Наступает ночная смена, лечебница наполняется привычным гулом голосов. Дозорные сегодня разговорчивы. Пока я накладываю повязки и вношу имена в журнал, до меня долетают обрывки сплетен: мародёров, местных бандитов, оттеснили от города, сольгов им не видать, обошлось без большого шума, но без крови, разумеется, не вышло.
Раненые есть, но ничего смертельного. В основном ушибы, царапины и магическое истощение. Обычная ночь, почти спокойная.
Ближе к концу смены дверь лечебницы снова открывается. Поднимаю голову, на пороге стоит Рейнар Фарр. Он поддерживает товарища под локоть и осторожно его ведёт. Сразу замечаю рассечённое бедро дозорного, рана неглубокая, но неприятная, потому что задет магический канал. Я принимаю их, усаживаю пострадавшего и быстро осматриваю.
— Его лучше оставить под наблюдением до утра, — говорю я, закончив. — Канал нестабилен. Может подняться жар или усилиться кровотечение.
Рейнар кивает.
— Я подожду. Помогу ему дойти обратно до башни.
Он укладывает раненого на койку в соседней комнате и возвращается ко мне.
— Чай будешь? — вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать.
Рейнар смотрит чуть дольше, чем нужно для вежливости, и снова кивает.
— Если можно.
Ставлю чайник. Привычные движения немного спасают, потому что руки заняты делом и можно не думать о том, почему вдруг стало слишком тепло и почему это тепло совсем не от магической плиты.
Кажется, этот дозорный мне нравится больше, чем следовало бы. Щёки горят, и я злюсь на себя, потому что эта внезапная симпатия кажется неправильной, нелогичной и глупой, тем более что я совершенно точно неравнодушна к Дараху, пусть он и уехал.
Разливаю чай по кружкам и одну протягиваю Рейнару. Ловлю себя на мысли, что думаю не о том, где сейчас Дарах, а о том, как Рейнар принимает эту кружку. Он благодарно кивает, делает глоток и спрашивает, сложно ли мне работать ночами и сильно ли я устаю. Сняв перчатки, Рейнар аккуратно складывает их на край моего стола и только потом садится напротив. Кружка тихо звякает о дерево.
Я почти не знаю этого человека, но сердце ведёт себя так, будто ему плевать на любые доводы разума. Пью свой чай и стараюсь не смотреть на Рейнара слишком долго. Устала. Я устала. Повторяю это про себя, как мантру, и пропускаю очередной вопрос нового знакомого.
— Ты меня совсем не слушаешь, — говорит он.
— А? Что? Прости, я задумалась. О чём ты спрашивал?
— Я спросил, не хочешь ли ты прогуляться завтра к пещерам Риноса и заодно собрать ингредиенты для своих зелий.
58
— Нет! — слишком резко вырывается у меня, будто он предложил не прогулку, а сразу пойти под венец.
Рейнар даже не дёргается. Он делает ещё один глоток чая, ставит кружку на стол и пожимает плечами.
— Ну нет, так нет. Ничего страшного. В другой раз.
Лучше бы Рейнар спорил, уговаривал или вовсе обиделся.
— Я не… — начинаю и тут же запинаюсь, потому что не знаю, что именно хочу объяснить: устала, не готова, слишком много мыслей, что внутри всё перекручено узлами, а в голове всё ещё живёт имя другого мужчины, которого нет рядом. И я злюсь на себя за эту беспомощность.
— Всё нормально, — перебивает Рейнар мягко. — Правда. Я просто спросил.
Я встаю слишком резко. Руки машинально прячу за спиной, как провинившийся ребёнок, но всё равно спрашиваю, упрямо, по-врачебному, будто это может вернуть мне контроль над ситуацией:
— Дай посмотрю твою рану.
— Не нужно. С ней всё хорошо.
Я прищуриваюсь.
— Что значит «не нужно»? И вообще… кто здесь доктор?
Рейнар смотрит на меня секунду, потом устало выдыхает, словно понимая: спорить бесполезно.
— Ладно.
Он поднимается, но не идёт к кушетке — остаётся напротив, там, где мы пили чай. Просто начинает расстёгивать китель. Медленно, будто даёт время передумать.
Потом снимает рубашку.
И вот тут я вдруг понимаю, что это была ошибка века. Потому что одно дело «осмотреть рану», как абстрактное медицинское действие, и совсем другое — осмотреть его рану. Чувствовать близость живого тела, видеть тёплый золотой свет, скользящий по коже, и ловить медленное движение мышц под ней. Это уже не работа, а та точка, где врач во мне начинает проигрывать женщине.
Делаю ещё полшага, обходя край стола, и мысленно приказываю себе включить профессиональный режим, иначе просто не смогу прикоснуться к Рейнару. И, кажется, получается: я осторожно осматриваю рану и понимаю, что она заживает слишком быстро, а значит, у моего знакомого удивительная регенерация.
— Ты дракон, Рейнар? — тихо спрашиваю я.
— Да, не стоит беспокоиться, доктор. Для меня это не рана.
Ага, дракон-наёмник. Звучит странно даже в моей голове. Нет, конечно, такое бывает. В мире хватает тех, кто уходит из рода и рвёт связи. Меняет имена и живёт «просто» — меч, контракт, дорога и случайные Вольные города. Но проблема в том, что Рейнар Фарр совсем не похож на «просто».
— Я могу одеться? — со смешком спрашивает он.
Вздрагиваю, как будто меня поймали на чём-то постыдном. Медленно убираю руку от его живота.
— Д-да, — вырывается у меня. Я что, серьёзно всё это время его просто трогала? Щёки мгновенно наливаются жаром, и хочется исчезнуть прямо здесь, не сходя с места.
Рейнар мягко улыбается и начинает одеваться. Рубашка, китель, отточенные, уверенные движения, как у дракона, привыкшего к дисциплине и порядку. И это тоже не сходится с образом «просто наёмника». Отвожу взгляд, делая вид, что занята столом. Переставляю склянки, поправляю ручку, хватаюсь за любую ерунду, лишь бы вернуть себе ощущение нормальности.
— Твоего товарища нужно проведать через час, — говорю уже деловым тоном.
— Хорошо. — Рейнар занимает место напротив .
Мы молчим.
Я снова машинально переставляю склянки.
Рейнар тянется к книге на моём столе, берёт её, пролистывает несколько страниц.
— Толковый справочник, — замечает он, пытаясь завести разговор. — Здесь есть парочка редких растений. Их не так-то просто найти.
Я тут же настораживаюсь и поднимаю на него взгляд.
— Откуда знаешь? — спрашиваю слишком быстро.
Он небрежно закрывает книгу и возвращает её на место.
— Значит, разбираешься в травах,— делаю вывод.
— Достаточно, чтобы не умереть, — усмехается он.
И вдруг в голове вспыхивает совершенно неуместная мысль: Дарах тоже разбирается в травах.
О, Боже!
Фанилья… точно.
Отличная замена пустырнику. Снимаю кулон с шеи,