— Эй! Эй кто-нибудь!
В голосе сквозила паника. Девушка постаралась успокоиться. Мысли путались, отказывались складываться в логическую цепочку. Бар. Музыка. Темнота. Сладковатый запах… Укол.
Должно быть, что-то случилось, и ее привезли в больницу. Только зачем связали? Наверное, она была слишком пьяна и пыталась навредить себе. Аиша повернула голову — движение далось с трудом, шея одеревенела — пытаясь разглядеть что-то по сторонам.
И увидела Их.
Существо стояло, склонившись над консольным столом в паре метров от нее. Оно было высоким, под два метра, худощавым, с зеленоватой кожей. Его конечности были слишком длинными и суставчатыми, движения — резкими, угловатыми. Голова лишенная волос, вытянутая назад, напоминала голову хамелеона. Оно что-то печатало на панели, и Аиша увидела его руки — с тремя длинными, костлявыми пальцами.
Это не сон. Сны не бывают такими тактильными. Она чувствовала каждый миллиметр холодного стола под спиной, каждый ремень, впивающийся в кожу. Чувствовала сухость во рту и слабость в мышцах. И видела ЭТО.
Существо обернулось. Его глаза, большие, полностью черные, без белков и зрачков, скользнули по ней без интереса, как по предмету. Оно издало короткую серию щелчков и гортанных булькающих звуков, обращаясь к кому-то вне ее поля зрения.
Из тени вышло второе. Чуть ниже, с более грузным телом и кожей зеленоватого оттенка. В его руках был какой-то прибор, похожий на смесь шприца и дрели, с тонким сверкающим наконечником.
Нет. Нет, нет, нет…
Это не больница. Это не Земля.
Щелкающие шаги приблизились. Зеленоватое существо нависло над ней. Аиша забилась, дикий, беззвучный крик застрял в горле. Она пыталась вырваться, но ремни не давали и сантиметра свободы. Черные, бездонные глаза смотрели на нее без злобы, без любопытства — с холодной, клинической оценкой.
Существо ткнуло длинным пальцем в ее висок, примериваясь. Холод прикосновения заставил ее содрогнуться. Потом подняло прибор.
Аиша зажмурилась. Слышала только нарастающее жужжание. Потом — острую, жгучую боль в виске. Мерзкое ощущение вторжения. Холодного, чуждого, ввинчивающегося сквозь кость прямо в мозг. Она закричала хриплым, полным чистого животного ужаса голосом. Тело выгнулось в спазме, насколько позволяли ремни.
Боль длилась вечность. А потом резко сменилась странным онемением, за которым последовала пустота.
Когда она снова смогла открыть глаза, существ уже не было. Над ней по-прежнему был странный потолок, но ремни расстегнуты. Аиша лежала, не в силах пошевелиться, всхлипывая и глотая соленые слезы, стекавшие по вискам в волосы. Она мелко дрожала, пытаясь принять реальность.
Инопланетяне. Нас похитили инопланетяне.
Это не теракт, не похищение с целью выкупа. Это что-то из плохих фантастических фильмов, в которые она никогда не верила. И это происходило с ней. Сейчас.
Ее подняли. Руки — не те, троепалые, а другие, более мелкие существа с тускло-серебристой кожей — грубо подхватили ее под руки и поволокли куда-то. Она почти не сопротивлялась, парализованная шоком. Ее проволокли по длинному, изогнутому коридору и втолкнули в помещение, похожее на камеру. Пол и стены были гладкими, серыми. Дверь за ней бесшумно закрылась, растворившись в стене.
В камере уже были другие. Сидели, лежали, обняв колени, стояли, прислонившись к стене. Все ее подруги Лима, Сара, близнецы, Кара, Лайла, и четыре незнакомки.
Лима первой бросилась к ней.
— Аиша! Боже, ты в порядке? Что они с тобой сделали?
Аиша не могла говорить. Она просто уткнулась лицом в плечо подруги, и ее тело снова затряслось в беззвучных рыданиях.
— Они… они что-то вставили мне в голову, — выдохнула она наконец, касаясь пальцами виска. Кожа была цела, но под ней чувствовалась крошечная, едва заметная выпуклость, и тот самый фантомный зуд.
— У всех, — тихо, с другой стороны сказала Сара. Она сидела, обхватив себя руками, ее обычно яркий макияж был размазан слезами. — Мне кажется, у всех нас. Это… чип какой-то.
Кара тихо плакала, раскачиваясь. Тарани, одна из близнецов повторяла: «Мы умрем здесь! Мы все умрем! Они съедят нас!» Ее сестра, Саманта, пыталась ее успокоить, но сама была на грани. Лайла просто смотрела в стену, глаза стеклянные, отрешенные.
Шум нарастал. Паника, заразительная и удушающая, заполняла камеру. Аиша чувствовала, как ее собственный страх, и без того чудовищный, готов вот-вот вырваться наружу тем же криком. Но что-то внутри, какой-то глухой, заглушаемый ужасом инстинкт, заставлял ее сжать зубы. Она должна была взять себя в руки.
— Тише, — хрипло сказала она, но ее не услышали.
— ТИХО! — Голос прозвучал резко, властно.
Это была Лима. Она встала посреди камеры, ее поза, прямая и уверенная, была позой инструктора, берущего контроль над группой туристов перед опасным спуском.
— Криком мы ничего не добьемся, — сказала она, уже спокойнее, но так, чтобы было слышно каждое слово. — Соберитесь. Прямо сейчас. Дышите. Глубоко. Вдох… Выдох.
Она скомандовала так естественно, что большинство девочек, включая Аишу, машинально повиновались. Постаралась дышать глубже.
— Мы не знаем, что это за существа и что они хотят, — продолжала Лима, глядя на каждую по очереди. — Но они не убили нас сразу. Они что-то вживили. Значит, мы для чего-то нужны. Пока мы живы — есть шанс.
— Какой шанс?! — всхлипнула Тарани. — Мы в космосе! На чужом корабле!
— Шанс выяснить, что происходит, — твердо сказала Аиша, найдя в себе силы поддержать Лиму. Голос ее все еще дрожал, но слова были четкими. — Шанс наблюдать. Искать слабые места. Они же живые, значит их можно убить. Надо придумать план.
— Аиша права, — кивнула Лима. — Я видела, как они двигаются. Угловато, будто не очень удобно в своих телах. И между ними есть иерархия. Те, серые и высокие, что делали нам эти штуки в голову, — они главные. Те, что серебристые и таскали нас, — как обслуживающий персонал. Рабы или солдаты. Пока мы вместе, пока мы думаем, у нас есть преимущество.
— Какое?! — спросила Сара, вытирая лицо.
— То, что они нас не понимают, — сказала Аиша, и в ее голове вдруг щелкнуло. Имплант. Зачем-то же его вживили. — Они вживили нам что-то в голову. Возможно, для перевода. Или для… контроля. Но пока он не работает, наш язык — наш секрет. Мы можем говорить открыто. Они