— Кольт! — вырывается у меня в крике, все мое тело трепещет, угрожая взорваться в любую секунду.
— Эм, — хрипло выдыхает он, обвивая мои волосы вокруг запястья и оттягивая голову назад, чтобы поймать мой стон своим ртом.
Грубая симфония наших тел, яростно сталкивающихся друг с другом, лишь распаляет мою потребность в разрядке. Я больше не в силах сдерживаться — я с криком отдаюсь наслаждению, и карающий натиск Кольта удваивает силу моих судорог.
— Эм! — рычит он прямо перед тем, как последовать за мной в бездну, и его язык ищет спасения в моем рту. Он тут же разворачивает меня к себе, прижимает спиной к машине и целует с такой жаждой, что я готова взорваться снова. Когда поцелуй обрывается, я остаюсь лежать в луже собственного желания.
— Ты недалеко живешь? — спрашивает он, поправляя мою юбку и приводя себя в порядок.
Я киваю.
— Хорошо. Садись в машину, Эм.
На его губах расцветает великолепная улыбка, от которой все мое тело снова содрогается. Он берет меня за руку и провожает к пассажирской двери своего «Бугатти». Открыв ее, он пристегивает меня ремнем безопасности, касается моих губ своими и стремительно оббегает машину, чтобы сесть за руль. Пять минут до моего дома мы едем в тишине. Единственный звук, который я могу различить, — это бешеный стук собственного сердца, пока рука Кольта покоится на моем бедре. Припарковавшись на моей улице, он наклоняется, чтобы отстегнуть меня.
— Ты и вправду необыкновенная женщина. И я позабочусь о том, чтобы ты не забывала об этом всю ночь.
Мое сердце подскакивает к самому горлу. Я рефлекторно хватаю его за запястье, прежде чем он успевает открыть дверь.
— Если уж мы на это решаемся, нам нужны правила, — говорю я, пытаясь хоть как-то минимизировать последствия этого безумия.
Улыбка, которую он мне дарит, столь же опасна, как и он сам, — безмолвное предупреждение, что у меня нет ни единого шанца отказать ему теперь хоть в чем-либо.
— Что угодно, Эм.
Тот мягкий тон, с которым он произносит мое имя, стирает в прах все мои оставшиеся попытки защититься. Он выходит из машины, открывает мне дверь, и когда мягко тянет меня за руку, чтобы помочь выйти, в меня снова впиваются уродливые когти сомнения.
— Мы ведем себя безрассудно. Я веду себя безрассудно. Может, тебе лучше стоит уехать, Кольт.
— Я мог бы. Но не уеду, — шепчет он на удивление нежно, оставляя между нами лишь крошечную полоску пространства. — Ты боролась с этим достаточно долго. Просто отпусти себя, Эм. Я тебя поймаю. Обещаю.
— Хотела бы я тебе не верить.
— Ты напугана, — шепчет он, лаская мою щеку костяшками пальцев.
— А ты нет?
— Нет.
— Ты молод. Слишком молод. У тебя есть молодость, чтобы оправдывать свои необдуманные поступки.
— Эм, посмотри на меня.
Мой взгляд смягчается, когда я поднимаю на него глаза.
— Возраст не имеет никакого отношения к тому, что происходит между нами. Я хочу тебя. Я не могу выразиться яснее. Ну так что? Ты все еще хочешь меня? Или позволишь такой мелочи, как страх, встать между нами?
— Нет никаких нас. Это просто секс, — лгу я, пытаясь отбросить от себя эту полную страсти мысль как можно дальше.
Кольт тихо смеется, переплетает свои пальцы с моими и нежно целует мое запястье.
— Ты опять смеешься надо мной.
— Нет, красотка. Нисколько. Я смеюсь над тем, как мы похожи. Всю дорогу я тоже твердил себе, что это просто секс. Похоже, мы оба лжецы.
Мои брови сдвигаются в недоумении.
— И не называй меня красоткой.
Широкая улыбка, что озаряет его лицо, заставляет бабочек в моем животе взметнуться ввысь, превращая меня в горячий, иррациональный комок нервов.
— Понял. Никакой «красотки», никакой «детки». Еще какие-то пожелания?
Я качаю головой.
— Отлично. Так что, ты пригласишь меня войти, или мне тащиться обратно в Эшвилл?
Я крепче сжимаю его руку и направляюсь к своему дому. Мне даже не нужно смотреть на него, чтобы почувствовать, как он торжественно улыбается. Подъем на пять этажей на лифте потрескивает нервным напряжением, обещая, что после сегодняшнего вечера уже ничего не будет как прежде. Как только мы поднимаемся на мой этаж, я подхожу к своей квартире, моя рука дрожит так сильно, что я даже не могу вставить ключ в замок.
Возьми себя в руки, Эм.
Это просто секс.
Это просто ничего не значащий, горячий секс.
Видя, как трудно мне попасть в свою чертову квартиру, Кольт осторожно забирает у меня ключ и открывает дверь с первой попытки. Я прижимаюсь спиной к стене, а Кольт занимает центральное место в моей гостиной. По сравнению с его домом моя квартира не отличается роскошью или изысканностью, но почему-то здесь, среди моих скромных вещей, он чувствует себя в своей стихии больше, чем в том месте, где вырос. Мое сердце бешено колотится в груди, когда он направляется в мою спальню, даже не дожидаясь, пока я отведу его туда. Как ягненок на заклание, я с готовностью следую за грешным волком, считая секунды до того момента, когда его острые зубы вонзятся в мою плоть и съедят меня целиком.
Когда я добираюсь до двери своей спальни, Кольт уже сидит на краю моей кровати, ладони опущены по обе стороны от тела, ноги широко расставлены.
— Так чертовски красива, — хвалит он, пока его взгляд скользит по моему телу.
Моя грудь наливается тяжестью от его пристального взгляда, внутри все сжимается в предвкушении повторения на парковке.
— Этот наряд вам идет, профессор. Но сейчас я хочу, чтобы вы его сняли, — приказывает он, прикусывая уголок губы.
Я сохраняю небольшое расстояние между нами и начинаю расстегивать блузку. Не отрывая от него глаз, я стягиваю атласную ткань с плеч и роняю ее на пол, а следом за ней — мою серую юбку-карандаш. Я снимаю туфли на каблуках, его изумрудные глаза сверкают, когда я расстегиваю застежку лифчика.
— Так лучше? — вызывающе спрашиваю я, позволяя ему рассмотреть каждый дюйм моего обнаженного тела.
— Иди сюда, — он