Связь ослабла. Но СОЛМО не были обычными кораблями. Каждый из них был системой. В пространстве больше не было стройной линии фронта. Были сотни локальных дуэлей. Пространственные скачки. Временные откаты. Мины, появляющиеся в прошлом. Корабли, стреляющие в будущее. Один из наших крейсеров получил прямое попадание. Его корпус разорвало. Дредноут противника откатился — пытаясь изменить момент выстрела и задеть одним залпом сразу и другого охотника, чудом избежавшего гибели. Откат, и… погибший звездолет землян снова ожил как ни в чем не бывало! В новой версии боя крейсер уже не шёл по прежней траектории. Он прыгнул хаотично, и попадание ушло в пустоту.
— Они устали, — тихо сказала Кира. — Слишком много откатов. Даже их искины начали ошибаться.
Временные сдвиги оставляли след. Дредноут начал «дрожать» — его сигнатура двоилась, как плохая запись.
— Сейчас, — сказал я.
Пять СОЛМО синхронно прыгнули в сектор вокруг него. Не для удара. Они просто исказили пространство. Когда дредноут попытался сделать очередной откат, он вернулся не туда. Он вернулся в момент, когда уже начал разрушаться.
Временная линия не выдержала собственных правок. Разрыв прошёл по его корпусу — не взрыв, а тихое расслоение. Корабль словно потерял согласие с самим собой.
Второй дредноут, с повреждённой установкой, начал отступать. Портал открылся нестабильно, и его часть флота, а также поврежденный автономными дронами собрат ушла в него. Остальные корабли Содружества и Базиса синхронно развернулись и начали разгонятся, для прыжка. Перехватчики, брошенные носителями, пытались догнать свои материнские корабли. На торговой станции, куда во время боя враг успел высадить десант, всё ещё шел бой. Там штурмовая бригада, оснащенная биоскафандрами АВАК, долавливала остатки абордажников Содружества. Первый бой близнецов, и я, надеясь, что они живы.
— Они уходят, — сказал Тимур.
— Пусть, — ответил я.
Пространство медленно приходило в норму. Минные поля гасли. Дроны возвращались на сбор. На экране остались следы — зоны, где время и пространство ещё не договорились между собой. То и дело на месте боестолкновения из разрывов пространства вырывались языки плазмы. Весь сектор был просто усеян обломками и спасательными капсулами. Из вступивших в бой охотников СОЛМО в строю осталась только четверть… Потери просто колоссальные.
Я смотрел на карту. Мы не уничтожили их полностью. Они не уничтожили нас. Но теперь они знали. Мгновенный прыжок — не панацея. Временной откат — не гарантия.
— Это только первая партия, — сказал Петрович.
— Да, — ответил я.
Кира сняла броню. Пластины растворились, как будто боя и не было.
— В следующий раз они будут осторожнее, — сказала она.
Я кивнул.
— И мы тоже.
Война только начиналась.