– Это все? – резко спрашиваю я.
Судя по лицу Фрейи, я совсем сошла с ума, разговаривая так с мамой. И что удивительно, мама это терпит. Она почти нервно бросает взгляд на Фрейю перед уходом. Дверь закрывается.
Фрейя проводит ладонью по рядам своих косичек, а потом смеется, чтобы снять неловкое напряжение.
– У тебя все хорошо?
Я качаю головой.
– Нет. Не хорошо.
– Это из-за Кингслендов? – Она подходит ближе. – Там было ужасно?
– Ты поверишь, если я скажу, что ты первая меня об этом спросила?
Хрупкая натянутость между нами рушится от ее грустной улыбки. Фрейя с трудом делает шаг вперед, и мы заключаем друг друга в яростные объятья.
– Да, поверю. – Она прижимает меня к себе крепче. – Я знакома с твоими родителями.
– О звезды, как я скучала.
Какое облегчение, когда есть подруга, которая знает тебя целую вечность. Которая любит всю меня.
Которая всегда готова помочь, когда бы я ни попросила.
Ну конечно! Фрейя может доставить мою карту Вадору.
Грудь сдавливает при мысли о просьбе сделать нечто настолько опасное. Она будет рисковать жизнью.
Больше некому.
– Прости, что меня так долго не было, – шепчу я.
Фрейя кладет мне голову на плечо.
– Правильно извиняешься. Мне пришлось самой разбираться с твоей матерью. А еще вычищать заражение из паха мистера Лаймана. Дважды. – Она смеется, когда я кривлюсь. – Нет, все хорошо. Я тоже скучала. И ты не сама собралась исчезнуть.
Я со свистом вдыхаю воздух.
– Я не собиралась исчезать… Но что, если я собиралась не возвращаться?
– Что? – Фрейя поднимает голову.
Мое сердце бьется чаще, когда я тяну ее за руку и усаживаю на мою кровать.
– Фрейя, мне стольким нужно с тобой поделиться.
А потом правда хлещет из меня торопливыми и тихими словами, когда я рассказываю о Тристане и о том, как он меня исцелил. О Кингсленде и их образе жизни, как в старом мире. Об их истории. О нашей истории. Об истине. Напоследок я в общих чертах обрисовываю признание отца. Объяснить все как надо не хватает времени, и, судя по смятению и возмущению на лице Фрейи, я боюсь, что причинила больше вреда, чем пользы.
– Я знаю, что плохо объясняю, – шепчу я. А потом вообще прекращаю говорить, потому что мне нужно, чтобы она сказала хоть что-то.
– Не понимаю. Так ты думаешь, что мы не на той стороне. Что мои братья…
– Делали, как им велено. Но им бы не пришлось подвергать себя опасности, если бы не мой отец.
В ее глазах плещется сомнение.
– Клянусь, все это правда.
Мы пристально смотрим друг на друга. Потом она вскакивает и начинает ходить туда-сюда.
Я прикусываю губу, зная, что нужно гораздо больше, чтобы противостоять годам утренних занятий и показаниям…
На ее лице мелькает странное выражение.
– Так ты осталась из-за кингслендского парня? – Она недоверчиво смеется, и я понять не могу, то ли она испытывает гнев, то ли облегчение. – Подумать только, ведь мы с Лиамом тебя искали…
– Прости, – поспешно говорю я. Вот уж чего не хотела, так это причинить им боль. – И да, я люблю его. Но дело далеко не только в этом.
– То есть он превосходно целуется.
Я давлюсь смехом.
– Лучше всех.
– Мне нужно больше подробностей. – Она машет рукой. – Позже. Итак… ты не испытываешь никаких чувств к Лиаму?
Я делаю паузу, не желая казаться жестокой.
– То, что есть у нас с Тристаном… не идет ни в какое сравнение.
– Ладно. – Фрейя моргает. – Значит, мы сорвем твою свадьбу. Скажем, что ты заболела. Я имею в виду, что тебе только что порезали шею.
– Нельзя. Отец прикажет наказать Тристана. Но у меня есть другая идея. – Я закусываю нижнюю губу. – Мы можем освободить его. У меня есть письмо, и мне… нужно, чтобы ты доставила его в Кингсленд.
Фрейя прикрывает рот рукой.
– Ты хочешь, чтобы они его спасли?
Я киваю.
– Освободится он – освобожусь и я. Отец не сможет заставить меня выйти за Лиама и молчать, скрывая правду.
– Ты хочешь, чтобы я совершила измену. – Ее слова вырываются недоверчивым шепотом.
Кровавые небеса, она права. Я не могу ее об этом просить.
Она тяжело сглатывает.
– Если я должна совершить измену, чтобы спасти лучшую подругу от навязанного брака и, надеюсь, не дать моим братьям погибнуть в ненужной войне, – она делает театральную паузу, – не было бы лучше – быстрее – выпустить Тристана самим? У нас нет времени скакать несколько часов, чтобы попасть в Кингсленд. Не говоря о том, что я не знаю, куда ехать.
– Тристана окружает стража.
– Да, это верно. – Ее лукавая улыбка возвращается. – Но сегодня мои братья охраняют каких-то таинственных пленников в доме твоего брата. – Фрейя со значением двигает бровями. – Возможно, мы сумеем пройти.
Мои мысли пускаются вскачь. Сработает ли это? На лице появляется полная надежды улыбка, пусть я и не должна улыбаться. Это опасно. Глупо. Я погибну, если что пойдет не так. Фрейя тоже.
– Мы скажем всем, что за ним пришли Кингсленды, – говорит Фрейя. – Они этого ждут. А Фредди терзается виной с тех пор, как ты пропала. Винит себя в том, что убедил тебя поехать на передовую. Он явно сделает все, что ты попросишь.
Я смотрю в стену, пытаясь продумать детали.
– Это рискованно, но – о небеса! – это может сработать. – Я беру Фрейю за руку и сжимаю ее пальцы. – Если мы справимся, я буду очень по тебе скучать.
– Ты вернешься туда?
– Как только Тристан будет свободен, мне надо свергнуть моего отца – или ничего не изменится. Потом – да, я надеюсь. Знаю, Лиам разочаруется…
– Да, – отзывается Фрейя. – Но с ним все будет в порядке. Есть… много тех, кому хочется занять твое место.
Она теребит пальцы, и я поднимаю голову.
– Вроде тебя?
Поверить не могу, что не видела этого раньше. Она никогда не скрывала своего влечения к Лиаму.
Фрейя смущенно улыбается, едва ли не боясь моей реакции. Но ей нечего бояться. Я обхватываю ее и крепко обнимаю.
– Вы будете чудесно смотреться вместе, – говорю я.
Она смеется.
– Думаю, ты слегка забегаешь вперед. Не уверена, что он вообще замечал меня раньше.
– Тогда надо помочь ему открыть глаза.
Фрейя фыркает.
– Вот уж об этом сейчас вряд ли стоит беспокоиться. Давай начнем с того, что освободим твоего кингслендского парня.
Глава 35
Фрейя проскальзывает обратно в мою комнату с охапкой бинтов и скидывает