Я закрываю глаза и пытаюсь успокоить нервы. Чем больше я пытаюсь успокоиться, тем хуже становится.
— Кадей Мейвс. — Каждая мышца моего тела напрягается, и из губ вырывается тихий вздох. Бри с беспокойством кивает мне, когда я встаю рядом с ней. Я встречаюсь взглядом с Арнольдом — он такой же бесстрастный, как и всегда, выглядит непоколебимым и без эмоций. Я не знаю, притворяется ли он или действительно не чувствует страха, как мы все, но я сглатываю, надеясь, что это не закончится смертью либо Бри, либо меня самой.
Кэмерон был прав, когда сказал, что я умру, если не приняла бы те таблетки прошлой ночью. Я ни за что не смогла бы бежать через чертов лес с той раной, что получила вчера.
Генерал Нолан прислонился к стене из солдат и наклоняет голову вперед, когда я смотрю на него. Его глаза пляшут со злорадством, по какой причине — я не уверена, но у меня в животе, словно клубок змей, скручивается ужасное предчувствие.
— Кадет Бейл, — Адамс вызывает Брайса, и тот заметно бледнеет, медленно подходя и вставая рядом со мной. — Мейвс и Бейл, вы двое пойдете следом за кадетами Белкиным и Пейзели. Эти забеги довольно короткие, так что ждать вам придется недолго. У вас есть десять минут, чтобы добраться до контрольной точки или умереть. — Бри выглядит так, словно увидела Рейса. Арнольд лишь сжимает кулаки по бокам.
Брайс дрожит так сильно, что я хватаю его за руку и ободряюще улыбаюсь. Он выглядит напуганным до смерти, но судорожно кивает.
— Пейзели, ты будешь дичью. Контрольная точка — это дерево с красной лентой, прямо по курсу отсюда, примерно в миле. Надеюсь, ты умеешь быстро бегать. Твоя фора в пять секунд начинается через три, две, одну. — Адамс едва успевает произнести последнее слово, а Бри уже несется вперед что есть сил в смертельном спринте. Снег и грязь взлетают от силы, с которой она работает ногами.
— Беги, Бри! — кричу я, не в силах удержаться от слов поддержки. Это приносит мне злобный взгляд от Адамса, но он снова смотрит вперед. На отметке в пять секунд он вручает боевой нож Арнольду и сигнализирует ему пуститься в погоню.
Арнольд почти такого же роста, как Кэмерон. У него длинные ноги и одни мускулы. Черт, надеюсь, Бри сможет отбиться от него. Он быстро ее догонит. В горле у меня встает комок и растет с каждой тихо проходящей минутой.
Резкий крик пронзает воздух и высасывает весь кислород из моих легких.
Ужас, который булькает сквозь верхушки деревьев, ощутим и заставляет мои глаза гореть. С ней все в порядке. Она знает, как справиться с кем-то вдвое больше ее. Бри умна и добра.
Бри не может умереть. Я сжимаю кулаки по бокам и борюсь с комом в горле. Свежие слезы грозят навернуться на глаза, но я крепко держусь за веру в то, что с ней все хорошо.
Тишина, последовавшая за этим леденящим кровь звуком, прожигает дыры в моем сознании, пока я пытаюсь не думать о том, что заставило ее так кричать.
Никто не говорит ни слова.
Мы терпеливо ждем на своих местах, пока Арнольд не появляется снова из леса, волоча за собой безжизненное тело. Ее темные волосы тянутся по земле, а красные полосы на снегу выглядят как краска.
В горле поднимается рвота, но я проглатываю ее и подавляю дрожащий вопль, поднимающийся во мне. Выключи это. Я пытаюсь заставить себя отрешиться. Сейчас я не могу быть эмоциональной. Я сжимаю руки в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони. Я не чувствую, больно ли это, но давление отгоняет навернувшиеся слезы.
Ярость и ненависть змеятся глубоко в моей груди. Темные Силы — это действительно отбросы земли. Я не могу представить себя в одной команде с Арнольдом или Рейсом. Я бы, наверное, прикончила их во сне.
Я больше не могу сдерживать слезы. Они текут по моему лицу и падают на снег. За Бри. Я буду бороться изо всех сил, за всех нас.
Я отворачиваюсь, когда он оставляет ее тело на краю шеренги солдат. Адамс поздравляет его, когда тот возвращается в группу. Меня слабо утешает то, что Арнольд выглядит травмированным тем, что только что сделал. Его глаза запали, и впервые на его губах нет той глупой ухмылки.
— Бейл, ты — дичь. У тебя пять секунд, — кричит Адамс. Вместо того чтобы сорваться с места сразу, как Бри, Брайс на секунду смотрит на меня, в его юных глазах пляшут принятие и страх. «Только не так», — слышу я его мольбу. Затем он бросается в полный спринт и устремляется в лес.
Секунды кажутся минутами. Я не хочу преследовать его. Я не хочу всего этого.
— Мейвс, — безразлично бормочет Адамс, вручая мне тот же клинок, которым Арнольд убил Бри. Ее ярко-красная кровь еще влажная на лезвии. Мой взгляд скользит к ее безжизненному телу на земле, и сердце сжимается.
Ее губы уже посинели от холода, а глаза застыли, уставясь в небо. По моей душе расползается мрачная эмоция. Не может быть, чтобы ее история закончилась так, и все же нельзя отрицать, что это ее конец.
Слова Кэма проникают в мою плоть: «Или ты, или они».
Или я, или Брайс.
Я не хочу умирать.
Я сжимаю рукоять ножа крепче и проглатываю все свои эмоции, позволяя им упасть позади меня, словно отрубленные руки, пытающиеся удержать меня привязанной к суровой реальности.
Охота — это то, в чем я, к сожалению, хороша, но мне никогда не приходилось убивать того, с кем я успела познакомиться. Отрешение — единственный способ, которым я пройду через это.
Я пускаюсь в погоню за Брайсом так быстро, как только могу, и слезы текут из моих глаз, как только я прорываюсь сквозь стену леса, где никто не видит меня. Я даю им литься, пока бегу быстрее, чем думала, что способна.
Потому что я не хочу умирать.
Я не хочу умирать, и я убью Брайса тысячу раз, если это значит, что я смогу быть с Кэмероном.
Спустя минуту я вижу светло-каштановые вьющиеся волосы Брайса, мелькающие в подлеске. Если я так быстро догнала, он, вероятно, оставил после себя ядовитые ловушки. Я меняю путь и держусь в десяти футах от его следов.
Он замечает меня краем глаза и поднимает обе руки.
Я стискиваю зубы. Какого черта он делает? Я не