Видимо, беснующийся я выглядел не очень, потому что оба присутствующих бога проявили немалую нервозность, даже шагнули друг к дружке поближе, разве что за ручки не взялись. Впрочем, это никак не отвлекло легендарного историка, продолжающего начитывать заклинания со сноровкой многотысячелетнего практика, а отвлекаться на то, чтобы помахать мне ручкой, Эфирноэбаэль не пожелал. Серая сфера, ранее прозрачная, быстро теряла эту самую прозрачность, становясь сначала маревом, а потом сплошной стеной из божественной энергии.
Сжав кулаки, я запрокинул лицо вверх. Такого… такого исхода быть не могло, но он был. Меня буквально выгоняли из мира, ломая всё, что я сделал, построил, создал и сохранил. Я всего лишь устраивался поудобнее, работал на будущее, долгое и богатое, я не брал лишнего, не колебал устои, не совершал ничего, заслуживавшего внимания!
И, тем не менее…
Удар вышиб из меня сознание, разум и душу. Это был не простой подзатыльник, это сам мир отвесил пинка моей тюрьме, посылая её через эоны и эоны пространства и времени, в безграничную Пустоту великого космоса, туда, где посреди всего находится колоссальное, безграничное, многообразное Древо Миров, Иггдрассиль. Только вместо того, чтобы доставить меня к какому-либо миру из мириадов и мириадов вариантов, магия, сила и воля перенесут меня в единственное место во всем Мироздании, где я отчаянно не хочу быть!!!
Едрит мадрид!
Эпилог
Открыть получилось только один глаз, но то, что он увидел, сразу же заставило моё зрение исказиться еще сильнее, немного поплыв от набегающей в глаз влаги. Тем не менее, запах, тактильные ощущения, всё это было знакомым. Слишком знакомым.
Моя рожа лежала на паркете. О, это был самый обычный паркет. Не новый. Не из сортов дерева, растущих черте знать где и ценящихся на уровне золота. Отличный полированный паркет, видавший виды. Крохотные щербинки, маленькие трещинки, но при этом всё подогнано, отполировано, мило… и уютно.
Встретить такой паркет можно в одном совсем небольшом с виду двухэтажном особнячке. Как заходите внутрь, сразу видите лестницу на второй этаж. Можно повесить пальто на вешалку, снять шляпу, разуваться не обязательно. Затем шагайте по лестнице на второй этаж и заходите только в дверь, расположенную в коридоре напротив выхода с лестницы, только в неё. Потому что если вы этого не сделаете, если зайдете в любую другую дверь, то… попадете в очень уютную комнату… или кухню… или ванную. Может быть в зал, может быть даже в комнату с пианино, не суть важно. Всё будет очень уютным, очень богатым на разные, со вкусом подобранные, предметы интерьера, всё, совершенно всё, будет прекрасно сочетаться. Только… покинув эту комнату/ванную/кухню, вы окажетесь в другой комнате. Не менее уютной и великолепно обставленной. А потом в еще одной. Еще. Еще. Еще.
До бесконечности.
Путешествуя по этому дому, вы будете встречать раз в неделю или две Лунного кота, прохлаждающегося тут и там. Возможно, они согласятся передать ваше сообщение, мольбу, угрозу или призыв хозяину особняка. Возможно, даже передадут. Вам все равно не останется ничего, кроме как ходить из комнаты в комнату, да ждать ответа. А еще стариться, сходить с ума, бегать по стенам и рвать на себе волосы. Умереть от жажды и голода не получится, съестное всегда найдется на кухнях, в вазочках с печеньями, в барах… Всегда.
Я находился именно там. В зале, скрывающемся за дверью напротив лестницы, на втором этаже. В единственной неизменной комнате этого дома. Месте, где обитал его владелец, хозяин и единственный постоянный житель особняка.
Дахирим. Бог случайностей и совпадений.
Именно поэтому сейчас на паркет падает моя одинокая и очень горючая слеза.
— Джо… Джо… Джо… — медленно произносит негромкий баритон чрезвычайно довольного собой человека, — Тер-винтер Джо…
Отскребаю себя с пола, принимая более приличествующий человеку вид. Даже особи «человек проигравший».
— Дахирим, — произношу, оглядывая любимый зал своего бывшего нанимателя. Прекрасно обставленный ранее, он сейчас дисгармонирует позолоченным драконом, валяющимся у камина… лапами кверху. Поспешно найденная оттёртым от непрошенных слез взглядом беспамятная эльфийка лежит на софе, свесив с нее ноги. Рядом стоит золотой канделябр, то есть посох.
Что я наделал…
— Отправляешь Джо на заслуженную пенсию, — говорит человек, стоящий спиной ко всем нам и смотрящий в окно, — А ему там не сидится! Подумать только! Святой, выгнанный из собственноручно выбранного рая за плохое поведение! Да как! О таком даже я не слышал…
— Почему мы здесь, Дахирим? — спрашиваю я, сжимая кулаки, — Я больше не в твоей власти! Магия должна была…
— Размазать вас о планету, — со смешком прерывает меня не поворачивающийся бог, — Либо воткнуть в неё. Либо вы промазали бы мимо мира. Вероятность того, что вашу компанию живыми и здоровыми нежно опустило бы на травку… ничтожна даже с моей точки зрения.
— Выходит, я тебе должен… — слова тут же вырываются из моего кривящегося рта.
Дахирим не может обманывать, он не тот бог. Даже если этот невысокий толстенький человечек, вечно разгуливающий в туфлях и гостевом халате по своей комнате, скажет откровенную наглую ложь, например о том, что вода в дуршлаге совершенно сухая, то она окажется правдой. Так сложатся вероятности, таким будет совпадение, так сойдутся последствия. Иначе быть не может. За спасение своей жизни я бы отбрехался, Шайна не жалко, но Наталис… эта девчонка совсем другой вопрос.
Тем не менее.
— Что ты хочешь за то, чтобы вернуть меня в Орзенвальд? — яркая злость, поутихшая от шока, вспыхивает снова, — Мне нужен аванс. Можно даже небольшой отпуск, всего на год. Я отработаю!
— Так хочешь расплатиться с теми, кто прервал твою пенсию? — ехидно спрашивает бог, а затем, даже не дав мне шанса что-либо сказать, отрезает, — Это вне моих сил, Джо. Нам бы пришлось очень долго работать над подобной возможностью, но, к счастью, не придётся. Скажи, те, кому бы ты хотел отомстить… они же были в точке проведения ритуала?
— Да… — растерянно отвечаю я, оглядываясь на лежащие тела, продолжающие спать.
— Не смотри на них, там всё в порядке, — командует мой архивраг, — Я просто не хочу выслушивать вопросы девочки и терпеть разносящего мой зал