— Я сегодня к себе поеду после работы, — Эмма наконец-то уделяет свое внимание мне. — Нам с Олей надо подготовиться. Послезавтра четвертый тур. Дальше будет только финал в Питере.
Хмурюсь. Идея мне категорически не нравится. Сейчас не то время, чтобы терять Эм из поля зрения.
— Вы можете здесь готовиться. Я тебя никак в гостях не ограничиваю.
Эмма утыкается взглядом в тарелку, стоящую перед ней.
— Нет. Там у меня всё оборудовано. И вообще, Тимур, почему я должна жить тут? Тебе не кажется это странным?
— Не кажется, — получается достаточно резко.
Эмма вздрагивает. А я второй раз за несколько дней испытываю бесконечное сожаление и тупую боль в груди. Когда я приехал за Эммой, там в подъезде, она меня испугалась. Испугалась, что я её ударю. То чувство, которое я испытал, увидев, как она от меня отшатнулась, войдет в тройку самых гадких в моей жизни. Никогда я не бил женщин, но, если бы меня кто-то из них боялся, не придал бы этому значения особого. С Эммой всё иначе: для меня важно, чтобы она мне доверяла и могла положиться.
— Я очень ценю твою заботу. Правда. Но у меня есть своя жизнь, и ты не можешь решать за меня. Никто не может, — вздернув подбородок, Эм говорит уверенно. Испуганная лань смылась восвояси, осталась уверенная, строптивая Эмма.
Её стрессоустойчивость меня поражает в который раз. Стоит ей только собраться, и ничего её уже не сломит. Сильнее девочек я не видел.
— Петр с вами будет? — команда у них из трех человек состоит. Третий участник, к сожалению, не девушка.
— Он подключится к нам удаленно. Надо пробежаться по задачам. Решения прописать. Я с паскалем давно не работала. Он не входит обычно в программу, но надо ко всему быть готовым, — она подхватывает с тарелки ягодки голубики и в рот отправляет.
— Набери мне, когда освободишься, я приеду, — неспокойно от мысли, что она в квартире останется.
— А если поздно будет?
— Всё равно, Эм. Не забудь позвонить или написать хотя бы, — продавливаю её интонацией.
Хочется верить в то, что охраны достаточно будет. Но никогда не стоит недооценивать своих врагов. Цена ошибки слишком высока. Причины, по которым сыночек ещё долго будет в больнице валяться, Егоров старший знает. Вспоминаю, как залетев ко мне в кабинет, он орал:
— Тимур, так не делается! Мог просто сказать мне о случившемся. Я бы девчонке квартиру купил, чтобы рот не открывала свой!
Что ожидать от Глеба, когда его отец сам не блещет умом и сообразительностью?
Сколько же ублюдков развелось…
Плавно поднявшись со стула, Эмма ко мне подплывает. Кладет ладошки на мои плечи и, наклонившись, в щеку целует. Меня тут же окутывает запах жасмина, которым пахнут её волосы.
Она словно из сказки. Волшебная маленькая девочка.
— Спасибо. Я не забуду тебе позвонить.
В офис приезжаю после обеда. Ряд совещаний в администрации не позволяет быстрее к насущным делам приступить. Эммы и Оли к этому времени и след уже простывает. У девочек свободный индивидуальный график работы. Для Эммы очень важен этот турнир, но она не соглашается оставить на время работу. Зашкаливающее чувство ответственности.
Дверь моего кабинета распахивается, и на пороге появляется зареванная Алина. Вид настолько несчастный, что можно подумать — социальные сети все закрыли. Навсегда. Для неё одной.
Стирая ручьи слез со щек, она всхлипывает.
— Тимур, я такая дура! — стонет печально моя невестка. Бывшая.
— Верю, — усмехаюсь. — Чего натворила, Алинка?
— Ты бессовестный негодник, Тимур! Мог бы проявить сострадание. Ну что за сухарь?! Тебя кроме бизнеса ничего не волнует.
Знала бы она, насколько далека от истины. Я собственными руками вырыл глубокую яму для компании и не слишком печалюсь по этому поводу.
Откидываюсь на спинку кресла и смотрю на неё, выжидаю. Алинка не заставляет себя ждать. Садится в кресло для посетителей, скрещивает ноги и сообщает.
— Я отбила ступеньку на своем Бентли.
Не могу сдержать смех. Второй раз. Такое уже было. На третий день после покупки она неудачно припарковалась вплотную к бордюру, забыв об автоматически выезжающей подножке, и сломала её под корень. Тогда замена обошлась в пятьсот тысяч. Видимо, ничему жизнь не учит.
— Может, тебе водителя стоит нанять? Дешевле выйдет.
— Ты хочешь сказать, что я ни на что не гожусь? — надувается Алина, становясь похожей на морского ежа.
— Почему ни на что? Ты неплохо снимаешь смешные видео, — после паузы добавляю. — Которые смотреть невозможно.
Алинка хватает со стола ручку и кидает в меня. Не попадает, потому что я отклоняюсь.
— Я тебе это припомню. И вообще, они не юмористические, если что! — грозит мне пальцем.
— Мой водитель может съездить с тобой в сервис, если хочешь.
— Я Кирилла попрошу, — говорит Алина. — Я ведь его дочку на этой машине в школу вожу. Заодно и побешу немного твоего братца, а то он расслабился что-то. Ты Эмму не видел? Кабинет закрыт, — скорость, с которой она тему меняет, поразительна.
— Зачем она тебе? — за прошлый раз я ещё Алине мозги не промыл.
Её благие намерения имели слишком печальные последствия.
— А что, уже просто так с ней общаться нельзя?
Хочется рявкнуть «нет», но я сдерживаюсь.
— Она занята. Что ты хотела от Эммы?
— Она обещала с Ритой занятие провести. Мелкая мне весь мозг проела: «Когда? Ну когда?».
— Давай позже ты к ней обратишься. Она сейчас готовится к чемпионату по программированию. Не стоит её отвлекать, Лин.
— А правда, что вы с ней вместе живете? — ну просто мисс деликатность.
— Всегда удивлялся твоему умению быстро сплетни собирать, — пока у нас с Эм всё зыбко, я бы предпочел, чтобы никто не обсуждал эту тему. Не хотелось бы привлекать к Эмме нежелательное для неё внимание.
— Если за тобой не приглядывать, то ты женишься и нам не скажешь, как сделал это в прошлый раз, — Алина поднимается на ноги и, гордо вскинув голову, к двери направляется.
— Когда я в прошлый раз женился, ты, догорая моя, ещё под стол пешком ходила. Немудрено, что тебе я не сообщил.
Алинка фыркает.
— В этот раз я всё проконтролирую. Не ты, так Эмма мне расскажет.
Ага, жди. Эта особа расскажет. Чем ближе мы с ней знакомимся, тем сильнее я понимаю, насколько она закрытый и самодостаточный человек. Мало кто в двадцать лет может похвастаться такими качествами. Вспоминая свою бывшую