Я улыбаюсь и прислоняюсь лбом к его лбу.
— Обещаешь? — Я провожу рукой по его плечу, куда он подставился под нож, чтобы защитить меня.
— Всегда. — Его голос наполняет комнату и мой разум.
Может, два таких чудовища, как мы, и вправду могут обрести счастье.
Глава 32
Кэмерон
— Это ещё о чём? — спрашиваю я, всё ещё вялый от короткого сна прошлой ночью.
Генерал Нолан идёт, заложив руки за спину, с мрачным выражением лица, пока мы движемся по коридору.
С какой, чёрт возьми, стати он меня разбудил? Я знаю, что высшим офицерам положено присутствовать на финальном испытании, но Нолан обычно не появляется. Для него это ниже достоинства.
Так почему же на этот раз всё иначе?
Нолан останавливается у чёрной металлической двери и набирает код.
— У нас есть новая сыворотка. Мы полагаем, что она станет последней из экспериментальных препаратов для тебя. Если ты переживёшь эту, возможно, мы нашли идеальную смесь, которая сохранит психическую стабильность солдат и устранит летальность. Таблетки всё ещё понадобятся, чтобы подготовить тебя к ней, но я думаю, что устранил все недочёты.
Я широко раскрываю глаза.
— Ты серьёзно? — резко говорю я.
Он бросает на меня взгляд через плечо, открывая дверь.
— Абсолютно. Так что давай покончим с этим, хорошо?
Я колеблюсь.
— Но что, если недочёты не устранены?
Нолан пожимает плечами.
— Полагаю, мы посмотрим, что произойдёт.
Я следую за ним по другому коридору, который заканчивается маленькой лабораторией. Она выглядит похожей на ту, что в Подземельи. Когда-то такая обстановка пугала меня до смерти. Я помню, как дышал прерывисто и как сильно боялся каждый раз, когда мне делали укол. Все видели, как умирали другие испытуемые.
Но с каждой процедурой я лишь становился сильнее. Холоднее. Безумнее.
Я провожу пальцами по подлокотнику, обхожу кресло сзади и сажусь. Нолан уже приготовил шприц — на этот раз с тёмно-серой жидкостью.
— Приятно видеть, что ты смог сдерживать себя с кадетом Мейвс. Именно такой контроль я хочу видеть в тебе, Мори. Такой солдат нам и нужен. Тот, кто слушается. Тот, кто повинуется. Тот, кто может контролировать безумие, вызываемое инъекциями. — Голос Нолана пронизан ядом, пока он вводит иглу под мою кожу и впускает тьму в меня. — Посмотрим, сможешь ли ты совладать с этой. — Он говорит так, словно хочет, чтобы я потерял контроль. Я задыхаюсь, глядя на свою руку.
Мои вены становятся тёмно-синими, и тьма расползается по моей системе. Моё тело дёргается, откидываясь в кресле, дыхание срывается. Сквозь меня проносится паника.
— Ч-что происходит? — выдавливаю я, прежде чем мои глаза судорожно закрываются.
Я лишь слышу, как смеётся Нолан, прежде чем он говорит:
— Ты подготовлен к финальному испытанию, Мори.
Глава 33
Эмери
Нас двенадцатых выводят наружу ко входу в бункер. Сегодня снег не идет. Небо чистое, и у птиц хватает наглости щебетать, словно это радостное утро.
Нас вывели сюда маршем, как только зажглся свет. Ни душа, ни завтрака… И нет Кэмерона.
Я нервно оглядываюсь, но не могу его найти. Куда, черт возьми, он делся?
Бри стоит рядом со мной и тоже тревожно ерзает.
— Где тот мальчик-убийца? — спрашивает она, не глядя в мою сторону. Мы все разглядываем вооруженных солдат, которые стоят стеной по обе стороны от нас, вплоть до леса. Единственный свободный путь — прямо вперед.
По спине у меня струится пот, отчего дыхание становится прерывистым.
— Понятия не имею, — мой ответ отрывист, и мое беспокойство лишь усиливает ее.
Дэмиан крепко скрестил руки и ворчит:
— Почему генерал Нолан здесь?
Мои глаза быстро находят Нолана, который, важно вышагивая, поднимается по трапу из бункера, беседуя с инструктором-сержантом Адамсом и лейтенантом Эриком.
— Без понятия, — бормочу я. Брайс подозрительно тих. На него это не похоже, но он, кажется, очень нервничает из-за этого испытания в частности. Он меньше большинства, как и я. Так что я понимаю его, особенно если дело дойдет до схватки один на один.
Адамс выходит в центр нашей небольшой группы, на лице у него сияющая улыбка, за которой, я знаю, нет никакого настоящего тепла.
— Поздравляю с выходом в финальное испытание, кадеты. Это первое применение подобного испытания, так что я надеюсь, все горды тем, что находятся здесь сегодня. Мы все беспокойно ежимся. Даже Рейс и Арнольд кажутся настороженными, а не нетерпеливыми и жаждущими власти, как во время первого испытания. Адамс громко объявляет: — Вы будете проверены на то, насколько хорошо можете ускользнуть от преследющего врага. Один из вас будет дичью, бегущей очертя голову, без оружия, к контрольной точке. Другой будет хищником, вооруженным боевым ножом. Если дичь доберется до контрольной точки, прежде чем ее убьют, вы выигрываете, а хищник будет ликвидирован. Но если дичь будет убита до этого, что ж, это очевидно.
У меня в животе все сжимается. Остальные тоже выглядят мрачными, в последний раз оглядывая лица своих товарищей-кадентов.
Только половина из нас выйдет из этого живыми. Мои глаза снова ищут кого-то среди охранников, но я не вижу его. Кэмерон, где ты? Я кусаю нижнюю губу.
Инструктор-сержант Адамс проходит вниз и медленно обходит нас по кругу, продолжая:
— Всего шесть групп. Вы останетесь на своих местах, пока вас не вызовут. Если вы попытаетесь оказать сопротивление, вы будете ликвидированы. Если вы откажетесь подчиниться…
Бри фыркает себе под нос:
— Дай угадаю: вы будете ликвидированы.
Адамс слышит ее и резко поворачивает голову в нашу сторону. Она замирает, глаза расширяются, и ее взгляд устремляется прямо в землю.
— Прошу прощения, похоже, кадет Пейзели хочет быть первой. — Он жестом руки приказывает ей выйти вперед группы. Ее челюсть отвисает, а зрачки расширяются от ужаса. — Выходи сюда! — кричит Адамс, когда она медлит.
В этот момент мне напоминают, что у нас здесь нет никакого выбора. Когда дело доходит до подчинения начальству. Эта мысль сокрушительно обрушивается на мою грудь — я все еще там, где была всегда, просто под другим управлением — я все еще маленький палач.
Мое сердце обрывается, когда я смотрю, как она, дрожа как лист, встает перед всеми.
— С тобой все будет хорошо, — шепчу я, надеясь, что мои слова поддержки придадут ей немного уверенности. Она кивает мне и отвечает тревожной, но благодарной улыбкой.
— Кадет Белкин, выходи сюда. — Голос Адамса — не что иное, как рев. Арнольд медленно подходит и неуверенно встает рядом с Бри.
О боже, зачем Арнольда? Мои ладони потные, и я не могу сдержаться,