— Я пришёл за ответами, герцог, — маг сделал шаг на направлению ко мне и воздух вокруг него задрожал от скрытой силы. — И за Вашей головой, если ответы меня не устроят.
— Ну, многие пытались меня этой головы лишить, но она по-прежнему на месте, — усмехнулся я. — Некоторые из них были магами. Некоторые из них были личными порученцами Вашего магистра Тарольда. Привет старику, кстати. Как будете уходить, передавайте ему, что его подарки пришлись очень кстати.
Слова про магистра немного сбили мага Кройчла с толку, из-за чего он некоторое время просто стоял и сверкал глазами.
За это время за спинами бойцов появился Фомир, Ластрион и с десяток магов магической роты.
Да, принято считать, что мои маги слабы, но их много и у них есть множество артефактов. В ходе войны я не применил и десятой части артефактов.
Когда-то Фомир сказал мне, что по идее я мог бы вести войну одними только магами, я не стал отвечать ему, что тогда это была бы война Фомира, а не Роса.
Кройчл начал поднимать руку для жеста. Его губы шевельнулись, формируя первый слог какого-то заклинания.
«Что за магия, Фомир?».
«Подчинение. Постановка на колени. Погоди, не мешай».
Кройчл собирался поставить нас на колени. Буквально. Заставить всю армию уткнуться лицами в грязь, чтобы продемонстрировать силу Короны.
— Именем короля Назира, я приказываю… — начал он.
Фраза оборвалась.
Потому что его магия не сработала. Фомир не только боялся открытого противостояния с лучшими магами Бруосакса или Маэна, но ещё и готовился к их приходу, тренируя роту на антимагические мероприятия.
Слова Кройчла повисли в воздухе.
— Magicae subsisto! — резкий выкрик Ластриона прозвучал как выстрел.
Молодой полуэльф, стоявший за спинами воинов, вскинул руку. В его ладони был зажат похожий на окаменевший полевой цветок или даже цветущий сорняк — артефакт. И Ластрион в артефактах разбирался лучше всех в Штатгале. Также, учитывая, что у нас очень много уникальных штук, которых ни у кого нет, то быть может, полуэльф — лучший эксперт по артефактам в мире Гинн.
Артефакт вспыхнул золотым светом с кроваво-красными прожилками.
Голубое сияние на посохе Кройчла мигнуло и погасло. Словно кто-то выдернул шнур из розетки. Магическая структура, которую он выстраивал, рассыпалась в прах, высосанная жадным цветком Ластриона.
— Urz-duk zâg! — рыкнул Зойд и в ту же секунду вперёд рванули, отбросив щиты, два орка, один из зойдовской роты, другой из полка Хайцгруга.
Если бы из таких орков собрать команду по американскому футболу, они бы всех раздавили. Во всяком случае, орки пересекли разделяющее их и мага пространство за долю секунды и повалили мага.
В последнюю секунду перед падением Кройчла, я увидел его перекошенное и немало удивлённое лицо. Один из орков придавил мага к земле и заломил ему руки за спину, второй сцапал и вырвал из рук мага посох.
Посох протестующе тряхнул орка чем-то типа удара током, орк ругнулся сквозь сжатые зубы, но посох удержал.
— Вы не смеете! Я посланник короля.
— Ни хрена не знаю! — гневно крикнул Зойд. — Охрана периметра, проникновение неустановленного диверсанта, арест! Капитан Фомир! Прошу Вас артефакты магического подавления, чтобы лишить возможности неизвестное лицо применить магию.
Фомир прошёл в круг и нацепил на Кройчла деревянные колодки. Колодки были древними и тоже представляли собой артефакт, который блокировал возможности мага.
Эта штука была изготовлена ещё во времена Второй магической войны и что-то сделать с ней современный маг бы не смог. Ну, может быть кроме Ластриона, тот знал про свои артефакты много тайн и секретов.
— Генерал Рос! — громогласно провозгласил Зойд, как только мага подняли на ноги. — Докладываю. В лагерь проникло неизвестное лицо, без пропуска, минуя патрули и охрану периметра, документы не предъявило, имело признаки боевого мага. Мной принято решение произвести арест. Велите доставить его в Вашу палатку, либо же передать в руки командиру магической роты для выяснения личности?
Сказав это, Зойд вытянулся во фрунт.
А я оценил изящность и политический подтекст его слов и действий. Как офицер, он ревностно относился к военной иерархии и мгновенно воспылал ненавистью к человеку, который смел оспаривать лидерство своего командора.
И в то же время он видел, что я не спешу дать люлей чужаку, не потому, что он мне нравится, а потому что мои руки связаны рисками со стороны Эрика и короля Назира.
И говоря сейчас «я арестовал», он создавал ситуацию, когда его командир, то есть — я, может свалить всё на эксцесс. На некомпетентных исполнителей, на нерадивых офицеров и говорить, что не принимал решения скрутить королевского посланника. Причём Зойд сейчас говорил очевидно правильные вещи вроде пропуска, предъявление документов и так далее, которые магами в высокомерии своем игнорируются.
— Пожалуй, я поговорю с этим… неустановленным лицом. А пока, не могли бы Вы, лейтенант Зойд, взять под опеку этих стариков-гномов… Это наши союзники, которые выступят консультантами сапёрных рот. Передайте их в руки командира Первой сапёрной роты.
Когда барона Кройчла тащили в мою палатку, он шипел от боли и унижения. Когда его усадили и в палатке остался только я и Фомир, который решил меня прикрыть (и подслушать о чём будет идти речь), а также пленник, глаза барона встретились с моими. В них всё ещё горел огонь. Не тот холодный магический огонь, который он пытался использовать снаружи, а истеричное пламя уязвлённого самолюбия.
Я не произнёс ни слова. Игнорирование — мощнейшее оружие. Люди вроде Кройчла привыкли быть центром внимания.
Секунды текли густой смолой. Я слышал тяжёлое дыхание мага. Фомир небрежно достал свою фляжку и залихватски глотнул.
Я повернулся к карте.
— Твои ребята эту зону проверили по магии? — негромко спросил я Фомира, полностью игнорируя Кройчла.
— Да, но на глубину миль шесть. До самых стен не подходили. Нужно? Если нужно, мне понадобится придать им разведчиков Орофина, а лучше сразу Сводную роту.
— Нет, это лишнее. Мы не станем атаковать стену в этом месте… Наверное.
— А было бы неплохо, силы контрудара сюда не подтянуть, я общался с сапёрами, они говорят, что хотя дороги узкие, они могут протащить по ним катапульты.
— Я требую… — голос Кройчла за нашими спинами сорвался на визг, но он тут же откашлялся и попытался добавить басов. — Я требую немедленно освободить меня! Вы хоть понимаете, что натворили?
— Слушай, Фомир. Ты что-то слышал? Мне показалось, кто-то разговаривает?
— Я? Нет! Может, это у меня в животе урчит? Я не завтракал с утра.
— Знаешь, я тоже.
— Герцог! Я