И я действительно думал. О Святославе. Этот человек был ключом ко многим загадкам. Он знал то, чего не знал никто. И он исчез. Просто растворился, будто его и не было. Третий сын Владимира и Милы Кузнецовых. Младший брат Любавки и Богдана. И судя по всему, он где-то на острове.
— Где он может быть? — пробормотал я себе под нос.
— Ты про Святослава? — Лора появилась на соседнем сиденье. — Я проанализировала все доступные данные. Вариантов немного.
— Слушаю.
— Первый вариант: он покинул остров. Под востоком может иметься в виду и Япония. Но Сахалин все же был частью Российской Империи.
— Дальше.
— Второй вариант: его кто-то прячет. Но кто на Сахалине посмеет укрывать человека от тебя?
Резонно. Я покачал головой.
— Третий вариант: он где-то под землей.
— Под землей? — удивился я.
— Помнишь те пещеры, которые нашли Наталья и Унур? Мы так и не исследовали их до конца. Там целая сеть тоннелей под островом. Некоторые уходят на километры вглубь. Вполне вероятно, что если Святослав бессмертен, то может находиться там долгое время.
Я задумался. Это имело смысл. Если Святослав хотел спрятаться так, чтобы его не нашли даже мои детальки, подземелья были идеальным местом.
— Маловероятно, — сказал я, — особенно для того, кто может изменять внешность и облик… Но проверить стоит. Едем туда!
Данила развернул машину в сторону восточного побережья, где располагался один из входов в пещерную систему. Лора вывела передо мной карту подземелий. Судя по данным Натальи, там было что исследовать. Некоторые тоннели даже не были нанесены на план.
— Интересно, что он там делает? — произнесла Лора. — Если он вообще там.
— Если там, то скоро узнаем, — кивнул я.
Мы проехали около двадцати километров, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя Нади.
— Слушаю.
— Михаил, — ее голос звучал взволнованно. — Только что на посадочную площадку прибыл дирижабль из США. На борту Газонов, Маргарита и… Валера.
Я как-то забыл предупредить Надю про незапланированный побег с американской военной базы. Но, думаю, Валера, ей все расскажет.
— Ну отлично, пусть приземляются, — кивнул я.
— Еще с ними прилетел Буслаев.
А вот это уже хорошо. Давно хотел с ним поговорить с глазу на глаз. Тот самый предатель, который сбежал к американцам.
— Еду.
Я отключился и посмотрел на Данилу.
— Разворачивайся. Едем на посадочную площадку.
— Эх, опять не судьба, — улыбнулся он.
Лора уже листала какие-то файлы перед собой.
— Буслаев… Интересно. Что же он делал у США и почему они держали его в заточении?
— Вот и узнаем.
Машина развернулась и понеслась обратно в город.
* * *
По пути я заскочил домой.
Девочки-рыцари скучали во дворе, отрабатывая приемы на тренировочных манекенах. Когда я вышел из машины, вся пятерка моментально оказалась рядом.
— Миша, куда-то едешь? — глаза Лиры загорелись надеждой.
— На встречу с делегацией. Хотите составить компанию?
— Да! — хором ответили девочки и без лишних вопросов побежали к машине.
— Наконец-то хоть какая-то движуха, — сказала Аврора, запрыгнув в салон. — А то я тут совсем закисла.
— Закисла она, — фыркнула Гидра. — Вчера троих солдат на спарринге уложила и говорит «закисла».
— Это не считается. Они слабаки.
Я усмехнулся. Мои рыцари были теми еще боевыми машинами. Иногда мне даже становилось жаль тех, кто попадался им на пути. Может дать им какое-то задание? Или попросить Федора с ними потренироваться? Сомневаюсь, что там они заскучают.
— Поехали.
Данила вдавил педаль газа, и мы рванули к посадочной площадке.
Лора сидела на крыше машины, болтая ногами. Конечно, ее никто кроме меня не видел, но ей явно нравилось так ездить.
— Как думаешь, Валера что-то узнал у Буслаева? — спросила она.
— Понятия не имею. Но у меня есть нехорошее предчувствие.
— У тебя всегда нехорошее предчувствие, — фыркнула Лора. — И последнее время, оно у тебя все чаще.
— И обычно оно оправдывается.
Площадка была уже видна. Огромный дирижабль с гербом Сахалина медленно опускался на посадочное поле. Вокруг суетились техники и охрана.
Мы вышли из машины. Рыцари выстроились позади меня в боевом порядке. Лора спрыгнула с крыши и встала рядом, скрестив руки на груди.
Трап опустился, и первым показался Газонов. Выглядел он уставшим, но довольным. За ним шла Маргарита. Кицуня вылетел, словно вихрь, и, довольно тявкая, тут же подбежал…
Нет, не ко мне, а к Лоре, и начал с ней играть. А потом…
Валера спускался по трапу с видом человека, который только что вернулся с приятной прогулки. Будто и не было никакого побега из американской тюрьмы, а он просто побывал на курорте.
За ним плелся Буслаев. Бледный, осунувшийся и явно напуганный.
— Михаил! — Газонов подошел и пожал мне руку. — Рад видеть.
— Взаимно, Алексей Октябринович. Как прошли переговоры?
— Успешно. Торговое соглашение подписано, культурный обмен одобрен. Правда, по военным технологиям они уперлись, но это было ожидаемо.
Я кивнул и перевел взгляд на Валеру.
— А ты отдохнул? Я думал, что ты там останешься на пару недель.
Валера пожал плечами.
— Ну, знаешь, там было скучно. Решил прогуляться.
— Прогуляться?
— Ага. Заодно прихватил кое-какие документы, и этого типа, — он кивнул на Буслаева.
Газонов кашлянул.
— Валера… появился на крыше дирижабля примерно через час после нашего вылета из Вашингтона. Вместе с Буслаевым.
— На крыше?
— Он прыгнул, — пояснила Маргарита. — С земли. Через полконтинента.
Я посмотрел на Валеру. Тот довольно улыбался.
— Вас кто-нибудь видел? — уточнил я.
— Нас? — Валера изобразил оскорбленную невинность. — Мишаня, ты меня обижаешь. Я же профессионал. Нас точно никто не видел, когда мы на дирижабль прыгнули.
— А когда вы из тюрьмы выходили?
Валера задумался.
— Ну… там могли быть некоторые свидетели. Но они были слишком заняты тем, чтобы не умереть, так что вряд ли запомнили, куда мы упрыгали.
Лора закончила играть с лисенком и, встав рядом со мной, закатила глаза.
— Он разнес половину базы, — тихо сказала она. — Я уже нашла в американских новостях заголовки про «террористическую атаку на секретный объект».
Замечательно. Просто замечательно.
— Ладно, — я махнул рукой. — Об этом поговорим позже. Сейчас меня интересует другое.
Я подошел к Буслаеву. Тот попятился, но отступать было некуда.
— Здравствуй, Леопольд Игоревич, — и наклонился ближе к его лицу.
— Здравствуй, Михаил, — выдавил он.
— Ты ведь понимаешь, что натворил? Ты сбежал. Ты предал нас. Ты подставил всех, кто тебе доверял.
Буслаев сглотнул.
— Я… я ничего им не сказал. Клянусь!
Лора тут же напряглась и шепнула.
— Врет, — сказала она. — Пульс подскочил, зрачки расширились, микродвижения лица выдают ложь. Он что-то рассказал американцам.
Я смотрел на Буслаева и видел в его глазах страх. Страх человека, который знает, что его раскусили.
— Знаешь,