Мы покорно и мгновенно замолчали, почувствовав себя пристыжёнными детьми. Я медленно протянула руку, осторожно взяла холодную ладонь Сайласа и крепко сжала её в своей. Я прекрасно знала, что это совершенно бессмысленно, и жест этот, вероятно, ровным счётом ничего не значил для него, но мне было абсолютно всё равно. Он был моим настоящим другом, так или иначе, несмотря ни на что.
Мы все долго сидели в абсолютной тишине, нарушаемой лишь тихим дыханием. Наконец Балтор медленно и осторожно оторвала свои напряжённые руки от бледного лица Жреца.
Сайлас судорожно, хрипло вздохнул, словно выныривая из ледяной воды. Его широко распахнувшиеся глаза были полны ужаса. По искажённому лицу стремительно пробежала глубокая тень животного страха, и он отчаянно забился, судорожно пытаясь найти хоть какую-то опору в окружающем мире. Мне пришлось поспешно отпустить его похолодевшую руку, когда мы с Балтор инстинктивно отпрянули назад от его неожиданной бурной реакции.
Он с трудом, очень медленно сел и растерянно огляделся, изучая каждого из нас. Его обычно совершенно бесстрастные, холодные черты неожиданно отражали целые десятки противоречивых эмоций одновременно. Страх, полное замешательство, яростный гнев, горечь предательства, неожиданная радость, глубокая печаль… Всё это калейдоскопом промелькнуло на его измученном лице, пока он наконец не взял себя в железные руки и не загнал все чувства обратно под тот тяжёлый камень, где обычно их надёжно хранил.
Наконец он заговорил, и его голос был хрипловат.
— Чем я могу вам помочь?
Я с невероятным облегчением выдохнула накопившееся напряжение. Не удержавшись, я со всей имеющейся силы ткнула Сайласа кулаком прямо в плечо. Он удивлённо поднял на меня свою тонкую белую бровь.
— Это чтобы ты больше никогда так не делал! Понял?
— Обещаю, что в будущем постараюсь всеми силами избегать подобных ситуаций, когда моё сознание окажется полностью подчинено воле наших могущественных создателей, — совершенно сухо ответил он.
Келдрик решительно сделал шаг вперёд.
— Как бы невероятно трогательно всё это ни было, у нас категорически нет времени на долгие чувственные излияния. Сайлас, скажи честно — готов ли ты сейчас сразиться с самим Королём Всего?
— Да, безусловно готов, но я совершенно не понимаю, каким образом…
— Чёрная ладья только что забрала белого слона, кажется, — неожиданно перебил его Владыка Слов загадочной фразой.
Сайлас непонимающе нахмурился.
— Если ты не главный мозг всей этой операции, тогда кто же?
— Король Теней играет против Короля Всего в древнюю игру.
Сайлас громко простонал в явной досаде. Из всех присутствующих здесь он, казалось, меньше остальных сомневался в реальности всего этого безумия. Должно быть, он действительно хорошо знал Самира как близкого друга и понимал, на что тот способен.
Келдрик откровенно усмехнулся его красноречивой реакции.
— Искренне надеюсь, твои актёрские навыки находятся хотя бы на приемлемом уровне, Жрец. Потому что у тебя тоже есть важная роль в сегодняшнем кровавом действе.
Сайлас неспешно поднялся на ноги, а следом за ним встали и мы с Балтор. Он внимательно посмотрел на всех остальных по очереди и почтительно склонил свою светлую голову.
— Я сделаю всё то, что должен сделать.
— Прекрасно. Тогда слушайте план. Каел, Нина и я немедленно отправимся в главный тронный зал и будем терпеливо ждать там. Балтор и Торнеус должны во что бы то ни стало найти Лириену. Вы обязаны доставить её живой к Алтарю Вечных. — Увидев явное недоумение на некоторых лицах, он тяжело вздохнул, очевидно раздражённый острой необходимостью останавливаться и тратить драгоценное время на подробные объяснения. — Мы просто не сможем окончательно победить Короля Всего, пока его активно поддерживает неиссякаемая сила самих Вечных. Оракул когда-то давно была их главным проводником в этот мир. Подобно обычному громоотводу, она теоретически может вобрать в себя всю их колоссальную силу на время, вполне достаточное для того, чтобы Каел сумел покончить с ним раз и навсегда. Именно поэтому Самир с самого начала велел Торнеусу обязательно доставить её сюда.
— Но это же буквально сожжёт её дотла изнутри! — испуганно пискнула Балтор. — Это неизбежно убьёт её!
— Да, — жёстко кивнул Келдрик. — Убьёт, и весьма быстро. Но ей в любом случае осталось совсем недолго жить. Поверь мне, сестра. Я ничуть не больше тебя хочу видеть её мучительную кончину. Но это абсолютно необходимо для победы. Это единственный реальный способ победить.
— А кто именно заманит Короля Всего обратно в тронный зал? — осторожно спросил Сайлас, и, случайно встретив красноречивый взгляд Келдрика, устало прикрыл лицо ладонью. — Ах вот оно что. Отсюда и твои слова об актёрском мастерстве. Понятно.
— Совершенно верно, мой милый мальчик, — Келдрик уверенно прошёл мимо всех нас и решительно направился по тёмному коридору к выходу. — А теперь хватит пустых разговоров. Настала пора довести всё это до самого конца, так или иначе.
Глава 25
Элисара
Если я умру здесь, я буду гордиться собой.
Неравный бой — не менее почётен. Более того, сознание того, что мы настолько уступаем в силе Королю Всего, лишь укрепляло мою уверенность в праведности моего конца. Устоять здесь, на руинах домов после взрыва доктора, — это достойный последний рубеж. Здесь, под палящим солнцем чужой и странной земли, я могу встретить смерть с высоко поднятой головой.
Моё сердце обливалось кровью за мужа. Сайласу придётся нести бремя скорби по мне. Я не сомневалась, что вскоре после моего ухода в небытие он последует за мной. Впервые мне стало интересно, что же ждёт нас после смерти. Окунёмся ли мы в забвение, когда наши силы вернутся к Вечным, откуда они пришли? Или же наши души отправятся в некий аналог смертной загробной жизни?
Если так, то я надеялась, что он найдёт меня там.
Я любила Сайласа. Я любила этого человека-статую сильнее, чем сами луны. И именно ради него я сейчас, в последний раз, противостою Королю Всего. Ибо этот мир взял в заложники моего ангела, отнял у него самый драгоценный дар — его нравственность. И за это я готова увидеть, как всё это обратится в пепел.
Даже если этот пепел станет всего лишь погребальным костром.
Малахар стоял на здании