Дел, как обычно, выше крыши.
Не успел я снять куртку и включить компьютер, как мне в кабинет заглянула Беляева.
— Саш, ну как всё прошло? — взволнованно спросила она.
— Всё в порядке, — ответил я. — Больше этой проблемы у тебя не будет.
Беляева недоверчиво хмыкнула.
— Это вряд ли, — протянула она. — Даже если он тебе что-то там пообещал, всё равно врёт. Но спасибо, что хотя бы сегодня дал мне передышку.
Уверен, больше он её не побеспокоит. Но пусть она сама в этом убедится.
— Как инвалидности? — перевела она тему.
— Сейчас заполню вторую и понесу Савчук сдавать, — ответил я.
— О, это будет то ещё приключение, — усмехнулась Юля. — Для неё это как особый вид развлечения — принимать инвалидности.
— Что тут развлекательного? — удивился я.
— А вот увидишь, — девушка подмигнула. — Ну, тогда удачи. Сейчас моя очередь на вызовы ехать, побежала.
Она выпорхнула из кабинета. Я вернулся к компьютеру и принялся за заполнение второй инвалидности.
Закончив, распечатал оба протокола, вложил их в карточки и понёс Савчук.
Всё-таки неудобно, что вся администрация находится в другом здании. Зимой приходится переобуваться, надевать куртку и бежать по заснеженной улице. Но куда деваться.
Дошёл до кабинета Савчук, постучался, вошёл внутрь.
Она стояла возле маленького столика в углу своего кабинета с банкой кофе в руках.
— Проходите, — кивнула мне. — Сейчас, я с этой банкой совладаю наконец… Заклинило что-то.
— Давайте помогу, — не дожидаясь ответа, я взял у неё банку и открыл крышку. И правда, закрыта она была на славу. — Прошу.
— Спасибо, — удивлённо ответила она. — Может, хотите тоже кофе?
Неожиданное предложение. Впрочем, а почему бы и нет? С обедом сегодня я снова не успеваю, так что побалую себя кофе без сахара.
— Давайте, — ответил я.
Она насыпала кофе в две кружки, залила кипятком и протянула одну мне.
— Что вы мне сегодня принесли? — с наслаждением сделав глоток, спросила Савчук.
— Две инвалидности, — ответил я. — Заодно узнаю, правильно ли я вообще их делаю.
— Это точно, мне иногда такое приносят, — покачала она головой. — Шарфикова бесконечно гоняю исправлять. Давайте посмотрим.
Взяла первую карточку, открыла у себя на компьютере электронную версию протокола, начала читать.
— Так, хроническая болезнь почек, значит… — проговорила она. — Коновалов Пётр Иванович. Четвёртая стадия. Ага, креатинин написали, триста пятьдесят. СКФ посчитана отдельно, ага. Ездит на гемодиализ уже. Функциональные нарушения описаны правильно. Консультация нефролога из Саратова есть. Ага…
С этой инвалидностью было довольно просто, потому что пациент исправно ездил на гемодиализ. А значит, врачи его осматривали постоянно и он сдавал анализы.
Гемодиализ — это метод внепочечного очищения крови. Совсем недавно узнал, что в этом мире такое существует. В моём почки лечили праной, и не приходилось прибегать к подобным процедурам.
— Тут всё хорошо, — заявила Савчук. — Прямо удивили меня. Сегодня же и отправлю. Оперативно вы взялись за дело.
Она взяла вторую карточку и принялась проверять её.
— Так, рак лёгких, третья стадия, — снова себе под нос начала читать она. — Онколог есть, гистология есть, это есть… В реабилитационном прогнозе у вас стоит «благоприятный». Почему?
— Там химиотерапия закончена, с хорошим ответом, — наморщив лоб, ответил я.
— Неважно, всё равно надо ставить «сомнительный», — объяснила Савчук. — Просто запомните на будущее, тут я сама исправлю.
Она исправила этот момент, заново распечатала протокол и вложила в карту.
— А так всё хорошо, даже скучно, — подытожила она. — Думала, развлекусь хоть.
Точно, Юля мне говорила о чём-то подобном. Видимо, она мне так хорошо объяснила правила заполнения инвалидностей, что я смог справиться почти без ошибок с первого раза.
— Обе отправлю сегодня же, — добавила Савчук.
Я кивнул и тоже сделал глоток кофе. Крепкий, горький, без сахара. Сразу же дал мне заряд бодрости и энергии.
— Нравится? — внимательно посмотрела на меня Савчук.
— Вкусный, — кивнул я. — Я редко кофе пью, но иногда можно себе позволить.
— Это точно, — она внезапно расплылась в улыбке. — Я рада, что вы ценитель. Некоторым всё равно, они и пакетики «три в одном» кофе называют. А я вот люблю только определённые зёрна. В Саратове есть магазинчик, я всегда там закупаюсь. На маркетплейсах не заказываю, там легко могут подделку подсунуть.
Я не понял и половину из сказанного ею, поэтому просто кивнул.
— Вы же сами из Саратова, насколько я помню? — продолжила Савчук.
— Да, родители там живут, — кивнул я. — А меня к вам распределили после окончания университета.
— Это распределение первый год существует, надеюсь, оно даст свои плоды, — задумчиво проговорила та. — А к родителям часто ездите?
Я понятия не имел, как часто к ним ездил Саня. Судя по всему — очень редко. Ведь даже новый год он предпочёл отмечать в одиночестве.
Сам я собирался добраться до родительского дома, но пока не представилось возможности. Мои первые выходные были расписаны, ещё и усложнились появлением в моей жизни Гриши.
— Реже, чем стоило, — честно ответил я.
— Это надо исправлять, — серьёзно сказала та. — Навещайте их почаще.
Я и сам думал организовать поездку. Кивнул и снова отпил кофе.
— И если вы поедете в Саратов, то можете привезти мне ещё кофе? — хитро прищурилась Савчук.
— Так вот в чём дело, — усмехнулся я. — Если соберусь, то без проблем. Только напишите, что за магазин и какой именно кофе.
Женщина поспешила записать всё это на бумажке и протянула мне. Когда я забирал её, Савчук почему-то очень смутилась и залилась румянцем.
Я спрятал бумажку в карман и допил кофе.
— Могу идти? — поинтересовался я.
— Конечно, — кивнула она. — Буду ждать от вас новых инвалидностей — помнится, их ещё много.
Я вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Необычные посиделки, Юля была права.
Теперь пора было отправляться в стационар. Я сразу пошёл в ординаторскую терапии, рассчитывая там найти Агишеву. Так и оказалось: она сидела за компьютером и что-то печатала.
— Добрый день ещё раз, — поздоровался я. — Пришёл,