, здесь тоже было о чём подумать. Одинокий мститель мне, разумеется, совершенно без надобности, но пристроить его в команду ликвидации было бы недурно. Если он действительно способен выслеживать порождения Скверны вроде Шепчущего. Правда, надо заранее продумать, как обезопасить вечного от «узнавания». Так как внезапно появившийся «бессмертный» вызовет массу ненужных вопросов. Которые надо решить заранее.
Аль-Абас ведь никуда не делся. Голова культиста в моём подвале перестала отращивать тело и, по-прежнему, на все вопросы отвечала руганью. Я собирался показать эту чудо Кожину, чтобы не тратить больше время и освободить сосуд. Нужные данные у меня уже были. И был объект, который просто напрашивался на место в баке вместо Лапшина.
Я остановился, обернулся. Люций бодро шёл вдоль дороги к спуску в Орхово.
— Хозяин, — рядом появился Черномор. — Вы просили сообщить, если на территории появится граф Рокфоров.
А этому-то, что от меня надо?
Глава 12
Они знали, куда ехать. Массивные внедорожники ограниченной серии «Медведь» один за другим сворачивали на дорогу к административному зданию. Пять бронированных чёрных автомобилей с военными номерами остановились на небольшом расстоянии друг от друга.
Я стоял на крыльце, укрываясь от дождя. С запада дул ледяной ветер, в котором чувствовалось дыхание приближающейся зимы. Да, пока только ноябрь, но уже скоро, совсем скоро здесь станет ещё мрачнее и холоднее.
Первыми на улицу вышли охранники. Все в военной форме, все в полном боевом снаряжении и, одновременно, все как один — одарённые. После того как бойцы рассыпались, создав вокруг колонны подобие живого щита, отворилась дверь главного «Медведя». Высокий длинноволосый мужчина ненадолго задержался на подножке внедорожника, прежде чем спрыгнуть на дорожку. Одетый в строгий чёрно-алый костюм, он убедился, что его туфли в идеальном состоянии, после чего с лёгким поклоном протянул руку спутнице.
Женщине, снисходительно принявшей ухаживание, было около тридцати лет. Мило улыбнувшись мужчине, она огляделась, чуть приоткрыв рот и словно не замечая меня. А едва её взор встретился с моим, то на лице красавицы появилась неподдельная радость. Голубые глаза сверкнули.
Черномор заботливо нарисовал над головой обоих гостей красные метки. Парочка двинулась ко мне. Они словно выпали из какого-то столичного бала, оказавшись на окраине разумного мира, но совершенно не чураясь его.
— Добрый день, Михаил Иванович, — низким и приятным голосом проговорил мужчина, приблизившись. Он был выше меня, шире в плечах. На лице, под левым глазом, обнаружился шрам, который добавлял гостю суровости, несмотря на тоненькие усики, чуть загибающиеся кверху.
— Здравствуйте, — степенно поприветствовал я их.
Он неторопливо сдёрнул с рук белые перчатки, с лёгкой насмешкой во взоре оглядывая меня с головы до пят. Его спутница тоже не скрывала своего интереса.
— Позвольте представиться, Михаил Иванович: граф Иван Григорьевич Рокфоров, — чуть склонил голову мужчина и щёлкнул каблуками. — Верный слуга Его Императорского Величества и поверенный Его Сиятельства князя Решалова. А это Юлия Милова, главный координатор Западного округа.
Женщина протянула мне руку, для поцелуя. Я слегка коснулся её губами, отметив приятный запах духов.
— Прошу, — отступил я к двери, отворяя её перед гостями. — Уверен, вы приехали сюда не для того, чтобы топтаться на улицу.
— Покорнейше благодарю, Михаил Иванович, — тонко улыбнулся Рокфоров. Я обратил внимание, что родовой перстень на руке графа тлел голубым огнём. Арканист. Но какой стихии?
— Вы, должно быть, устали с дороги, — сказал я, когда мы оказались внутри. — Быть может, хотите чаю?
— Чай был бы чудесен. Такой холод на улице, — мелодичным голосом сказала Милова. Граф помог ей снять пальто, под которым