Некоторые москвичи стали поговаривать, что царевича специально подменили в Польше и прислали взамен еретика, развратника и мота, чтобы окончательно разорить Русское государство. Они были не далеки от истины.
В марте 1606 г. противникам самозванца удалось настроить против него стрельцов. Те подняли мятеж и открыто заявили, что царь разоряет православную веру и во всем потакает иностранцам.
Чтобы поправить положение, самозванец лично вышел к стрельцам и обратился к ним с пламенной речью. В ней он сказал, что рисковал жизнью ради освобождения народа от тиранства Годунова, что главная его цель – всеобщее благо и ради него он готов сложить голову. На многих стрельцов ораторское искусство Лжедмитрия произвело большое впечатление. С криками бросились они на мятежников и посекли саблями.
Но крепнущее недовольство лжецарем в самых разных кругах подавить уже было невозможно. Вернувшийся из ссылки князь В. И. Шуйский вновь начал плести сети заговора. На этот раз уж никто не стал его выдавать. Развязку ускорила женитьба Лжедмитрия на полячке.
Марина Мнишек долгое время не решалась ехать в Москву. Даже после официального обручения в присутствии короля с русским послом А. Власьевым, представлявшим «Дмитрия», она все еще колебалась. Возможно, и ей была известна истина. Только в апреле 1606 г. вместе с отцом и многочисленной родней она тронулась в путь. 2 мая они торжественно въехали в Москву. Жители по обычаю радушно встречали гостей и были неприятно удивлены, что Марину окружает почти полк вооруженных поляков. Казалось, что вражеская конница без боя берет Кремль. Для гостей многим горожанам пришлось потесниться и уступить им свои дома.
Но больше всего москвичей поразила свадьба, состоявшаяся 8 мая. Католичка Марина Мнишек вместе со всей родней была введена в самый главный православный храм – Успенский собор и венчана не только с царем, но и на царство, чего на Руси никогда не было. Ей даже было позволено прикоснуться к православным святыням, чудотворным иконам и мощам. В это время некоторые поляки демонстрировали свое пренебрежительное отношение к происходящему: бряцали оружием, облокачивались на священные раки. Все это представители русского духовенства сочли осквернением православной веры.
Не соответствовало русским обычаям и свадебное торжество. Жених и невеста были в европейских платьях, играла польская музыка, рекой лились заморские вина. Но знать уже волновало не это. Они видели, что у новой царицы много родственников, которые захотят получить и чины, и поместья. Значит, им самим придется потесниться и подвязать кушаки. Некоторые решили, что царь специально затеял Азовский поход, чтобы русские князья и бояре сложили там головы, а их место заняли поляки. Другие предположили, что массовое истребление русской элиты произойдет во время намечавшихся потешных сражений.
В этих условиях заговорщики решили, что медлить больше нельзя. Отправленному в Елец с полком Ф. И. Шереметеву было приказано далеко от столицы не отходить на всякий случай. Сами же они приготовились к решительным действиям.
Ранним утром 17 мая 1606 г. по всей Москве начался трезвон. Он должен был извещать о каком-то несчастье. Проснувшимся жителям заговорщики сообщили, что поляки вознамерились убить «царя Дмитрия», чтобы посадить на престол свою царицу. Когда многие бросились громить польские дворы, В. И. Шуйский с единомышленниками поспешили в царский дворец.
Страже они заявили, что идут к царю со срочным сообщением. Не пустить их причины не было. В покоях заговорщики быстро перебили небольшую горстку внутренних охранников, в том числе и П. Ф. Басманова, и стали искать лжецаря. Тому сначала повезло, он смог выпрыгнуть из окна, но сломал ногу. Стрельцы подобрали его и хотели внести во дворец. Но выбежавшие В. И. Шуйский с товарищами стали кричать, что никакой это ни царь, а лжец и самозванец. Тогда было решено позвать царицу Марфу. Увидев решительно настроенных бояр и жалкого авантюриста, она тут же отреклась от него, что послужило сигналом для жестокой расправы над «царем Дмитрием». Уже с мертвого тела сорвали одежду, надели на голову шутовскую маску, рядом положили дудку и волынку и выставили на всеобщее обозрение на Красной площади. Через несколько дней труп закопали в овраге за городской чертой.
Однако вскоре стали распространяться слухи о том, что на месте погребения горят огни и раздаются страшные звуки. Тогда уже ставший царем Василий Шуйский повелел выкопать труп, сжечь его в потешном аду, а пепел зарядить в большую пушку и выстрелить в сторону Польши, откуда появился самозванец. После этого всем стало казаться, что с авантюрой Лжедмитрия навсегда покончено. На самом деле она только разрасталась.
§ 3. Боярский царь Василий Иванович Шуйский и борьба с ним нового самозванца
Короткое правление второго выборного царя – Василия Ивановича Шуйского (с 1606 по 1610 г.) принесло много бед Русскому государству и закончилось полным крахом для него самого. Главная причина заключалась в его излишне стремительном взлете на престол, хотя были и другие.
Русские люди хорошо помнили, как долго не решался надеть царскую корону Борис Годунов и многократно пытался убедиться в готовности подданных ему служить (на Земском соборе, во время всенародных шествий в Новодевичий монастырь, в Серпуховском походе). Дважды потребовал он видных представителей знати поставить свои подписи под двумя экземплярами Утвержденной грамоты.
Василий Шуйский решил обойтись без всего этого. Через день после убийства Лжедмитрия, т. е. 19 мая, на Соборную площадь были собраны представители духовенства (без патриарха, поскольку Игнатий был арестован), бояре, члены двора и правительства и множество москвичей различных сословий. Они должны были представлять собой Земский собор (ждать созыва настоящего собора с выборными от городов претенденту на корону не хотелось). На этом пестром сборище следовало решить судьбу престола. Можно предположить, что этот вопрос был заранее обговорен на расширенном заседании Боярской думы, поэтому на рассмотрение народа представили только одну кандидатуру Василия Шуйского.
Для москвичей, опьяненных расправами над поляками и сторонниками самозванца, имя главного заговорщика было вполне подходящим. Устраивало оно и знать, поскольку Василий согласился подписать ограничительную запись, уменьшающую его царские права в пользу Боярской думы. Согласны были и представители духовенства, поскольку им гарантировалась неприкосновенность их богатств и земельных владений и были обещаны покровительство и всяческая поддержка нового царя.
В итоге после того, как было объявлено, что Василий Иванович Шуйский – самый знатный Рюрикович, потомок знаменитого Александра Невского, т. е. царского рода, борец за православную веру и разоблачитель самозванца-еретика, все дружно