— Я встречаюсь с Вестом, да.
— И ты младшая сестра Рафаэля.
— Да. Ты его знаешь? — мой вопрос вежливый, но я не могу скрыть нотку напряженности, что просачивается в голос. Мне не нравится этот мужчина. Не нравится, как он оттащил меня сюда.
— Не имел удовольствия. — Дэйв смотрит на толпу, словно ждет, что Вест появится в любой момент. — Ты явно готовишься выйти за него замуж до его тридцатилетия. Уверен, ты думаешь, что тебе справедливо платят, и что ты оказываешь ему услугу. Но подумай, на что ты соглашаешься, — говорит он торопливо. — Жизнь, связанная с Каллоуэем не счастливая.
Я не позволяю своему лицу измениться с нейтральной маски, что надела. У меня много практики в том, чтобы быть доброй и вежливой, и сейчас я использую это как меч. Я смотрю на его левую руку.
— Кажется, вы женаты.
— Да, — говорит он, — Я женат. Слушай, у нас не так много времени. Если Вестон сказал тебе, что ты сможешь развестись через несколько лет, он, вероятно, лжет. Траст трудно оспорить. Скажи мне, сколько он тебе платит, и я обещаю удвоить эту сумму, если ты оставишь его.
— Удвоить то, что он мне платит, — повторяю я.
Пот выступил у него на лбу.
— Я утрою ее, если ты подождешь, чтобы отказаться от свадьбы до недели перед его днем рождения. Води его за нос.
Несколько вещей складываются в голове за раз, и мне нужно мгновение, чтобы подобрать слова. Позволить гневу прийти, и когда он приходит, он жжет.
— Я с ним не из-за денег.
Дэйв смеется. Это короткий и жесткий звук.
— Да, да, конечно, не из-за денег. Слушай, если ты предпочитаешь поговорить где-то менее публично, я свободен. — он вкладывает мне в руку визитку. — Просто подумай об этом.
Всегда была такая странная настойчивость насчет брака: мать Веста, комментарии людей. Брачный пункт для Фэйрхейвена.
— Спасибо, — говорю я, — Но мне не нужно спасание, и мне не нужны ваши деньги.
Глаза Дэйва расширяются, словно он понимает, что я, возможно, дура.
— Он не может дать тебе любовь. Ты, должно быть, это понимаешь. Что бы он тебе ни обещал, это никогда не превратится во что-то настоящее.
— А что ты об этом знаешь? — спрашиваю я его. Мой голос все еще добрый, но он источает неискренность. — Ты тот, кто делит с ним постель каждую ночь?
Я никогда раньше так ни с кем не разговаривала.
Ни с кем, кроме Веста.
Дэйв медленно качает головой, и на его лице недоверчивое выражение.
-- Не могу поверить.
— Не можешь поверить во что? — голос Веста ледяной, несмотря на весеннее тепло. Он втискивается в узкое пространство между Сэмом и мной, и его рука обвивает мою талию, сильная и успокаивающая. — Во что ты не можешь поверить, Дэйв?
Его кузен на несколько дюймов ниже и смотрит на Веста суженными глазами. Все притворство учтивости стирается с его лица.
— Сегодня не участвуешь?
— Были дела поважнее, — говорит Вест. — Ты не беспокоишь мою девушку, надеюсь?
— Просто здороваюсь. Учитывая, что она скоро станет семьей и все такое. — улыбка Дэйва — это бритва. — Хорошо повеселитесь.
— И ты, — говорит Вест тоном, ясно дающим понять, что он имеет в виду «отвали». Дэйв бросает на меня еще один взгляд и затем направляется к парковке, прочь от океана.
Вест смотрит на меня. Его глаза сужены, рука плотно обнимает меня.
— Ты в порядке?
— Да. Никаких сообщений. Ни звонков. — я наклоняю голову. — Но, думаю, я только что узнала кое-что очень интересное.
Его губы истончаются.
— Что он тебе сказал?
Глава 48
НОРА
— Он предложил мне деньги за то, чтобы я не выходила за тебя замуж, — говорю я.
Лицо Веста становится тщательно бесстрастным.
— Не здесь, — говорит он и берет мою руку в свою. Он смотрит на столы вокруг нас и на людей, болтающих, пьющих. Смеющихся.
Он хватает стул и поворачивает его так, чтобы тот смотрел на океан. Подальше от окружающих. Он опускается на стул и притягивает меня ближе.
— Ты хочешь, чтобы я снова села к тебе на колени.
— Да. У нас это хорошо получается.
— Я зла на тебя.
— Я знаю. Я это вижу. — он протягивает ко мне руки. — Можешь злиться на меня и позволить мне обнять тебя?
Я колеблюсь еще секунду, прежде чем сесть к нему на колени перед всеми этими людьми, под ярким весенним солнцем. Я перекидываю руку через его плечи и сажусь боком, чтобы все еще видеть его лицо. Мы пришли сюда, чтобы быть приманкой для сталкера, и мы продолжим это делать.
— Так ты на рынке в качестве жениха.
Его выражение не меняется, но его глаза скользят к моим, они цвета виски и осторожные.
— Нет. Я нет.
— Да? Я могла поклясться, что слышала что-то о брачном пункте, Фэйрхейвене и твоем тридцатилетии. — я наклоняю голову. — Твой кузен предложил мне втрое больше той суммы, которую ты, якобы, платишь мне, чтобы я не доводила дело до конца. Дай угадаю. Он получит дом, если ты не женишься?
Вест тяжело выдыхает.
— Конечно, он это сделал.
— Это правда? — я скольжу рукой в его волосы и смотрю на него, словно глубоко-глубоко влюблена. — Ты можешь потерять Фэйрхейвен.
— Это правда.
— О. — слово простое и короткое, но оно словно последний пазл, завершающий картину. И затем приходит обида. — Почему ты не сказал мне об этом?
Он не отводит от меня взгляд, но его глаза сужаются.
— Потому что я не хотел усложнять все.
— Усложнять все, — медленно повторяю я. Ничего не сходится. Ничто не сходится. Зачем ему было нужно, чтобы мать перестала сводить его с женщинами, если ему нужен брак? Зачем он согласился притворяться, что встречается со мной?
Это не имеет смысла.
Я наклоняю голову.
— За нами сейчас кто-то наблюдает?
— Я не знаю. Я смотрю только на тебя, — говорит он.
— И если сталкер наблюдает… если мы хотим, чтобы он потерял контроль и совершил ошибку… тогда я должна смотреть на тебя так, словно у нас самый горячий секс, известный человечеству, каждую ночь.
Глаза Веста под солнцем ярче обычного. Они также осторожны. Он слышит тон моего голоса.
— К чему ты ведешь?
— Ты выставлял меня напоказ своей семье. Своим друзьям. На своей вечеринке, в городе, в ресторанах. Нас фотографировали вместе и писали о нас. Все это, чтобы послать сигнал сталкеру… но разве это не усложняет тебе поиск жены?
Его рука на моем бедре сжимается.
— Я не хочу искать