— И что? Ты ей после всего этого деньги не вернул? — негодуя, спросил Григорий.
— Нет, конечно! Ты пойми: это моя работа. Я так зарабатываю. Ты же не будешь возвращать свою зарплату за все время работы директору, если он придет к тебе и расплачется, что у него бизнес накрывается? Тут та же история! Без лоха и жизнь плоха.
— Ну и сволочь же ты, Руль! — сказал Гриша и в шутку оттолкнул его в сторону.
***
Накопленный опыт и интуиция Григория помогли предотвратить попытку подставить его по-крупному с далеко идущими последствиями. В ПТУ к нему обратился один из учащихся с просьбой затащить на Гришин лимит[98] его передачку. Смутило то, что за это просящий был готов платить по пятикратному тарифу с условием подключения Ушастого, который бы договорился с операми о поверхностном досмотре груза.
— А что он хочет на зону затащить, ты у него поинтересовался? — спросил Гришу завхоз первого отряда, когда тот рассказал ему о нестандартной просьбе.
— Говорит, что в основном конфеты. Они все дорогие и в фирменных обертках, а ты, Миша, сам знаешь, что по правилам все конфеты надо из оберток доставать и в пакет отдельный складывать. А он, видимо, на продажу тащит, поэтому просит, чтобы в обертках оставили при шмоне.
— Симки он тащит в этих конфетах, не меньше! А то и «хмурого»[99]. Поэтому и пятикратный тариф предлагает. Знает, падла, что если я впишусь, то досмотра не будет. Вот через тебя на меня и решил заход сделать. Откажи ему!
— Как скажешь, — покорно согласился Григорий.
— И вообще на семерке не принято отдавать свой лимит. Ну, только если очень близким и проверенным. Подставят только так! Уедешь на новый срок, и никто даже разбираться не станет, прав ты или виноват.
И действительно, через пару дней контрабандный товар был задержан оперативными сотрудниками колонии и вскрыт. Как и говорил Ушастый, в конфетах оказались спрятаны и сим-карты, и гашиш, и даже амфетамин. Сумму запрещенки оценили в несколько сот тысяч рублей. Курьера и получателя задержали, а этого хитрого зэка в ПТУ Григорий больше никогда не видел — вывезли в один день, так и не дав заработать ни копейки.
Вообще основной заработок на строго- и особорежимных зонах у зэков складывается чаще за счет мошенничества с любовью. В интернете выбирают девушек побогаче, выискивая их в социальных сетях, внимательно изучая фотографии, адреса проживания, статусы. Если нашел фотки в дорогом автомобиле, на престижных курортах, во дворе собственного дома, значит, деньги есть: и такую надо брать в оборот. Первым делом выходят на контакт, «присаживаются на уши»: лесть, комплименты, любовь, «женюсь — жить без тебя не могу» и так далее. Затем начинается отработанная процедура выуживания денег. Основные причины такой срочной необходимости — это деньги на телефон, чтобы можно было бы с ней без проблем общаться, затем — на взятку ментам, чтобы не посадили в ШИЗО, ну и самая большая сумма — на адвоката и «на лапу» судье, чтобы гарантированно отпустил к ней как можно скорее. Все просьбы связаны с давлением на жалость к себе, на полной уверенности в своих чувствах к ней и неумолимой тяге к совместной жизни в браке сразу после освобождения. Полученные деньги чаще всего тратятся на игру, ставки у букмекеров, покупку новых сотовых телефонов, наркотики, продукты и покрытие насущки — основных расходов осужденных.
На Гришином курсе в профтехучилище при ЛИУ-7 училось всего пять человек. Тополев там сдружился с Павлом Вечеровским — бывшим врачом из города Котовска Тамбовской области. Они были одного возраста, одних взглядов на жизнь и приверженцы одних жизненных ценностей. Павел получил шесть лет общего режима за свою профессиональную деятельность. Он пожалел свою клиентку-наркоманку и выписал ей сильнодействующий препарат, но оказалось, что она выполняла задание полиции: посещала его несколько дней и общалась с ним под контролем в ходе оперативно-розыскных мероприятий. В итоге за подделку рецептов и по трем эпизодам статьи 228 он получил срок, запрет на работу по профессии и уехал на зону. Но Павел не опустил руки, не сдался и за два года борьбы в судах различных инстанций доказал, что это была провокация со стороны полиции. Скинули ему, правда, немного — всего десять месяцев, зато вернули право заниматься врачебной практикой после освобождения. За то, что он бился с системой и победил, его лишили права на УДО. Он пять раз подавал в местный суд ходатайства об условно-досрочном освобождении, но всегда получал отказы, даже за двадцать восемь дней до окончания срока получил формулировку «не до конца исправился». Павел был полон желания подавать иски со свободы на реабилитацию и моральный ущерб, хотя и понимал, что это малоперспективно и придется уезжать из области, так как система ему этого точно не простит.
Убираться в ПТУ ходил обиженный по имени Егор. Валентин сам нашел его на зоне и как завхоз устроил к себе на работу. Он получал официальную зарплату, ништяки от Демченко и, самое главное, мог всю первую половину дня чувствовать себя человеком вдали от своего отряда и жизни изгоя. Валя, узнав его историю от Медведя — завхоза девятого пресс-отряда, решил обязательно помочь ему и забрал к себе на промку.
Егор до ареста был состоятельным сельским жителем: имел сеть собственных магазинов в окрестных деревнях и несколько торговых точек на рынке. Как водится, успех и богатство ударили в голову: завел любовницу. Жена узнала и выгнала из дома. Напился. Первый раз в жизни ушел в запой и допился до белой горячки. В этом состоянии выбрался во двор. Думая, что он на речке, разделся догола и стал так ходить, потом бросился на березу в полной уверенности, что это его жена, и принялся обнимать ее в порывах нежности и любви. Прохожие и дети, вместо того чтобы вызвать скорую помощь, снимали весь этот спектакль на камеры мобильников и выкладывали в сеть. Его арестовали. Во время следствия полицейские предложили сделку: он переписывает на их подконтрольных лиц весь свой бизнес взамен на условный срок или закрытие дела. Егор отказался, уверенный в своей невиновности и справедливости суда. В камере по распоряжению следователя его опустили и загнали в обиженку. На суде прокурор требовал для него по статьям 132 (мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера) и 135 (развратные действия без применения насилия в отношении лица, которое не достигло возраста совершеннолетия) шестнадцати лет