Данте опять воздел руки к небу.
— О, великий небесный Диск Эхо! — выдохнул он в театральном порыве. — Благодарю тебя за все дары твои и испытания! За мои раны и муки! За боль и надежды! За Викторию Саваж! И за её ненависть к людям!
— Данте!!! — рявкнула Саваж. — Хватит паясничать! Вали отсюда!
Усмехнувшись, он опустил руки, подошёл ко мне и хлопнул по плечу.
— Ничего, Терехов! Скоро она и тебя доведёт до ужаса, и ты родишь не только лимб, но и…
— Маг-зеро МР-один Данте! — заткнула его Саваж. — Покинь полигон! Немедленно!
Потирая обожжённый ударом живот и прихрамывая, Данте отправился к выходу. Он был доволен настолько, что мне захотелось ему врезать.
— Удачи, везунок! — улыбнулся он уже у ворот полигона. — Пусть Саваж раскатает тебя на всю катушку!
— Заткнись, Данте, — буркнул я. — Сначала сам закатай себя обратно.
Как только он ушёл, Саваж тут же повернулась ко мне.
В этот момент я понял, что теперь мне точно не поздоровится. Всю свою энергию, всю свою злость она направит только на меня одного.
— У тебя осталось три дня до конца испытательного срока!
Саваж потёрла ладони друг о друга и добавила:
— Все занятия отменяются, кроме моих. Больше никаких лекций, никакого отдыха. С утра до вечера ты будешь проводить на этом полигоне! Ты самый заблокированный к связи с Эхо студент, которого я только встречала! Но я сделаю всё возможное, чтобы пробить твою блокировку!
Это прозвучало угрожающе.
На самом деле, мне нравилось её рвение. Я и сам понимал, что времени у меня осталось мало, а результата нет, поэтому был готов ко всему. Пусть эта настырная девчонка пробивает во мне всё, что угодно, пусть атакует и сбивает с ног, пусть прожигает во мне дыры и заставляет грызть деревья — лишь бы получить связь.
— Начинай, — кивнул я. — Разрешаю использовать даже запрещённые методы, вплоть до самых кровавых.
— Разрешаешь?.. — Она вскинула брови и как-то нехорошо на меня зыркнула.
Дважды «разрешать» не пришлось.
Саваж два дня издевалась надо мной, как умела. С самого утра и до ночи она применяла всё, что могла, уже на грани дозволенного в обучении. В том числе, Кулак Светового Голема. Она прошлась по мне этим кулаком не раз и не два.
Я реально харкал кровью, стоя на четвереньках в тех же самых кустах, что и Данте до этого. Но всё равно не жаловался. Не сказал Саваж даже слова претензии.
Когда силовые и кровавые методы закончились, Саваж решила перейти к запрещёнке.
Она принесла две ампулы с эхо-кровью, и как они ей достались, оставалось загадкой. Эксперты не разрешали пить эхо-кровь без их присмотра, особенно на начальных рангах. Это было смертельно опасно.
— Пей. — Саваж протянула мне обе ампулы сразу.
Я их забрал и даже вскрыл, но всё же уточнил:
— А ты меня потом откачаешь?
— Пей! — рявкнула она. — Да, я откачаю тебя! А потом придушу своими же руками, если даже эхо-кровь с тобой не сработает!
Она знала, что я и сам готов на всё, даже на такой риск.
Подняв вскрытые ампулы выше, будто это бокал, я пробормотал:
— За аннигиляционное кладбище! — и выпил сразу обе дозы.
…Очнулся я в медблоке. С ощущением, что меня перемололи в мясорубке.
Рядом с кроватью сидела Роу, но когда увидела, что я открыл глаза, то вскочила и двинула мне по плечу.
— Ты совсем рехнулся, Терехов⁈ Так нельзя делать! Ты мог погибнуть! А твоя Саваж — больная идиотка! За такое её должны отстранить от преподавания!
Я схватился за лоб ослабевшей рукой.
— Нет… она лучшая…
— Лучшая? — Роу покачала головой. — Вы с директором сговорились, да? Он тоже так сказал. И разрешил ей дальше тебя мучить! Лучше бы назначил тебе нового ментора.
Я выдохнул от облегчения.
Теперь мне казалось, что по связи с Эхо лучше Виктории Саваж действительно никого нет. Хотя меня всё же удивляло её бешеное рвение. Не так давно Саваж, наоборот, хотела, чтобы я завалил испытательный срок, а теперь старалась так, будто от моих результатов зависит её жизнь.
Возможно, она изменила ко мне отношение, когда узнала, что к моей биометрии подобрали титана. Да ещё и Прометея.
Да, в её глазах всё ещё оставалась ледяная отчужденность, но теперь староста действительно хотела мне помочь. Это был её личный вызов. Даже из-за приказа учителя Зевса она бы не стала так усердствовать.
Нет, это был не приказ.
Саваж выполняла миссию и была готова пожертвовать многим, чтобы я получил связь и наконец залез в био-титана, которого мне определили.
Из медблока меня выписали только назавтра, когда я смог наконец-то встать с кровати и передвигаться самостоятельно.
В тот же день Симона опять сократила мне срок обучения:
— Пять лет, два месяца и двенадцать дней! Вы делаете успехи! — объявила она с энтузиазмом.
— Ты так в меня веришь? — с горечью усмехнулся я.
— Нет, это алгоритмы, — честно ответила Симона. — Ваше тело адаптируется к новому миру довольно быстро. Однако отсутствие связи с Высоким Эхо является вашей главной проблемой.
— Ага, спасибо, что напомнила. Я же был не в курсе.
До конца испытательного срока оставался всего один день.
Саваж уже ждала меня на полигоне и при встрече тут же сжала кулаки. Мы оба были на пределе. Оба устали и вымотались до изнеможения и оба уже ненавидели друг друга. Между нами искрило от напряжения так, что вот-вот было готово взорваться.
— Я хочу на тебя посмотреть, — вдруг сказала Саваж, хмурясь и подходя ко мне ближе.
Девушка медленно моргнула, и снова её глаза стали фасеточными глазами люминала. Она оглядела меня с головы до ног, а потом подошла ещё ближе. Её взгляд остановился на моём животе.
— У тебя сильный адаптоген, сильное тело, — тихо произнесла она. — Твой лимб рвётся к развитию. Я вижу его.
Она шагнула ещё и слегка коснулась пальцами моего живота.
— Он прямо тут. — Затем скользнула ладонью к правому боку. — И тут. — Затем к левому боку. — И тут.
— Ты видишь мой лимб? — спросил я хрипловато.
— Вижу. Он есть. Ему не хватает совсем немного. — Она убрала руку и подняла на меня взгляд, затем опять моргнула и вернула себе человеческие глаза, а потом предложила: — Давай помедитируем.
Мы медитировали несколько часов.
К вечеру, когда у нас опять ничего не вышло, Саваж всё-таки