— Виктор Николаевич?! Добрый день! Это следователь Химкинского РУВД Бурмистров.
— Здравствуйте, Николай Петрович! — поприветствовал давнего знакомого Витя.
— Мы тут Тополева задержали…
— Он жив?! — сильно удивился Налобин младший.
— Еще как! Утверждает, что был все это время в Белоруссии. Вы же мне говорили, что прошлым летом его застрелили в Москве.
— Это точно он?! — переспросил взволнованно Виктор.
— Абсолютно! Нагло себя ведет, как вы и предупреждали.
— Ну так задерживайте его, раз сам пришел.
— Я бы хотел уточниться насчет оставшейся суммы, которую вы мне обещали. Сами понимаете, часть денег должна уйти наверх моему начальству, чтобы оно санкционировало.
— Хорошо, я завезу вам на днях.
— Нет! В связи с новыми вводными средства нужны мне сегодня, не позднее восемнадцати ноль ноль, — сообщил Бурмистров.
— Что это за обстоятельства такие?!
— У него алиби, которое он может доказать.
— Вранье это все! — заявил Виктор.
— Ну, вранье не вранье, а деньги все-равно нужны сегодня. Мы же договаривались!
— Мы с тобой, Николай, договаривались когда у нас с бизнесом все нормально было, а сейчас проблемы большие! Я не могу по первому твоему требованию взять и вытащить такую большую сумму и привезти тебе. Мне для этого время нужно!
— Это твои проблемы, Виктор! Я не могу начальству сказать, что клиент обещает расплатиться позднее. Меня не поймут. А отдавать свои я не намерен.
— Ладно, ладно… Не волнуйся ты так! — услужливо произнес Налобин. — Я постараюсь собрать нужную сумму и вечером приехать к тебе лично.
— Если к шести часам денег не будет, я его отпущу, имей это в виду!
— Хорошо, хорошо! Я понял. Считай, что деньги уже в Химках.
Бурмистров вернулся в здание милиции и зашел к своему непосредственному руководителю. Доложив о приезде Тополева и разговоре с Налобиным он положил материалы уголовного дела на стол начальника следственной части и спросил, что ему делать дальше.
— Пассажир у нас с тобой непростой по-видимому, а обещанных денег мы скорее всего не увидим, поэтому делай все по закону и скрупулёзно точно, чтобы комар носа не подточил! Проводи следственные действия, вызывай ему адвоката и тяни время до шести. Если твой знакомый выполнит обещание, то будем думать, как злодея упаковать, а если кинет, то выпустим на все четыре стороны.
— А если Виктор расплатится с нами, но не сегодня, а на днях, к примеру? — спросил руководителя Бурмистров.
— Ну, ты этого Тополева в любом случае под подпиской оставляй. Если бабло будет, то переведешь его из статуса свидетеля обратно в подозреваемые. Учить мне тебя что ли?
Гриша сидел на стуле в кабинете следака и гадал посадят его или нет. Он прекрасно понимал, что судя по паузе, которую устроил Бурмистров, что-то у них там не клеится, и ему надо играть в свою игру дальше. Следователь вошел так же стремительно, как и покидал эту комнату. Он обогнул Григория, кинул папку с уголовным делом на стол, уселся в свое кресло и пристально посмотрел на подследственного.
— У тебя адвокат-то есть свой? — спросил он.
— Нет, а зачем он мне?! — продолжая играть святую наивность, спросил Тополев.
— Я собираюсь допросить тебя в качестве обвиняемого по делу, а для этого нам нужен адвокат, как неотъемлемый участник следственного процесса. Позвони домой, попроси, чтобы родные наняли тебе хорошего адвоката.
— Мне не нужен хороший! Вызывайте бесплатного, раз вам надо.
Бурмистров снова достал свою записную книжку, нашел номер Химкинской коллегии адвокатов и позвонил туда. Ему пообещали, что в течении часа к ним приедет дежурный юрист. Николай решил оставить Тополева снова в одиночестве в своем кабинете, а сам пошел скоротать это время в столовой и пообедать.
Он уже почти допил свой кофе когда ему на сотовый отзвонились из дежурки и доложили, что прибыл адвокат. Он попросил пропустить его к себе и пошел навстречу. В конце коридора в шикарной норковой шубе и соболиной шапке стояла высокая молодая красотка. Девушка показала свое удостоверение адвоката и потребовала предоставить ей помещение для разговора со своим клиентом. Бурмистров так обалдел от ее сексапильности, что не нашел что ответить. Он молча открыл ключом замок двери своего кабинета м впустил даму вперед. Гриша встал поприветствовать красотку и машинально поправил здоровой рукой прическу.
— Так значит вы мой клиент?! — поинтересовалась девушка.
— Так значит вы мой адвокат?! — ответил вопросом на вопрос Григорий.
— Да! Меня зовут Алена Игоревна Евстигнеева, а вас как?
— Григорий Викторович Тополев.
— Очень приятно, Григорий Викторович! Давайте пройдем в коридор и там пообщаемся. В кабинетах у следаков обычно все пишется, поэтому нам тут будет с вами не с руки разговаривать.
Бурмистров, находящийся до сих пор под впечатлением от красоты адвокатессы, только развел руками и мотнул голой в качестве согласия. Они прошли в дальний угол здания и остановились в тупиковом холле.
— Ну, рассказывайте мне все как было, Григорий! Можно я буду вас так называть?
— Конечно можно.
— Отлично, тогда вы меня называйте Аленой, хорошо?
— Хорошо, Алена! У меня к вам сразу же первый и пока главный вопрос. Могу ли я вам доверять?
— Если вы о том, что я подставная и обо всем расскажу следователю, то это не так. Я знаю что такое адвокатская честь и сохраняю чужие секреты лучше, чем свои.
— Вы просто так дорого выглядите, что напрашивается второй вопрос: как так вышло, что вы бесплатный государственный адвокат? По моим подсчетам на вас сейчас одето тысяч на пятьдесят долларов, не меньше.
— Вы правы! Я дочь мэра города Химки и частенько по просьбе отца выполняю общественную нагрузку в виде бесплатной помощи задержанным. Этот ответ вас удовлетворяет?
— Тогда все сложилось… Больше вопросов не имею. Я знаком лично с вашим папой. Мы с ним не раз пересекались на совещаниях у губернатора Московской области и я к нему захаживал в офис для обсуждения вопросов, связанных с моей транспортной компанией в Шереметьево. Но вы на него совсем не похожи!
— Да, точно! Я в маму. Вот видите, у нас уже с вами есть точки пересечения. Так я вас слушаю. В чем вас обвиняют?!
— Вы понимаете, Алена, я сейчас нахожусь в