– Вы правы, – печально сказала Эмбер. Затем попрощалась и побрела прочь.
Я посмотрела на ее опущенные плечи, после чего вернулась в лагерь, где отыскала Каролину. Она как раз собиралась к Роэну, и я напросилась пойти с ней, прикидывая, как именно поговорю с целительницей о просьбе Эмбер Райз.
Мне казалось, что с этим не возникнет проблем.
Потому что они возникли с другим.
Роэну тоже отвели отдельную палатку на отшибе лагеря, и он уже поднимался с постели, но при этом выглядел заспанным и немного усталым. Это я тут же списала на его вчерашние героические подвиги по разбору завалов.
– Вот, возьми, – протянула ему Каролина полоску Соргена, пока я с воодушевлением рассказывала, что со мной все в полном порядке.
И нет, я не заболела и, судя по всему, мне это не гро…
Но оборвала себя на полуслове, потому что Роэн вытащил изо рта полоску, и мы трое неверяще уставились на розовые разводы на бумаге.
– Демоны тебя побери, Роэн! – вырвалось у меня.
– Возможно, попался бракованный тест. Вот, возьми другой, – растерянно произнесла Каролина, но я едва ее слышала.
Кровь прилила к голове, к глазам и ушам. В них шумело, а зрение расплывалось.
Я поморгала, пытаясь поскорее прийти в себя, понимая, что вместе с кровью на меня накатило отчаяние. Такое, что даже Нерис сжалась в маленький комочек внутри меня, не понимая, что происходит.
Зато я, в отличие от моей драконицы, отлично все понимала.
Никакой это не брак, крутилось у меня в голове, потому что вторая полоска выдала похожий результат. И это вовсе не испорченная партия, хотя Каролина, отшатнувшись к выходу из палатки, сделала такое предположение.
А этот… этот идиот драконьего рода, решивший, что он бессмертный, неверяще уставился на свои полоски, показывавшие, что он все-таки подхватил смертельную заразу!
– Не может такого быть, – пробормотал Роэн.
Но оно могло.
И самое главное, оно уже было.
Сдаваться никогда нельзя, промелькнуло у меня в голове. Это были мои собственные слова, которые несколько минут назад я сказала отчаявшейся матери маленького Томаса.
Она не собиралась. А я?
Больше всего на свете мне хотелось накинуться на этого… глупого дракона с кулаками, затем приложить его заклинанием, чтобы он больше никогда не вел себя настолько безрассудно!
Ведь он…
За это время – с начала турнира в Неринге и до нашего прилета в Приест – Роэн стал для меня невероятно дорогим. Поэтому он не должен был причинять себе боль, так как заодно причинял ее еще и мне!
«И мне тоже», – поддакнула Нерис, на что я кивнула, а погруженная в свои мысли Каролина, кажется, не заметила присутствия лишнего дракона.
А еще мне хотелось обнять Роэна и настроить его на оптимистичный лад. После чего повернуть время вспять, чтобы он сделал работу над ошибками – не стал бы лезть в тот лазарет, куда его никто не звал и где отлично бы справились и без него.
Но подобное оказалось не в моих силах: временем я не управляла.
Тогда чем?! Как я могла помочь Роэну, раз уж сдаваться не в моих правилах?
– Джойлин, выйди, пожалуйста, из палатки, – произнесла Каролина. – Тебе нельзя здесь оставаться. Роэн, через пару часов я вернусь с новыми полосками, и мы еще раз все проверим. Знаешь, всякое бывает! А пока что я принесу тебе настойку для усиления иммунитета.
– Я хочу остаться с ним, – произнесла я, но Каролина покачала головой.
– На выход, Джойлин! – приказала мне.
И я все-таки пошла, но лишь потому, что мне хотелось поговорить с ней наедине. Без Роэна.
Мне нужно было знать.
Уже скоро мы стояли под утренним небом Приеста и пытались надышаться, потому что Каролина сняла свою маску. А затем побрели куда-то в сторону, прочь от лагеря.
Туда, где Роэн не мог бы нас услышать.
– У вас такое лицо, – начала я, – словно две эти полоски – как присяжные, которые уже вынесли приговор, а вы, Каролина, будто бы верховный судья, который его подтвердил.
Она не стала возражать.
– Жаль мальчика, – сказала мне, и мое сердце пропустило удар.
А затем застучало быстро и болезненно.
– Не смейте! – не выдержав, заявила ей. – Не говорите такого! Он… Роэн не заболеет!
– Он уже заболел, Джойлин.
– Ну раз так, то Роэн обязательно выздоровеет!
Каролина покачала головой, и в ее глазах, мне показалось, блеснули слезы.
– Шансов на выздоровление у него меньше одного процента. Будь он лет на десять-пятнадцать младше… Видишь ли, его дракон уже проявился, а эта болезнь сперва убивает крылатую ипостась, а потом принимается за человеческую.
Этого я не знала, а Нерис внутри меня всхлипнула.
– Допустим, – сказала я Каролине. – Что у вас с лекарствами?
– Лекарств никаких нет. Если только для поддержания сил.
– Хорошо, мы возьмем все, что имеется для поддержания, – произнесла я, а затем вместе с Каролиной задумалась над прозвучавшим «мы». – Вакцина?
– Нет никакой вакцины, – очнувшись, произнесла она.
– Тогда чем вы здесь занимаетесь днями напролет?! – едва не выкрикнула я, но все же приказала себе успокоиться и не повышать голос.
– Можно сказать, что мы здесь буквально хватаемся за соломинку, – призналась мне целительница. – В лагере имеется все оборудование, чтобы моментально сделать пробное лекарство и начать разработку вакцины. Вопрос лишь в том, когда нам попадется нужный образец крови.
– Хорошо, – сказала ей. – Значит, нужен образец. Эмбер Райз – женщина, которая не заболела…
Каролина покачала головой.
– Мы проверяли ее кровь несколько раз подряд. Она сдала ее сразу же, как только заболел ее муж. Хотя он, кажется, ей не муж, а…
– Ее любовник-дракон, – отозвалась я. – Это неважно. Значит, ее кровь…
– Ее кровь ни на что не годится, – произнесла Каролина. – Ты тоже можешь сдать образец, – сказала она мне, и в ее голосе мне послышалось сомнение.
– Могу, но вы прекрасно знаете, что в этом нет никакого смысла, – закончила я за нее.
– Именно так. Людская кровь – с магией тот человек или без – к сожалению, не подходит, ведь болезнь сперва затрагивает дракона, а потом не оставляет шанса и второй ипостаси. Поэтому… Тебе стоит вернуться в палатку, Джойлин, после чего помолиться. Пожалуй, это единственное, что нам остается. Я отнесу Роэну все, что есть из лекарств, и тоже за него помолюсь, а через пару часов мы сходим к нему вместе. Сделаем следующую проверку.
На это я ничего ей не ответила, потому что увидела, как от лагеря уходили два солдата. Уверенно так шагали, нога в ногу, но направлялись не