Внешне я выглядел расслабленным гостем, но рефлексы, вбитые в виртуальном сне, заставляли периферийным зрением отслеживать обстановку.
Шумную компанию из пяти пёстро одетых парней я сразу подметил и отнёс к числу потенциально проблемных.
Так и оказалось.
Их заводила залпом осушил коктейль и направился к моему столику. Плюхнувшись напротив, начал меня задирать:
— Кто пустил в клуб ребёнка? — протрубил он на весь зал.
— Простите, но конфликт с оленем не входит в мои планы на вечер, — ответил я, вспомнив, как Алёна характеризовала таких персонажей.
На лбу моего визави появилась глубокая складка.
— Разве мы знакомы? — наконец выдавил он.
— Нет.
— Так откуда ты знаешь, что я из рода Оленевых?
— Так сразу видно, — пожал плечами я. — По стати и поведению.
Он гордо расправил плечи:
— Да, мы такие. Нас ни с кем не спутаешь.
Чуть подумав, поймав ускользающую мысль, он заявил:
— За это надо выпить.
Подтянулась его компания. Все четверо оказались из отряда парнокопытных: Лосев, Зубров, Кабанов и Баранов.
Выяснилось, что у них мальчишник в честь свадьбы Оленева.
На группу ликвидации ребята не тянули, поэтому я слегка расслабился. Затем, слово за слово, мы выпили за знакомство, за невесту, за здоровье императора. Хорошо хоть, Алёна, заботясь о моём состоянии, заранее дала указание официанту — подавать мне только безалкогольные напитки.
Я же был только за.
Что до «парнокопытных», наблюдать за тусовкой этих ребят было даже забавно. Ровно до того момента, как Кабанов, ошибся в применении мудры, увеличивающей выработку дофамина.
Вместо улучшения и так неплохого настроения, мой перегруженный мозг временно ушёл в отключку… Ай-яй-яй.
Как говорится, с такими друзьями и врагов не надо…
* * *
Утро выдалось особенно хмурым.
С трудом определил своё местоположение — спальня в замке Арзамасских.
Кусок прошедшего вечера полностью выпал из памяти. А навестившая меня жизнерадостная Алёна вызвала приступ мигрени.
На мгновение мне даже стало страшно — а если бы вчера вечером меня всё-таки попытались бы убить? Нашёлся охотник, понимаешь…
— Эх, жаль, что энергия жизни тебе противопоказана… — вздохнула Алёна. — А то сейчас бы подлечили.
Мне же настолько хотелось избавиться от последствий вчерашнего праздника, что я был готов признаться, что она мне не вредит. Удержался в последний момент — этот козырь мне ещё пригодиться.
Пришлось спасаться минералкой и аспирином.
Ну а потом наступил момент расплаты за вчерашний отрыв.
Алёна, давясь от смеха, рассказала, как я вчера на танцполе произвёл фурор стилем «Рободэнс», став основателем нового направления в местной хореографии.
Если верить девушке, в поместье Арзамасских с самого утра звонили ведущие шоумены Москвы с заманчивыми предложениями.
Но и это оказалось ещё не всё!
После выступления на танцполе меня чем-то не устроил диджей. А так как один из моих новых друзей из рода Кабановых оказался сыном хозяина заведения, я просто заменил его… собой.
Моя фраза: «Верьте мне! Только сумасшедшие всегда говорят правду!» тут же ушла в народ. Правда, я так и не вспомнил, почему вдруг решил назвать себя сумасшедшим…
А когда на мне повисла какая-то девчонка, я, будучи диджеем, ответил на весь зал:
— Спать с одной — скучно. Со многими — утомительно. Поэтому будем просто танцевать!
Устав диджеить, предложил новую забаву. Баранов, будучи артефактором третьего ранга, под моим чутким руководством собрал из колонок, лазерного проектора и электронного поисковика… новый артефакт.
В итоге получилось… караоке.
Из колонки гремела музыка, на ободранной от украшений стене высвечивались слова песни, а паучок-артефакт мгновенно подстраивал ритм музыки под темп поющего.
К счастью, на этом мой позор закончился.
Довольная Алёна ушла на завтрак, а я побрёл в душ.
Ополоснувшись, почувствовал себя заново родившимся. Всё-таки, у молодого тела есть свои плюсы.
Однако сама мысль о завтраке вызывала во мне тошноту, поэтому в столовую я спустился лишь ближе к обеду. Спасибо Кузе — наваристый хаш с зеленью и сухим лавашом порадовал исстрадавшийся желудок.
После обеда меня к себе в кабинет пригласил Арзамасский.
— Вот, ознакомься, — он положил передо мной стопку документов. — Сегодня прислали юристы рода Барановых.
Там на пяти страницах мелким шрифтом был составлен договор о совместной организации сети клубов с аппаратурой «Сам себе певец». Мне как автору полагалось двадцать процентов чистой прибыли.
Не обнаружив подводных камней, я поставил свою подпись и попросил Арзамасского выделить человека для контроля на первом этапе.
— Сделаем, — усмехнулся Арзамасский, а на стол легла вторая стопка документов. От рода Лосевых.
Граф смерил меня задумчивым взглядом и продолжил:
— Они держат основной шоу-бизнес в Москве, — он бросил взгляд на титульный лист. — Чего хотят у тебя выкупить, так и не понял.
— Права на использование новаторских танцевальных движений, — пояснил я, пробежавшись по тексту.
— Вот как? — удивился Арзамасский. — Ты же говорил, что был ректором, а не танцором?
— Ну… — смутился я. — Увлечений молодости ещё никто не отменял.
Прочитав договор, я дал добро в обмен на пять процентов акций новой компании «Рободвиж».
— Это ещё не всё, Миша.
Арзамасский выложил передо мной пачку красиво оформленных приглашений на плотной бумаге. Одно отложил в сторону. Остальные пододвинул ко мне.
— Это приглашения от разных влиятельных семей на светские мероприятия. Надо обязательно отправить вежливый отказ, если не надумаешь идти.
Чувствую, предстоит много писанины… Я с интересом взглянул на отложенный лист. Арзамасский, заметив мой взгляд, едва заметно поморщился.
— А вот сюда лучше сходить. Это приглашение на свадьбу от Оленевых.
— Почему нельзя отказаться?
— Отказаться можно, но нежелательно. Очень обидчивы и многочисленны. Контролируют чёрный рынок артефактов. Сам иногда пользуюсь. Так что пойти придётся. Тем более, и нам с Алёной прислали личные приглашения. Хорошо, что свадьба только через три дня.
В кабинете повисло неловкое молчание.
— Вообще, ты сумел громко заявить о себе, — то ли с одобрением, то ли с осуждением произнёс Арзамасский. — Сегодня отдыхай. Завтра тебя поднимут в пять утра. В шесть у домашней Стелы подтверждаем твоё совершеннолетие. В десять начнётся приём гостей, желающих поздравить главу рода Медведевых. А теперь… пиши вежливые отказы.
Закончил отвечать на приглашения я уже ближе к ночи и сразу же отправился спать.
Ночь пронеслась без сновидений, и на следующий день я сам, без будильника и служанок, проснулся без пяти пять.
В шесть уже стоял в подвальном помещении на земляном полу возле точной