– Ты готова? – спросил Гоша Миру.
Школа, где учились брат и сестра, стояла через дорогу от их дома, неподалёку был пешеходный переход, поэтому Гоша мог сам отводить Миру на занятия.
Мира кивнула.
Шла вторая неделя после летних каникул, и ребята ещё не втянулись в школьный ритм. Все были какие-то медленные и ленивые, да и сам Гоша пока не совсем смирился с тем, что опять весь год нужно ходить в школу. Вообще-то он школу любил, а вот вставать по утрам – не очень. Но сегодня был особенный день: вчера Гоша всё-таки решился и сказал родителям, что больше не хочет заниматься хоккеем.
Значит, сегодня он может пойти и записаться на все те занятия, которые ему интересны. А интересно ему всё!
– Я сказал родителям! – крикнул Гоша, увидев Антона. Антон был его лучшим школьным другом, и Гоше хотелось поделиться с ним этой новостью.
– Что сказал? – спросил Антон.
– Я сказал, что не хочу ходить на хоккей и что я хочу сам выбрать, чем заниматься. И они согласились! – поделился Гоша.
– Пф-ф-ф, – фыркнул Антон. Это фырканье Гоша хорошо знал и сильно его не любил. – И что тут такого?! Чего кричать на всю школу? Я вообще отцу могу сказать что угодно, и он мне слова против не скажет.
Гоша сник. Желание поделиться новостью с Антоном сразу же показалось ему глупостью. И ещё он подумал, что долго молчать и ничего не говорить родителям тоже было глупым. Он вдруг позавидовал Антону, который мог сказать своему папе что угодно, хотя ещё вчера Гоша думал, что у него самые лучшие родители на свете.
Он молча взял листок с анкетой и стал ставить галочки рядом с теми секциями, которые хотел посещать.
Гоше стало грустно. Антон вроде бы не сказал ничего плохого, а Гоша, как настоящий друг, наверное, должен был радоваться, что у него такие хорошие отношения с папой, но ему почему-то не было радостно. Наоборот, ему хотелось, чтобы Антон за него порадовался. Ведь он и вправду сделал такой большой шаг – поговорил с родителями, и они так классно его поддержали. Было обидно, что Антон не разделил с ним эти эмоции.
Антон встал и собрался в класс.
– Идёшь? – спросил он друга.
Но Гоша не хотел с ним никуда идти. Он очень хотел всё объяснить Антону. Мама всегда уверяла Гошу, что о своих обидах нужно говорить.
– Но мальчики не говорят об эмоциях, мам! – сопротивлялся Гоша.
– Мы же дома говорим, а у нас два мальчика: ты и папа, – настаивала мама.
– А в школе не говорят. Это не круто, – протестовал Гоша.
– Вот именно. Вы не говорите, а потом дерётесь на переменах. Отношения надо выяснять на словах. Очень многое можно решить, когда ты просто объяснил другому человеку, что ты почувствовал, – уверяла мама.
– Это в вашем мире – мире девочек. А у нас всё по-другому, – отвечал Гоша.
Мама приводила примеры, как хорошо они разговаривали дома, как много говорил о своих чувствах папа и как вообще полезны такие разговоры. И ещё объясняла, как становится сложно, когда ты не говоришь о своих чувствах. Тогда они копятся внутри тебя и в один прекрасный момент могут взорваться.
Именно так себя сейчас чувствовал Гоша. Порванная утром книга и Мира, сделавшая вид, что она не виновата. А теперь такие глупые слова Антона и то, что он ведёт себя как ни в чём не бывало. Гоша начал злиться – вот-вот взорвётся и кинет в Антона рюкзаком.
– Знаешь, мне было сложно сказать родителям, потому что для них мой хоккей много значил, – всё-таки начал Гоша. – Я не хотел их расстраивать и боялся, что они не разрешат мне сделать, как я хочу.
– А! Ну понятно, – вдруг спокойно сказал Антон. – Я тоже иногда боюсь, что мне не разрешат, но вот расстраивать родителей я не боюсь. Они меня так злят, что я с радостью их расстраиваю.
– А как они тебя злят? – спросил Гоша.
– Они всё время мной недовольны. Всё время делают мне замечания, ругают за что-то. Я иногда даже не понимаю, за что мне прилетает.
И хотя Антон говорил, что он злится на родителей, голос его звучал скорее грустно. Гоше стало обидно за друга.
– Куда ты записался? – спросил он.
– Пока никуда. Мне всё лень, – ответил Антон.
– Пойдём со мной на брейк-данс и на барабаны? – предложил Гоша.
– Пойдём. С тобой я готов.
В тот день Гоша начисто забыл о порванной книге. Вечером он лежал в кровати и думал, как напрасно многие говорят, что мальчики не могут грустить и что они не должны плакать. И что уж точно они не должны говорить о своих чувствах. Вот сегодня он поговорил с Антоном, и всё сразу стало понятно. Гоше стало не так обидно, а Антону – не так грустно.
А ведь всего-навсего поговорили.
ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ
1. Гоша пришёл к своему другу Антону и рассказал о важном разговоре. Как отреагировал Антон и почему?
2. Как тебе кажется, чего Гоша ждал от Антона и что он почувствовал, когда получил такой резкий ответ?
3. Почему Антон злится на родителей? Испытываешь ли ты иногда такие же эмоции?
4. Важно ли разговаривать друг с другом, когда в жизни происходят важные события? Почему?
5. Есть ли у тебя кто-то (например, родители, друзья), с кем ты можешь обсудить важные для тебя темы?
КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА
Достаточно часто в разных кругах звучат фразы, устанавливающие общепринятые различия между мужским полом и женским: «Мальчики не плачут», «Ну что ты раскис как девчонка?!», «Девочка должна быть тихой и хозяйственной», «Это женщинам нужно поговорить, а мужчинам важно сделать». Эти и другие стереотипы представляют собой социальные установки, которые семья и общество транслируют детям. Как результат – девочку, поведение которой выходит за рамки стандарта (например, она любит играть в машинки, помогает папе забить гвоздь или предпочитает брюки юбкам), не понимают и пытаются направить в «нужное русло»: «Надень платьице: оно тебе очень пойдёт», «Пусть папе помогает брат, а ты иди поучись у мамы готовить суп». С мальчиками похожая история: «Вязание – не мужское дело, займись лучше борьбой», «Ты принимаешь всё слишком близко к сердцу, мальчикам это не положено». Чувствуя всеобщее неодобрение, ребёнок начинает тревожиться: ведь если его не принимают значимые люди (родители, одноклассники), то он рискует остаться совсем один – без любви, заботы, поддержки. Испытывая тревогу и стремясь соответствовать общепринятым воззрениям,