— Саваж, — прошептал я пересохшими губами. — Что случилось?
Она убрала руку от моей щеки и быстро заговорила:
— Слава Аминору, ты очнулся. Мы успели вытащить тебя из Прометея. Сам учитель залез внутрь и разорвал нейроинтерфейс, который тебя держал. Ты получил ожоги. Но это неважно.
— Действительно, — простонал я тихо. — Не сдох, и ладно.
Саваж поморщилась.
— Я бы оценила твои земные шутки, но сейчас не до этого. Стас, комиссар Сол арестовала учителя Зевса и учителя Патель за несанкционированный запуск Прометея и за нарушение протокола первой загрузки пилота. Меня, как соучастницу, отстранили от занятий и лишили наушника с допуском к ОСИ. Но самое главное — заблокировали мне лимб. У комиссара Сол есть редкий экспертный ключ «Блокатор», и он действует минимум пару часов. Но учитель Зевс сказал комиссару, что я просто выполняла его приказ, поэтому меня не сильно наказали. Посадили в изолятор, тут недалеко.
Я нахмурился.
— А сюда… сюда ты как попала? Кто тебя выпустил?
— Эксперт Аделин, — почти беззвучно сообщила Саваж. — Она сама меня сюда привела и помогла пройти незаметно.
— Аделин? Это эксперт с процедуры Распределения? Но почему она нарушила режим?
Ответа ни у Саваж, ни у меня не нашлось. Похоже, в корпорации «Генетрон» происходила нешуточная борьба за разные миссии, и в одну из групп можно было смело определять Зевса, Патель и Аделин. А в другую — комиссара Сол.
Я заставил себя сесть. Затем проморгался, окончательно перенося своё сознание из прошлого в настоящее, и только потом понял, что на мне до сих пор надет костюм для загрузки в био-титана.
Видимо, эксперты так и засунули меня в ложе для регенерации, ведь ткань костюма отлично проводит любые виды Эхо.
Я снова уставился на Саваж.
Что-то в её лице заставило меня напрячься сильнее. И дело было не только в аресте учителей или блокировке её лимба.
Нет, тут было что-то другое.
— Вика, говори прямо, — потребовал я, — что ещё случилось?
Девушка не стала медлить и ответила так прямо, что прямее некуда:
— Аделин сказала, что Прима Сол убедила Комиссариат отправить Прометея на утилизацию. Его аннигилируют прямо сейчас.
Эпизод 28
— Нет, только не это…
Услышав, что Прометея аннигилируют, я выбрался из ложа регенерации за считанные секунды и встал на ноги, но тут же пошатнулся — слабость в теле после обработки Тихим Эхо ещё не прошла, будто меня превратили в овощ.
Зато гнев придал внутренних сил, да ещё каких!
Саваж придержала меня за плечи и торопливо ответила:
— Эксперт Аделин сказала, что Прометея перенесли в камеру аннигиляции вместе с цепями. Он уже там. А возможно, его уже уничтожили. Не знаю, Стас. Мне ничего неизвестно, я потеряла свой статус и доступ к ОСИ через Симону.
В другой ситуации я бы уже спросил у Саваж, сколько раз за эту минуту она назвала меня по имени, а не по фамилии, но мне было не до этого.
Я отлично знал, где находятся камеры аннигиляции, потому что за три недели учёбы изучил карту крепости и всех её территорий вдоль и поперёк. По крайней мере, тех мест, что имелись на официальной карте.
Сейчас на мне тоже не было ни наушника, ни часов, как и у Саваж, но мне бы не составило труда добраться до нужного места и без подсказок в виде карты. Спасибо опыту в ДВС, который ко мне вернулся.
— Мне надо его найти. — Я бросился к выходу из комнаты, но Саваж догнала меня и ухватила за плечо.
— Стой! Погоди! Туда не попасть просто так!
Пришлось остановиться.
— А как туда попасть? Саваж, если ты знаешь…
— Знаю, — кивнула она. — У меня есть преимущество. Я не только человек, но и люминал. Разве ты забыл?
Девушка медленно моргнула, и её человеческие глаза стали глазами люминала. Она вытянула правую руку в сторону ложа регенерации, а левую подняла над головой, изобразив прямой угол.
Сначала я не догадался, что она делает, но когда увидел, как широкие красно-зелёные пучки Тихого Эхо вытягиваются прямо из ламп и желе регенерации, то сразу всё понял.
Какая же Саваж умница!
Настоящая профи!
Она использовала Тихое Эхо, чтобы создать вокруг нас эффект невидимости. Она ведь люминал и способна истощать источники магии и передавать энергию. А значит, и искажающее поле Тихого Эхо ей тоже под силу.
По сути, Саваж использовала собственное тело в роли передатчика.
В её исполнении это была та самая «глушилка» для магов с локационными способностями. Похожая «глушилка» работала, например, на Юго-Восточной башне крепости «Симона», только в тысячи раз мощнее. И вряд ли такое было доступно простому магу-человеку. А вот люминалу с хорошим рангом — вполне. Главное, чтобы был источник.
Через несколько секунд вокруг меня и Саваж появилось искажающее поле — красно-зелёное сияние.
Девушка подошла ближе ко мне и осторожно обхватила пальцами мою ладонь.
— Это ненадолго, примерно на пятнадцать минут. Придётся двигаться очень быстро. Только не отпускай мою руку, хорошо? Иначе Тихое Эхо вокруг тебя сразу исчезнет. Ты его не удержишь. Я и сама его едва держу. И вообще… я впервые такое делаю, это нарушение всех правил на свете. Ты научил меня плохому, Терехов, и это уже не остановить…
Я сжал её руку крепче.
— Понял. Пошли.
Отбросив последние сомнения насчет «нарушения всех правил на свете», Саваж кивнула.
Вместе мы быстро покинули незапертую комнату регенерации и почти бегом понеслись по коридору. Эта часть медблока находилась под землёй, и здесь царствовали эксперты, уже не студенты, а взрослые: врачи, эхо-диагносты, исследователи, генные инженеры, работники подземных лабораторий.
И все они имели отличные локационные способности.
Только никто нас не заметил.
Мы проносились мимо кучи народа, бегом спускались по лестницам, проникали через двери вместе с другими — и всё это время оставались незамеченными.
Благодаря своей прошлой службе в ДВС я мог отлично ориентироваться в коридорах, где никогда не был, а видел лишь на карте. Частая смена маршрута не могла меня дезориентировать. Ну а Саваж продолжала крепко держать вокруг нас искажающее поле Тихого Эхо.
Мы стремились попасть на минус четвёртый этаж.
Это был самый нижний уровень под ангаром. Там находились камеры аннигиляции: для объектов разного вида и массы.
Мы отправились напрямик к последней камере — туда, где аннигиляции подвергались самые крупные объекты.
— Там уничтожают убитых циклопов, — прошептала Саваж, — но я никогда не присутствовала на таких процедурах. Эксперты берут у циклопов генетические материалы, а потом аннигилируют, выделяя энергию в эхо-кровь.
Мы наконец