— Ерунда какая, — по привычке пробормотал он и тут же замолчал, заметив удивлённые взгляды окружающих.
— Это магия, — мягко сказал я. — Она всегда исполняет настоящие желания. Загадывайте, Василий Игоревич.
— Ну, ладно, ладно…
Отец замешкался и побагровел, затем кивнул:
— Всё, загадал.
— Можно, я загадаю? — вылез вперёд Репей. — Вдруг у ёлочки желания кончатся?
— Подожди, — рассмеялся я и улыбнулся Лизе. — Твоя очередь, дорогая.
Лиза послушно прикрыла глаза, замерла на секунду и улыбнулась.
— Загадала.
— Давай теперь ты, — кивнул я Репею.
Кладовик загадывал желание долго и обстоятельно. Он даже прикрыл глаза руками и сосредоточенно нахмурился.
— Не знаю, сможет ли она такое исполнить, — наконец проворчал он. — Но попробовать стоило. Давай теперь ты, Тайновидец.
Все гости по очереди загадывали желание. Очень быстро это превратилось в весёлую игру. А я улыбался, потому что чувствовал мягкие волны магии, которые расходились от заветной ёлочки.
— Что ты загадал? — с любопытством спросила Лиза.
— А ты?
На щеках Лизы появился лёгкий румянец, глаза заблестели.
— Не скажу, но тебе понравится.
Она легонько ткнула меня локтем в бок:
— Давай, рассказывай!
— Я тоже не скажу, — рассмеялся я. — Но если моё желание исполнится, это будет отличный магический сюрприз.
— Так нечестно, — надулась Лиза.
Я поспешил её отвлечь.
— Давай-ка лучше узнаем, какое желание загадал Игнат. Мне очень любопытно, ради чего можно добровольно поехать зимой в лес и рисковать жизнью в компании снежных упырей.
Мы нашли Игната на кухне, старик отдыхал в своём удобном кресле. Увидев нас с Лизой, он сразу же вскочил:
— Что-то нужно сделать, ваше сиятельство? Я сейчас…
Я махнул рукой:
— Всё в порядке, отдыхай. Только сделай милость, скажи, какое желание ты загадал? Иначе мы с Елизаветой Фёдоровной рискуем умереть от любопытства.
— Я за Прасковью Ивановну тревожился, — признался Игнат. — Что-то она прихварывать стала. Только и жалуется: то голова болит, то спину ломит.
— Не замечал, — удивился я. — Пожалуй, предложу Прасковье Ивановне обратиться к нашим целителям.
— Не нужно, — лукаво улыбнулась Лиза. — Так и быть, открою вам один секрет, тем более что я разговаривала с Прасковьей Ивановной. Ей просто не хватает твоего внимания, Игнат. Вот она и старается его привлечь.
— Вот так штука! — огорчился Игнат. — А я, старый дурак, в лес за ёлочкой ездил.
— Всё к лучшему, — рассмеялся я. — Зато теперь ты знаешь, что на самом деле нужно Прасковье Ивановне. А как бы ты это узнал без заветной ёлочки? И Прасковья Ивановна, благодаря тебе, сможет загадать заветное желание. Уверен, что оно у неё есть.
— Это верно, — повеселел Игнат. — Значит, нужно внимание проявить, только и всего?
— Женщинам много не надо, — скромно подтвердила Лиза.
И тут же стрельнула глазами в мою сторону, но я серьёзно кивнул, соглашаясь с ней.
Мы вернулись в бальный зал, и я увидел, как мой отец танцует с Анной Владимировной. Анна Владимировна опустила голову ему на плечо, а отец осторожно обнимал её и выглядел счастливым, хоть и немного растерянным. Похоже, его желание уже успело сбыться.
Интересно, как скоро исполнится то, что я загадал?
Словно в ответ на мой вопрос, за окном тревожно зазвенели колокольчики.
— Так быстро?
Я сбежал по лестнице, распахнул входную дверь и увидел, что напротив моей калитки остановился императорский мобиль.
— Игорь Владимирович уговорил меня ненадолго заглянуть к вам, — признался Его Величество, вылезая из мобиля. — А у вас весело!
Он прислушался к музыке, которая доносилась из дома, и одобрительно кивнул.
— Вы приехали как раз вовремя, — улыбнулся я. — Мы загадываем желания у заветной ёлочки, и они сбываются. Уверен, у вас тоже найдётся что загадать.
— Ещё бы, — оживился император.
Затем внимательно посмотрел на меня:
— Мне кажется, вы чем-то немного разочарованы, Александр Васильевич.
— Вам показалось, Ваше Величество, — слукавил я. — Очень рад вашему приезду. Проходите, пожалуйста.
Я распахнул перед ними калитку.
Не стану же я говорить императору, что загадывал не его.
— Саша, ты поговорил с отцом? — негромко спросил Игорь Владимирович, когда мы шли к дому.
— Да, — кивнул я. — И это был хороший разговор.
— Надеюсь, — с облегчением пробормотал дед.
— Александр Васильевич, а вы сами-то загадали желание? — полюбопытствовал император.
— Загадал, — признался я. — Но оно пока ещё не сбылось. Вот, жду.
— Значит, мы приехали вовремя, — обрадовался его Величество. — Желания Александра Васильевича всегда оборачиваются магическими чудесами.
Я проводил их к гостям.
Неожиданное появление императора вызвало настоящий переполох, но Его Величество быстро сумел вернуть атмосферу праздника. Он тоже загадал желание и вскоре танцевал и веселился вместе со всеми.
Между делом император успел коротко поговорить с моим отцом, и я заметил, что отец с гордостью и удивлением посмотрел на меня.
А я восхищённо покачал головой. Его Величество легко и непринуждённо управлял людьми и событиями вокруг себя. Это была какая-то особенная магия. Личная магия императора, по-другому и не скажешь.
Новый зов отвлёк меня от философских мыслей.
— Александр Васильевич, вы можете спуститься к калитке? — прозвучал в моём сознании смущённый баритон.
— Господин Рябушинский, это вы? — удивился я. — Что-то случилось? На одном из столичных кладбищ опять неспокойно?
Я вышел на улицу. Возле задней калитки лёгкими облачками серебристого тумана парили два призрака.
— И господин Тропинкин с вами? — изумился я.
— В нём-то всё и дело, — кивнул Рябушинский. — Следствие по делу Гюнтеров уже закончено. Конечно, до суда ещё далеко, но Генриха Гюнтера точно признают виновным, тут нечего и сомневаться. Конечно, господин Тропинкин расскажет всё, что знает, теперь суду разрешено принимать показания призраков. Но что ему делать дальше?
— Суду? — не понял я.
— Макару Терентьевичу, — терпеливо объяснил бывший обер-прокурор. — Господину Тропинкину, то есть. Домой, в Соликамск ему возвращаться незачем, да и неизвестно, как там относятся к призракам. Уходить за Грань он не хочет, и я его отлично понимаю. А блуждать по Столице без приюта и занятия тоже неправильно. Вот я и рассудил — вдруг вы что-нибудь придумаете.
Я внимательно посмотрел на Рябушинского и с удивлением понял,