Дальше — больше. Матч с «Реал Сосьедад», который предварял домашнюю игру с ПСВ. И снова голевая феерия в моём исполнении: на сей раз хет-трик. Это были единственные голы в матче, который закончился 3:0.
А затем ответная игра на «Камп Ноу», в которой «Барселона» и ПСВ устроили шикарный спектакль. В принципе, результат первого матча говорил о том, что фаворит здесь «Барселона». Так оно и было, мы добились достаточно уверенной победы. Но шансы у ПСВ были, и они даже открыли счёт. Правда, уже до перерыва я и Алешанко их шансы обнулили. В итоге 5:2 по сумме двух матчей, и мы выходим в полуфинал.
Круифф после матча поговорил с Ромарио. Мои слова, сказанные Йохану после первой игры, видимо, засели у нашего тренера в голове. И он даже решил поговорить с пострадавшим от его решений бразильцем. Что, безусловно, добавляет Йохану очков.
* * *
Жребий подсунул нам «Галатасарай». Турки по сумме двух матчей оказались сильнее «Монако»: 0:1 в гостях и 1:1 дома. Для «Барселоны» это был самый лёгкий жребий, потому что вторую полуфинальную пару составили монструозный «Милан» с Рудом Гуллитом и Марко Ван Бастеном — и московское «Торпедо».
Торпедовцы разобрались со «Стяуа», и уже в третий раз подряд мой первый клуб играл в полуфинале главного европейского турнира. Шансы на то, что я выйду на поле против «Торпедо» в самом главном матче, становились всё больше. Но для этого и нам, и москвичам нужно было пройти очень серьёзных соперников.
Глава 24
Барселона — это Испания. Испания — это коррида. Коррида — это быки. Быки — это говядина, а говядина — это стейки.
Подают стейки здесь разные. Классические: рибай, ти-бон, филе-миньон. Альтернативные: мачете, стриплойн. Прочие отрубы. Их объединяет одно: в Барселоне очень вкусно готовят мясо. И запахи просто волшебные.
Вот и сейчас я чувствовал этот прекрасный запах. Он исходил от стейка в моей тарелке, я выбрал как раз-таки альтернативный мачете, и от шикарного ти-бона на тарелке моего собеседника, который с видимым удовольствием поглощал свой кусок. Буквально уничтожал, так, будто это дело всей его жизни. Собственно, именно так настоящий американец и должен обходиться с говядиной.
А мой собеседник как раз-таки настоящий. Большой, шумный, загорелый американец лет тридцати восьми с копной тёмных волос, одетый в расстёгнутую на две пуговицы рубашку. Обязательные джинсы. Массивные золотые часы на левой руке, которые своей кричащей роскошью говорили об одном: у меня есть деньги. И очень много денег. Нет-нет, вы не поняли. Очень. Много. Денег. Настолько много, что я могу носить этот кусок золота на руке и даже не задумываться о последствиях.
Кстати, это ещё одна примета времени. В будущем вот так вот золотыми котлами особо не светят, даже в таких вроде как благополучных местах, как Барселона. Нравы в будущем самые что ни на есть дикие. Выйдешь на улицу с таким вот состоянием на руке, а зайдёшь домой и без состояния, и без руки.
Американца звали Док МакГи. Харольд «Док» МакГи, если полностью. И был он не просто каким-то там американцем, а настоящей акулой, воротилой музыкального бизнеса. Менеджер Bon Jovi, Scorpions, Mötley Crüe и Skid Row. Человек, через руки которого проходили контракты на сотни миллионов долларов. И это не преувеличение. Он в буквальном смысле держал за горло половину мирового хард-рока и хэви-метала.
Ну и кроме того. Это мелочь, но мелочь, заслуживающая упоминания. Передо мной сидел человек, который меньше года назад получил условный срок за контрабанду двадцати тонн марихуаны из Колумбии.
Ну, право слово, ерунда же.
И нет, я не шучу. Именно двадцати тонн. И именно из Колумбии. Дело тянулось шесть лет, с 1982 года. И в апреле 1988-го, когда сборная Советского Союза уже вовсю готовилась защищать титул чемпиона Европы, а я заканчивал первый триумфальный сезон в «Барселоне», мистер МакГи наконец-то узнал свой приговор. Пять лет условно, пятнадцать тысяч долларов штрафа, форменное издевательство на фоне стоимости того, что он пытался провезти, и обязательство создать антинаркотический фонд. Для человека, которому грозило тридцать лет тюрьмы, это было, мягко говоря, семечки. Настоящий подарок судьбы. Ну или подарок хороших адвокатов. Этот симпатяшка-обаяшка заплатил целое состояние за то, чтобы не оказаться в этой самой тюрьме.
Фонд мистер МакГи создал. Называется Make a Difference Foundation. И сейчас Док активно отмывает свою репутацию с помощью антинаркотических программ и рок-музыки. Сочетание, конечно, шикарное. Как там говорилось: пчёлы против мёда. Лиса, охраняющая курятник. Ну или скорее пропагандирующая вегетарианство. Но харизма и кошелёк мистера МакГи позволяли делать это с таким размахом и такой убедительностью, что даже скептики уважительно кивали.
И вот этот самый МакГи сидел напротив меня в ресторане на Пасео де Грасиа и жевал ти-бон, запивая его шикарным красным вином. А я пил кофе, ковырял мачете и вспоминал, как докатился до такой жизни.
* * *
Всё началось с аудиокассеты. Самой простой дефицитной аудиокассеты Sony, на которую доброхоты записали тот самый концерт в Лужниках летом прошлого года, посвящённый нашей победе на чемпионате Европы. Само собой, весь официоз, как и целую кучу далёких от рок-музыки коллективов, записывать не стали.
По большому счёту первая сторона представляла собой запись «Крематория», той самой группы, на квартирнике которой мы с Катей побывали ещё в те времена, когда ни о какой свадьбе, сыне и доме в Барселоне даже мыслей не было. И с лидером которой, абсолютно шикарным Арменом Григоряном, мы были знакомы. А на второй стороне — главный монстр советского рока, как бы ни обижались на меня поклонники всех других групп, но это так: группа «Кино».
Помимо того что это советская рок-музыка, их объединяло кое-что ещё, а именно близость к Армении. Нет, конечно, Виктор Робертович Цой имеет отношение к Армении только в том смысле, что он советский гражданин, а Армения — часть нашего большого и дружного Союза. Речь про другого участника этого замечательного коллектива, Юрия Каспаряна, который как раз-таки армянин.
А так как в последнее время у меня очень многое в жизни было связано с Арменией и с моим фондом, через который к этому моменту прошло уже больше шестидесяти миллионов долларов, тут хочешь не хочешь, а проникнешься духом