– Ноа… – вместо крика вышел еле слышный хрип. Она закашлялась, еще сильнее забрызгивая кровью изодранное пальто, рождественский свитер и свежий снег вокруг. – Ноа!
Черное пятно медленно поднялось и превратилось в хромающую высокую фигуру. Лоре захотелось смеяться, но даже от слабой улыбки губы покрылись кровоточащими трещинками. Посреди площади Ноа огляделся, что-то поднял и спрятал за поясом, а потом все-таки заметил ее и, шатаясь и оскальзываясь, побежал.
– Ты цела? Ничего не сломано? – Он упал рядом на колени и аккуратно сжал ее лицо в ладонях. Перчаток не было, и Лора закрыла глаза, растворяясь в обжигающем тепле. – Лора, говори со мной. Что случилось? Куда делось чудовище?
В призрачном свете его глаза выглядели одним черным провалом в пространстве, как тот, в который только что затянуло демона. Нужно собраться, нужно что-то сказать, он же волнуется.
– А он ушел… – И Лора указала взглядом на слово в снегу.
Ноа дернулся, глянул в сторону, брови его удивленно взлетели, но все же он облегченно улыбнулся. Затем бережно ощупал рану на голове, провел руками по плечам, осмотрел содранные в кровь руки. От его бережных прикосновений кожу разрывали мириады маленьких игл, тело свело судорогой, Лору начала бить крупная дрожь, из глаз снова полились слезы.
– Уже все, я здесь… – голос Ноа каким-то чудом оставался спокойным и сильным, удерживая ее на грани реальности. – Давай ты попробуешь встать, и мы уедем отсюда. В больницу?
Лора замотала головой, отчего ее снова чуть не вырвало, а он снисходительно улыбнулся.
– Ну ладно, тогда в библиотеку, давай-ка… – Он помог ей подняться. Ноги не слушались, кеды глухо чавкнули, пальто безнадежно болталось, как рваный флаг. Ноа попытался взять ее на руки, но Лора воспротивилась. Ей стало стыдно за собственную слабость. Ну уж нет, она может хотя бы передвигаться самостоятельно!
Ноа, все равно взяв на себя практически весь ее вес, на всякий случай затер ногой надпись, оставленную Лорой. Пока они ковыляли через площадь, он позвонил кому-то по имени Ана Мария, назвал адрес церкви и коротко сообщил о смерти миссис Андервуд. Труп женщины, и без того совершенно белый, уже окончательно засыпало снегом, не видно было ни единого красного пятнышка. Картина могла бы показаться мирной, если бы у Лоры в ушах не стоял звук ее рвущейся плоти. Мотоцикл выглядел значительно хуже своего хозяина, но все же с третьей попытки завелся. Ноа водрузил на голову Лоры шлем, она с трудом уселась позади него и крепко, как могла, обхватила спину в кожаной куртке. И всего через несколько минут езды они оказались на все еще абсолютно пустой парковке под зданием библиотеки.
По дороге домой снежинок становилось все меньше, пока они окончательно не исчезли. Снегопад наконец прекратился.
Как сомнамбула, Лора следовала за спиной Ноа по бетонному переходу, через двери и галереи, и очнулась только у своей комнаты. Каким-то чудом ключ не выпал из кармана, и они вошли внутрь. Свет вспыхнул разом. Знакомый запах собственных вещей и тепло от радиаторов окутали Лору. Она шмыгнула носом, стянула насквозь промокшие остатки пальто, уперлась спиной в стену и сползла вниз. Ноа со стоном опустился рядом, вытянул ноги, закрыл глаза, долго выдохнул, но через секунду снова подобрался и развернулся к ней. Видимо, он никогда не позволял себе расслабляться. Что ж, Лора могла это понять.
– Тебе нужен горячий душ. И срочно. Давай я тебе помогу… Ничего вроде не сломано, это хорошо, но нужно бы найти тебе лекаря или хотя бы простого врача. А потом расскажешь, что я пропустил, пока валялся в отключке. И Лора… Ты должна мне объяснить, какого черта ты вообще там оказалась и что именно там произошло. Пока я ничего не понимаю. – Он выдавил слабую улыбку и потянулся к ней, чтобы убрать с лица заледеневшие пряди.
Лора смотрела на него во все глаза и не двигалась. Такой красивый, улыбчивый, но серьезный, всегда в сдержанном движении, в каких-то мыслях, умный, смешной и азартный. Глаза мечут молнии, а руки всегда теплые. Как жаль, что больше он никогда не посмотрит на нее с таким же вниманием и беспокойством, не погладит ее щеку вот так, как сейчас. У них могло бы что-то получиться. Они бы разобрались с ее магией, с ее потерянными предками, а потом он дал бы ей шанс. Ох, как бы она хотела получить этот шанс! Но она, как всегда, все испортила.
– Ноа… – Зубы стучали, язык прилип к небу, но она должна… Должна все рассказать. И прямо сейчас. – Ноа, послушай.
Он затих, внимательно вглядываясь в ее лицо.
– Я знаю, откуда взялось чудовище. Это я создала его.