Ей — автоматическая винтовка, мне — тоже. Хозяйка оружия не возражала.
— Потом — вернёшь, — единственное, что было ею сказано.
Вернёшь…
Пришлось мне себе из подвала людоедов ещё и обычное ружьё, и патронов к нему, взять. Ну, а кроме того, консервов в жестянках. Людоеды сами такие не могли произвести по здравому рассуждению, вот я их и выбрал. Человечину раз съесть — до конца дней своих замазаться в погани. Такое на Каторге не прощается.
— Нож надо? — уже опять из-под пола избушки крикнул я мною спасенной.
— Давай. Два.
Два? Зачем ей два? Впрочем, мне какое дело. Тут у бывших хозяев избушки их не один десяток.
— Пошли скорее! — уже который раз поторопила меня девушка. — Отец меня уже обыскался!
Я подпер колышком дверь людоедского жилища.
— Пошли, — возразить мне было нечего.
Глава 49
Глава 49 Рожденные здесь — лучше сосланных
А, она… вполне даже ничего…
Да, что уж там — красавица. Что, себя-то самому обманывать?
Я время от времени украдкой поглядывал на спасенную мною девушку. Экипировалась она для нахождения в лесу очень даже правильно. Хоть и с чужого плеча, но аккуратно и надежно. Ничего на ней не торчало и не топорщилось. По теплоте, опять же, выбрала она себе одежду просто замечательно.
Ножи на поясе разместила удобно, автоматическая винтовка в её руках чужой себя совершенно не чувствовала. Как будто с ней она и родилась.
Молодец просто…
Никаких тебе истерик и женских штучек.
Впрочем, с этими самыми женскими штучками я мало знаком, так уж про них к слову приплел.
До попадания на тюремную планету вниманием противоположного пола я был не обижен, всё при мне, да и в карманах не пусто было. Ну, когда был на воле. Тут же, на Каторге, мужиков — пруд пруди, а женщин очень мало. Семью завести — удача редкая, особенно нам, лесовикам. Мне такое не светило. Так, пробавлялся продажной любовью…
— Что ты на меня всё время косишься?
Смотри, ещё и приметливая…
— Так просто… — несколько даже смутился я. — Смотрю, чтобы не потерялась.
— Ну-ну… — улыбнулась девица.
Эх, не по мне такая… Нечего и мечтать…
Идя по лесу она ещё и тихонько напевала. Что-то про ягоды какие-то, но тут текст не важен, главное — распаковкам дать знать, что не по их душу мы здесь.
Знает, как себя вести…
Этим рожденная здесь у меня ещё один плюсик себе заработала.
— Смотри. — девушка вдруг остановилась.
Что она мне показать хочет?
Оказалось — как она умеет стрелять.
Шума, автоматическая винтовка, как выяснилось, почти совсем не дает. Так, только чуть-чуть полязгивание затвора слышно.
На стволе же дерева, на которое мне было указано, появились три точки. Если их соединить, то выходил такой совсем маленький треугольник.
Случайно у неё так получилось?
Оказывается — нет.
Почти не целясь, девица выстрелила ещё раз и ровно в центре треугольника возникла ещё одна отметинка.
— Вот так я стреляю, понял?
Показать своё умение она мне предлагала ещё в избушке, а тут и продемонстрировала. Не бойся де, мил человек, не обуза я тебе, а самая что ни на есть боевая единица… Получше тебя самого.
Рейтинг напарницы в моих глазах ещё больше вырос.
Эх…
Да, не разевай рот Кощей, не по тебе ягодка…
Мысль про ягодку мне, наверное, от её песенки навелась. Пела она отлично, мне такое недоступно.
Я и она первоначально шли по тропочкам людоедов. Сейчас же — уже по целику. Пройдем немного, а затем постоим, послушаем.
Конечно, глупо было бы надеяться, что вот так, сразу мы на её отца и его людей наткнемся. Лес велик, пусть мы, возможно, друг друга теперь и ищем, но можно же в нескольких сотнях шагов мимо друг друга разойтись и не заметить. Из-за деревьев в лесу видно не так уж далеко.
Кстати, она на меня тоже поглядывает…
А, что, я вполне ничего… Получше многих…
В небе над головой было чисто. Мы не первый час уже шли, а ни одного летуна не видели. Кончились их битвы? Интересно, а что это такое было?
Гадать было можно сколько угодно, а угадать — едва ли.
Кстати, она говорила, что на их поселок тоже напали. Я за неимением времени раньше не уточнил, кто это был.
Спросить?
И — спросил.
Сама она не видела, но по тому, что её отцу было сказано, такие же штуковины, которая меня поместила в купол.
— Видел я их… — похвалился я.
— Погоди! — перебила меня девушка. — Слышишь?
Если честно, я ничего не слышал. Так ей и сказал.
— Вон там. — рукой она указала направление. — Слушай внимательно.
Последнее было произнесено уже шепотом.
Я снял шапку, опять прислушался.
— Не слышу, — сознался я.
— Да вот же! — проявила моя напарница нетерпение и ткнула пальцем опять в ту же сторону. — Глухой совсем?
По сравнению с ней — глухой. Про родившихся на Каторге так и говорили. Они лучше видят и слышат, чем отправленные сюда отбывать наказание. Кроме этого — сильнее, быстрее и так далее по списку. Они тут — свои, а мы — нет. Да, как-то приспосабливаемся, но с ними не сравнимся.
— Да вот же, опять! — уже сердилась на меня девушка. — Пошли туда!
Пошли, так пошли. Я не стал возражать.
Какая же она красивая…
Как только её людоеды поймали?
Глава 50
Глава 50 Механик
Елизавета, так звали спасенную мной, зашагала быстрее. Причем, так, что даже я еле-еле за ней успевал. Вроде, я ходок хороший, но вот ведь…
Куда она так спешит? Что слышит?
Я, как ни прислушивался, но не улавливал ни одного нового звука. Лес, как шумел, так и шумит, снег под ногами поскрипывает — вот и всё.
Нет, не всё. Ещё я при дыхании похрипываю.
Не заболел ли? Из ловушки-то пришлось почти голышом выбираться.
— Ну, услышал теперь? — девушка повернулась ко мне.
— Нет, — опять сознался я.
Её, впрочем, это не расстроило.