— Ну-ну, по глазам вижу, что уже подумал найти где-нибудь яд и попытаться что-то сварить, не научившись варить ничего, кроме восстанавливающего отвара. — заметил Грэм, словно прочитав мои мысли.
— Да нет, ты прав. Сейчас это не самое главное, — ответил я.
Роща едких дубов показалась впереди минут через десять. Высокие, толстые деревья с тёмно-серой корой и широкими кронами. Воздух здесь был пропитан острым, едким запахом как от уксуса, только сильнее. Он мне сразу не понравился, но что поделать, постепенно привык. Зато Седой…вот кто этому запаху обрадовался больше всех.
— Пи-пи! — Седой вылез из корзины и встрепенулся. А затем устремился вперед, к дубам. Теперь с почти здоровыми конечностями и хорошо работающими крыльями он чувствовал себя увереннее, чем в прошлый раз когда мы посещали это место. Однако мурлыки не спешили показываться. Я правда видел их сверкающие янтарные глаза вверху, в кронах. Похоже, они боялись Грэма. Впрочем, я знал — стоит мне начать добывать едкий сок, как эта боязнь пройдет. Седой же остановился прямо перед деревом и взглянул наверх.
— ПИ!
— Нет, старик, — хмыкнул я, подходя к дубу, — Это уже не твоя стая. Не думаю, что тебе тут рады.
— Пи!
— Да, обидно, но как есть.
Грэм вздохнул и сел рядом. Жидкость, тем временем, начала капля за каплей наполнять кувшин, чем вызвала бурную реакцию Седого. Он вскочил мне на спину, а потом подбежал к кувшину.
— Да подожди ты! — оттянул я его от кувшина, — Сейчас дам.
Я взял палочку, макнул ее в сок, дал слизать Седому и только тогда он успокоился.
Ну а на запах начали спускаться остальные мурлыки.
Сначала один мурлык, потом второй… третий. Вся стая постепенно собралась вокруг, рассевшись на нижних ветках и внимательно наблюдая за нами.
Рыжий вожак, — тот самый, что занял место Седого, — сидел чуть ниже остальных, просто цепляясь за кору дерева. Крупный, умный и с настороженным взглядом он следил за каждым движением Седого, но не пытался вмешаться, напасть или доказать, что Седому тут не место. Просто наблюдал.
— Вон тот, рыжий, — я кивнул Грэму. — Он теперь вожак.
Грэм присмотрелся и кивнул.
— Ага, вижу. Что ж, это правильно, место вожака не может пустовать. Стая без лидера — мёртвая стая.
Я продолжал собирать сок, наблюдая за мурлыками, и тут в голову пришла мысль.
Кошелёк! Те ребята-сборщики жаловались, что мурлык украл у них кошелек. Значит, эти пушистые воришки таскают и монеты тоже, а не только кристаллы или семена (хотя они, безусловно, полезнее), но и обычные деньги.
А что, если…
Я полез в свой кошелёк и достал горсть монет. Несколько медных, пара серебряных. Седой уставился на меня непонимающе.
— Пи?
— Смотри, — сказал я ему.
Один из мурлык, молодой и явно нетерпеливый, уже спустился ниже. В лапках он держал какой-то камешек — обычный, серый, без всяких следов живы. Ну тут в любом случае не подойдет, никакой ценности.
Я показал ему серебряную монету. Потом указал на кувшин с соком. Мурлык дернулся вперед, протягивая камешек.
Я отшвырнул его в сторону.
— Пи-пи⁈
Снова показал монету. Ткнул в неё пальцем, потом в кувшин.
Стая замерла. Даже Рыжий вожак подался вперёд, наблюдая. В воздухе повисла напряженная тишина — они понимали, что правила игры изменились. Мне не надо было обменивать всё на «серебро», но я должен был им показать, что его тоже нужно нести, что оно для меня тоже ценность.
Седой первым сообразил, что от него требуется. Он прыгнул мне на плечо, выхватил из моих пальцев серебряную монету и поднял ее вверх — так, чтобы видели все.
— ПИ-ПИ-ПИ!
Его писк был яростным и требовательным. Он потряс монетой над головой, демонстрируя её стае.
Грэм рядом тихо засмеялся.
Парочка мурлык робко приблизилась, один держал в лапках засохший, но довольно красивый цветок. Седой даже не стал его рассматривать — просто отшвырнул в сторону и снова ткнул монетой в морду незадачливому «покупателю».
— ПИ!
Мурлык обиженно отступил.
Несколько существ сорвались с веток и умчались куда-то в глубину леса. Ушли за добычей, понял я. А те, у кого было что предложить, начали подходить.
Первой настоящей ценностью оказались три осколка кристалла живы — маленьких, но вполне годных. Седой придирчиво осмотрел их, покрутил в лапках и одобрительно пискнул. Я кивнул — принимаем.
Потом появились два семени. Странные, с необычным рисунком на оболочке. Я показал их Грэму.
— Знаешь, что это?
Старик нахмурился, повертел семена в пальцах.
— Нет, впервые вижу такие. Возможно что-то редкое, раз я не узнаю. В любом случае, ты можешь прорастить и мы узнаем.
Я кивнул Грэму и жестом показал Седому, чтобы он пускал тех, кто дал нам семена. Те быстро и довольно накинулись на «сок».
А потом вернулись те, кто убегал. Некоторые несли в лапках монеты.
Серебро! Первый мурлык положил передо мной серебряную монету, чуть потёртую, но настоящую. Седой важно кивнул — в этот раз правильно. Я капнул ему порцию сока, и существо унеслось прочь, довольно попискивая.
Второй принёс ещё одну серебряную.
Третий попытался сунуться с медной монетой. Седой вопросительно посмотрел на меня.
Я покачал головой.
Нет, медных монет много, и если принимать сок за них — это обесценит всю торговлю. Нужно держать планку. Удивительно, но казалось, как только дело касается торговли или обмена, то Седой резко умнеет. Или это потому, что ему было понятно как взаимодействовать с другими мурлыками и они с полуписка понимали друг друга, а вот со мной такого еще не было. Во всяком случае, когда мы тренировали команды ему требовалось время, чтобы понять что от него хотят. Или он просто не хотел понимать команды: никакого принуждения — только по собственному желанию.
Седой понял. Он пискнул на незадачливого торговца и показал серебряную монету из моих рук. Мол, вот что нужно, а не эта мелочь.
Мурлык обиженно зыркнул, но отступил.
В итоге мой кошелек пополнился тремя серебряными монетами. Немного, но всё равно прибыль. А главное, теперь