Вместе мы взрослели, вместе познавали мир вне купола, вместе становились жестокими убийцами, учились выслеживать, преследовать и находить, учились владеть огнестрельным и холодным оружием, осваивали боевые навыки.
Потом к нам присоединилась девушка по имени Анжелика.
Девчонка из бедняков, как и я. Зато смелая и весёлая.
Уже через месяц я и Анжелика начали встречаться, если можно назвать встречами совместные вылазки и зачистки мёртвых зон. Но нам было плевать, мы целовались посреди разрухи и держались за руки. Нас грели общее дело и смысл, который мы ему придавали, у каждого свой.
Втроём — я, Данте и Анжелика — мы стали одной из самых эффективных боевых групп региональной Внешней Службы. Наш послужной список насчитывал уже сотни спасённых жизней и десятки успешных миссий.
А потом, когда мне и Анжелике исполнилось по шестнадцать, а Данте — семнадцать, случилась трагедия.
В одной из недостроенных высоток оказались заблокированы сразу сорок восемь человек — женщины и дети. Кто-то из них был ранен, кто-то — истощён, была ещё и беременная девушка на последних сроках.
Им повезло выжить в волну Неотропа, объединиться, связаться с ДВС и даже найти убежище, но не повезло привлечь огромную стаю изменённых животных, сотни голодных тварей.
Нашу группу отправили к ним — мы как раз находились на вылазке и оказались недалеко.
Наша задача была простой — найти выживших, оказать первую помощь, обеспечить кислородными масками самых нуждающихся и ждать вертолёта.
Вот только когда мы прибыли на место, то застали бойню.
Половина из числа выживших была уже убита и растерзана, а оставшиеся ещё отбивались, загнанные на крышу здания. И столько изменённых тварей видеть мне ещё не приходилось. У нас троих не было шансов их уничтожить. Мы смогли только перекрыть вход, но времени у нас оставалось мало.
Будучи командиром отряда, я принял решение вывести оставшихся женщин и детей в соседнее здание. Сделать это можно было только через «небесный мост» двумя этажами ниже. Коридор соединял две недостроенных высотки на уровне тридцать второго этажа.
Мы действовали быстро и слаженно, поэтому переместили людей на крышу небесного моста уже минут через десять.
Последней я спускал беременную девушку, сам лично.
Она цеплялась за меня, но выглядела решительной, не паниковала и не истерила, как многие другие. Она не сказала, как её зовут, но спросила моё имя. Обещала рассказать своему будущему ребенку, кто их спас.
Данте в это время сдерживал наплыв тварей у выхода на крышу, а Анжелика должна была принять девушку внизу, на крыше моста.
Всё шло по плану, но внезапно по мёртвому городу пронёсся жуткий гул — рокот, убивающий всё живое. Это были первые звуки надвигающейся волны Неотропа.
— Стас, только не отпускай меня… не отпускай… — запаниковала девушка.
Я как раз держал её за руки и спускал вниз, чтобы Анжелика смогла до неё дотянуться.
Высота была чудовищная, но об этом я даже не думал.
Я делал своё дело, как обычно. Опасных ситуаций на моём опыте было уже немало. Вот только на этот раз всё пошло не так — волну Неотропа я не ожидал. И эта чёртова волна не дала мне даже шанса сориентироваться и хоть что-то успеть.
В ту же секунду небесный мост захлестнуло марево враждебной атмосферы. Три женщины умерли на месте, просто перестав дышать — им не помогли даже кислородные маски. Ещё двое раненых успели помучиться, исходя кровавым кашлем и задыхаясь.
А вот детей разом снесло вниз, всех пятерых — их смело, как щепки. Они полетели на землю с высоты тридцать второго этажа, и этот душераздирающий визг навсегда останется со мной.
Анжелика успела зацепиться за крышу моста, но адаптогена у неё не было, поэтому она моментально начала задыхаться и хрипеть. Кислородная маска её не спасла — мы попали в самую густую часть волны Неотропа, а после такого мало у кого есть шансы.
— Анжелика!!! Дай руку! — заорал я.
Девушка она была сильная, очень сильная, поэтому так просто сдаваться не собиралась. Она вскарабкалась по стене и, встав на выступ, дотянулась до меня.
Теперь я держал двоих. Правой рукой — беременную девушку; а левой — Анжелику.
И обе они кашляли, хрипели, задыхались и умоляли не отпускать их.
В этот момент, глянув вниз, я ощутил всем естеством, насколько мы высоко, осознал, что эта высота не оставит шанса никому, если потерять контроль.
Изо всех сил я начал вытягивать обеих девушек наверх и заорал во всю глотку:
— Данте!!! Сюда-а-а!!! ДАНТЕ!
Уже через несколько секунд он был рядом и перехватил руку беременной девушки, чтобы я смог помочь Анжелике.
— Стас, держи мою руку! — закричала она. — Ста-а-ас! Только не отпускай! Не отпускай!..
Я держал, как мог, но мы всё равно ничего не смогли сделать.
Следом за первой обрушилась вторая волна Неотропа.
Анжелика перестала кричать почти сразу. Она лишь посмотрела мне в глаза и прошептала с кровью во рту:
— Стас, не упади сам… обещай, что не упадёшь… здесь же так высоко…
Она сама отпустила мою руку, так и не услышав от меня обещаний. Мне было не до них. Я цеплялся за воздух, пока Анжелика падала. Падала прямо на моих глазах.
Я видел, как она погибла.
Ну а Данте вытянул на крышу уже мёртвую девушку, она умерла буквально за секунды. Её ребенок так и не родился и не узнал имени того, кто не смог их спасти.
Никого из них.
Мы и сами чуть не погибли, отбиваясь от полчищ изменённых тварей. В тот день мне сильно погрызли ногу, и Данте вытащил меня буквально на руках, чем спас мне жизнь. Тело Анжелики нашла и доставила на базу уже другая группа бойцов.
После её похорон я ушёл из ДВС и ещё два месяца пролежал в больнице, но та сцена на высоте возникала в моей памяти каждый раз, стоило мне только закрыть глаза.
Она разъедала мою душу.
Уничтожала меня.
Последние полгода с Данте я не виделся. Его лицо напоминало мне о том страшном дне. Я переключился на мирную жизнь и школу, даже записался в Клуб цифровых художников, изо всех сил стараясь забыть и ДВС, и смерть Анжелики, и крики умирающих женщин и детей.
Только изоляция ничем мне не помогла.
А ещё я всё чаще стал задумываться над рассказом дяди насчёт того, что у меня сильный адаптоген. А что, если это правда? Ведь я,