— О нашей дочери.
Сажусь.
— Ну, ладно, у тебя были шлюхи. Я смирилась с этим… Если бы не они… может, у нас все было бы иначе? — проникновенно смотрит мне в глаза.
— Ты смирилась? — хмыкаю. — Давай не будем вспоминать о причинах нашего развода, хорошо? Ты сама просила меня не говорить ничего Лике.
— Но ведь все изменилось, Николай! Я многое переосмыслила, — берет меня за руку. — Как вы дороги мне…
— Наташ, — забираю руку и тру пальцами глаза. — Не начинай, а? Ты хотела о Лике поговорить?
— Да. Николай, понимаешь… Лика очень хочет, чтобы мы снова стали семьей… чтобы мы…
— Бред, — обрываю ее.
— Но она верит, что все еще возможно. Ты знаешь, мы много разговаривали с ней… она любит нас обоих и ей тяжело…
— Она уже взрослая. Что же ты не думала о том, как ей тяжело, когда ложилась под адвоката?
— Николай!
— Ну?
— Пожалуйста, — говорит уже мягче. — Мне и так тяжело.
— Что так?
— Я все еще люблю тебя. Я поняла это, только оставшись без тебя.
— Хватит. Ты выпила лишнего.
— Нет. Давай попробуем?
— Не буду я ничего пробовать. Хватит, — опять встаю.
— Тогда ты причинишь боль Лике. Я пообещала ей, что попробую с тобой еще раз…
— Нахера, Наташ? Ни тебе, ни мне это не нужно.
— Но, если откажешься попробовать, она тебя не простит, Николай. Ты знаешь нашу дочь.
— Врать ей не буду.
— Не врать. Давай… я предлагаю тебе небольшую сделку.
— Что еще? — хмурюсь я.
— Мы сделаем вид для Лики, что пытаемся воссоединиться. Я тут всего неделю, Николай, потом уеду, не переживай. Нет так нет, навязываться не буду. Но… мне нужны деньги, — и серьезно смотрит на меня.
— В смысле? Тебе мало? Ты же получаешь деньги каждый месяц, — недоумеваю я.
— У меня возникли непредвиденные расходы, — мнется она. — В общем, какая разница? Я тебе предлагаю сделать так, чтобы дочь поверила, что твоей вины нет.
— Не понимаю, тебя, Наташ…
— Ну, смотри. Мы сделаем так, чтобы Лика поверила, что мы честно пытались воссоединиться. А в конце недели я сама скажу ей, что не хочу. Что я не хочу. Понимаешь? И уеду. И получится, что ты перед ней будешь невиноватый в нашем разрыве. Тебе же так важна ее любовь…
— А тебе?
— Мне? Ну, со временем Лика отойдет…
— Это какая-то херота, — усмехаюсь я.
— Ну, почему же? Это шанс тебе свалить все на меня. Всего неделя, Николай?
— Сколько тебе надо?
Она улыбается и пишет на салфетке шестизначную сумму.
— Нихера себе, — усмехаюсь.
— Ну, спокойствие и любовь дочери разве этого не стоят? К тому же молодая любовница…
— Заткнись.
— А что такое? О, нет, Николай! — смеется она. — Только не говори, что у тебя все серьезно с этой малолеткой! Она ровесница твоей дочери!
— Заткнись! — цежу уже злее. — Пошла ты!
Швыряю салфетку на стол и иду к выходу. Запрыгиваю в машину и набираю Владу.
Глава 38. Ник
Она отвечает не сразу. Заставляет меня материться и свернуть на обочину, чтобы не попасть в аварию.
Только это мне не хватало! Чтобы она скрывалась от меня! Что она там себе надумала?!
И я упорно, раз за разом набираю ее номер.
Наконец, она отвечает.
— Влада, ты где? — сразу же спрашиваю я.
— Гуляю, — тихий голосок.
— Где гуляешь? Что все это значит? С кем ты? — я не могу скрыть волнения.
— Одна, — и как будто вздыхает.
— Влада, — заставляю себя успокоиться, — просто скажи, где ты.
— Зачем?
— Я подъеду и заберу тебя.
— Зачем?
— Затем, что так надо, блять! — срываюсь.
И тяжело и медленно выдыхаю.
— Влада, пожалуйста, скажи, где ты. Я все равно найду тебя. Ты же не собираешься прятаться от меня? Ты же умная девочка.
Несколько секунд адовой тишины и она говорит мне адрес.
— Жди меня там, — кидаю быстро и сразу же рву с места.
Я приезжаю к какому-то парку. Паркуюсь и выхожу из машины и тут же замечаю идущую ко мне девчонку. Подхожу к ней быстрым шагом.
— Ты почему убежала? — накидываю ей на плечи пиджак.
Уже стемнело и прохладно, а она как была в майке с коротким рукавом, так и есть.
— Потому что я там лишняя, — поднимает на меня серьезный взгляд. — Это неправильно, Ник. У вас семья. Я не хочу ее разрушать. Лика так счастлива…
— А я? — спрашиваю, прижимая ее к себя и ведя к машине. — Тебя не беспокоит, счастлив ли я?
— А разве нет? — останавливается и так смотрит мне в глаза, что сердце сначала замирает, а потом ухает с такой силой, что страшно за ребра.
Выбьет.
— Без тебя — нет, — улыбаюсь и беру ее за подбородок.
Наклоняюсь. Перевожу взгляд на губы Влады.
— Девочка моя, я давно в разводе с Наташей. У нас с ней только одно общее — Лика. А Лика взрослая девочка и умная.
— А Наталья? — все равно спрашивает она.
— Наталья? У нее своя жизнь и она скоро туда и вернется. Погостит немного и уедет. — улыбаюсь я и еще ближе становлюсь к губам.
— Мне показалось, она еще любит тебя, Ник, — шепчет Влада.
Выпрямляюсь и смотрю на нее.
— Показалось, — говорю я. — К тому же я ее не люблю. Я не хочу с ней быть. Обо мне ты будешь думать?
Делаю вид, что строго смотрю на нее и шлепаю за попку.
Вижу, как дергаются уголки ее губ.
— Я хочу быть с тобой, — кладу руки ей на попу и прижимаю к себе. — Просто прими тот факт, что у меня была жена. Бывшая жена, Птичка. И у меня есть взрослая дочь. Все. И есть мы. Мы, понимаешь?
Тяжело вздыхает.
Улыбаюсь и, наконец, целую ее.
Пропадаю в этом поцелуе. Теряю счет времени и все проблемы откатывает назад. Подальше.
И Птичка пропадает.
Приоткрываю глаза, когда чувствую, как ее руки касаются моей шеи. Обнимают меня.
Моя девочка.
— Поехали? — говорю, отпуская сладкие губы.
Пальцами сжимаю ее. Не хочу отпускать.
— Куда? — шепчет она и испуганно смотрит на меня. — Я не поеду туда, — мотает головой. — Я не могу…
Смешная.
— Ты ночевать где планировала? — спрашиваю ее.
Пожимает плечами и опускает взгляд.
Ну, некуда ей идти! Я же знаю.
— Поехали, Птичка. Поживешь пока в квартире. Я понимаю, что в дом не хочешь пока возвращаться. Наташа улетит и тогда… или мы можем так и остаться жить в квартире? Что скажешь?
Моргает и не знает, что сказать, похоже.
Маленькая девочка.
Хорошо, что у нее есть я.
— Поехали, — отпускаю ее попку и беру за руку.