1) серьезное сокращение государственных расходов с целью контроля над инфляцией и сокращения спроса на иностранные инвестиции;
2) сокращение зарплат или, как минимум, строгое недопущение их увеличения с целью наращивания конкурентной способности на экспортных рынках;
3) предоставление свободы импорту с целью увеличения эффективности отечественной промышленности и создания необходимых стимулов для развития производства, ориентированного на экспорт;
4) ликвидация ограничений на иностранные инвестиции в сфере промышленности и финансовых услуг;
5) снижение курса национальной валюты для того, чтобы экспорт был дешевле в иностранной валюте, прежде всего в долларах, и страна могла успешнее конкурировать на рынке;
6) приватизация государственных учреждений и отмена их нормативного регулирования с целью, чтобы распределением ресурсов занималась не государство, а рынок (Белло и др., 1376: 59–60).
Однако рыночный уклад базируется на особой логике. С точки зрения сторонников такого уклада, рыночная экономика совершенствуется на протяжении тысячелетий естественным и стихийным образом, и никакие проекты и сознательное планирование не оказывают влияния на ее формирование (Ганинежад, 1381:18). Рыночная экономика в точности напоминает дарвиновский естественный отбор, потому что при таком укладе механизм исключения неэффективных экономических действий и мер определяется выгодой и вредом (Гари, 1379:53). Этот взгляд на рыночный уклад несет в себе ряд последствий: 1) этот уклад не подлежит контролю со стороны человека; 2) все дела вершит некая невидимая рука;
3) отсутствуют какие-либо морально-этические ориентиры. Поэтому такие идеи, как «равенство» и «социальная справедливость», сравниваются с миражом, и всякие попытки их утверждения в обществе рассматриваются как шаг в направлении рабства (см. Фон Хайек, 1390).
Поэтому начиная с 1989 года правительство опиралось в своем анализе экономической ситуации на вывод о том, что общая направленность ее развития имеет нежелательный вектор, а потому инициировало широкие реформы в иранской экономике (Фоузи, 1384:260). Основание для этой политики заложил тот факт, что проведение мероприятий по административному установлению фиксированных цен на протяжении сравнительно длительного периода (1981–1989 гг.) вкупе с непрерывным ростом общего уровня цен в течение всего этого времени (примерно на 300 %) привели к тому, что относительная цена на товары первой необходимости резко снизилась. С другой стороны, возник подпольный рынок (черный рынок) всех подконтрольных правительству товаров. Стал расти разрыв между официальными ценами и свободными ценами наряду с усугублением ситуации с инфляцией, вследствие чего дистанция между этими ценами стала колоссальным источником для создания рабочих мест, так что в 1988 г., несмотря на заметное сокращение прибавочной стоимости во всех основных секторах сферы услуг, в том числе образовании, здравоохранении и медицине, на транспорте весь сектор услуг составлял более 50 % ВВП, а один только сектор торговых услуг занял 45 % от этой доли. Поэтому обеспечение равновесных цен было поставлено во главу угла Первого плана социально-экономического развития (Нили, 1376: 363–364). Разработчики плана утверждали, что благодаря осуществлению структурной перестройки платежный баланс улучшится вследствие увеличения ненефтяного экспорта и сокращения импорта, а благодаря оптимизации платежного баланса решится хроническая проблема бюджетного дефицита в иранской экономике. Ожидалось, что благодаря сочетанию этих двух преобразований инвестиции в производство подскочат вверх, доля частного сектора в производстве вырастет, а доля государства сократится, безработица и инфляция сойдут на нет. Таким образом, на повестке дня стояла политика, направленная на резкое увеличение валютного курса, оборотной стороной которой было ослабление национальной валюты. Одновременно проводились меры по регулированию рынка труда, приватизации и либерализации (Момени, 1394:205).
Политика экономической перестройки с целью фиксации равновесных цен на всех рынках проводилась в стране вплоть до окончания Первого плана. Всем казалось, что в 1994 г. на рынке не будет никакой двойственности в отношении какого-либо товара или услуги, правительство примет сбалансированный бюджет, ликвидирует условия для роста инфляции и возьмет на себя руководство экономикой страны и предоставление общественных услуг. Заявленная политика свидетельствовала о том, что рыночные цены заметно снизились. К тому же обилие товаров, вызванное массовым производством, должно было создать приемлемый уровень благополучия в обществе. Однако экономический эффект этих мероприятий оказался обратным, в особенности в 1991–1994 гг. и в еще большей степени в 1994–1997 гг. Экономический рост заметно снизился, а инфляция, составлявшая свыше 10 % в 1990 г., превысила в 1994 г. и в последующие годы отметку в 35 %. Курс валюты на свободном рынке, который помимо своей общепринятой роли стал также рассматриваться в качестве параметра при проведении политики перестройки, не только не упал, но и вырос за 1989–1997 гг. более, чем на 80 %. Несмотря на относительный рост валютного курса, с целью установления унифицированной системы валютного паритета на уровне 70 риалов, на рынке доллар стоил 1750 риалов, соотношение свободного рыночного курса и официального курса в 1994 г. не опускалось ниже 1/5. В этот период чистая задолженность правительства перед Центральным банком выросла в беспрецедентных масштабах, достигнув, в конечном счете, среднегодового роста в 28 % по отношению к денежному обращению за период 1991–1994 гг. Совокупность вышеприведенных обстоятельств привела к такому положению, когда цены на свободном рынке росли, а официальные цены оставались фиксированными, вызывая тяжелые издержки для населения и правительства, которое в попытке приспособиться к вышеизложенной ситуации определило курс, вылившийся в затратный и разрушительный для экономики страны процесс (Нили, 1376:398). Значительный импорт средств производства и промежуточных товаров, который был необходим для процесса восстановления, лег дополнительной нагрузкой на внешнеторговый платежный баланс Ирана. Эта нагрузка была усугублена падением цен на нефть в международном масштабе. После того, как в 1990 г. дефицит платежного баланса был зафиксирован на уровне 327 млн долл. США, в 1991 и 1992 гг. его цифры стали совершенно удручающими, составив 1,9 и 5,6 млрд долл. США. После исчерпания всех валютных запасов в результате войны и выплат компенсаций иностранным компаниям, чьи предприятия были конфискованы в Иране в начале 1980-х годов, серьезный рост дефицита текущего платежного баланса привел к серьезным проблемам для правительства в валютной сфере, заставив его прекратить импорт товаров, не представляющих необходимость, в надежде на то, что платежный баланс улучшится, хотя эта мера привела к еще большей инфляции и застопорила развития. Резкий рост задолженности привел к тому, что внешний долг страны вырос с 5,9 млрд долл. СЩА, или 5 % ВВП, в 1990 г. до 14,6 млрд долл. США, или 34 % ВВП, в 1993 г. Именно в этот период обязательства по погашению основной суммы долга и процентов выросли с 457 млн долл. США, что составляло 3 % от всего экспорта, до 3 млрд, а затем и 11 млрд, которые составляли, соответственно, 15 % и 65 % от всего экспорта (Кордзаде Кермани, 1380:96).
В результате, в рамках программы перестройки открыто говорилось о неприоритетности справедливого распределения доходов и богатств, все