— Чтоб тебя… — выдохнул мужик наконец. — Работай.
Брок шагнул назад, вплотную ко мне, почти касаясь ногами моей спины.
— Работай, кузнец, — повторил он. — Но если будешь копаться, станем удобрением для этой проклятой горки. Я их задержу, но недолго.
Кивнул, не оборачиваясь. Мир сузился до куска серого гранита перед глазами.
Гул мертвецов нарастал, земля вибрировала, но заставил себя отключить слух. Сейчас я не воин, а хирург, и у меня на столе пациент, который умирает.
Рука с Резцом зависла над камнем.
[Внимание: Таймер стимулятора — 2 ч. 28 мин.]
Время пошло.
Опустился на колени перед гранитным монолитом, приблизив лицо к камню так, что нос почти коснулся холодной поверхности. Зрение Творца.
Мир мигнул, сбрасывая серую пелену тумана. Передо мной вспыхнула структура камня — сложная сеть, пронизанная силовыми линиями. Но там, где должна была сиять геометрия руны «Мёртвый Замок», была рана.
Хуже, чем я думал.
Кислота мальчишки не просто вытравила камень — она спеклась с гранитной крошкой, образовав на дне канавок чёрную, бугристую корку, похожую на нагар в давно не чищенной печи. Под этой коркой структура камня стала рыхлой, пористой, как губка. А поверх химического ожога шли три глубокие белые борозды — следы когтей цзянши, перечеркнувшие вязь Наутиз, словно шрамы.
[Анализ повреждений: Руна «Мёртвый Замок» (Альгиз + Наутиз)]
[Коррозия химическая: 40 % площади каналов]
[Механическое повреждение: 3 борозды (глубина 0.8 мм)]
[Требуется: Очистка → Углубление → Полировка → Вливание]
[Оценка времени: 12–15 мин. (при идеальных условиях)]
Двенадцать минут в идеальных условиях.
Я сглотнул слюну. У нас не было двенадцати минут, у нас не было и пяти.
Моя стихия — горячий металл, податливый под ударами молота. Металл живёт, дышит, прощает ошибки — его можно перековать, сварить, вытянуть.
Камень мёртв — холоден, твёрд и не прощает ничего. Одно неверное движение резцом — скол, трещина, и монолит превратится в бесполезную глыбу. Я чувствовал себя хирургом, которого заставили оперировать глаз, надев на руки боксёрские перчатки.
— Ну давай, — выдохнул, перехватывая Резец Древних.
Инструмент из Небесной Бронзы лёг в ладонь, но руки…
Правая кисть мелко дрожала. Стимулятор разгонял нервную систему, заставляя мышцы вибрировать от переизбытка энергии. Левая рука, наоборот, ощущалась чужой, словно обмотанной толстым слоем ваты — яд Клыкоужа медленно отключал нервные окончания.
Я упёр локоть правой руки в колено, создавая жёсткий упор. Онемевшей левой ладонью обхватил правое запястье, фиксируя его в замок.
Первое касание.
Кончик резца вгрызся в чёрную корку. Раздался звук, от которого свело зубы — сухой скрежет металла о камень. Чёрная крошка брызнула на колени.
— Тише, — прошипел Брок над ухом. — Не скреби, как крыса в бочке.
— Смотри за лесом, — огрызнулся я, не поднимая головы.
Начал счищать нагар. Движение — выдох. Движение — выдох. В кузнице чувствовал угол интуитивно, а здесь приходилось выверять каждый миллиметр. Резец шёл туго, срываясь на неровностях, спекшаяся кислота была твёрдой, как стекло.
Скрежет. Скрежет. Скрежет. Звук казался оглушительным в тишине, которая наступила после первого воя.
На периферии слуха, за спиной, нарастал низкий гул — вибрация сотен шагов внутри могильника.
Я заставил себя не слушать. Только камень, только линия.
Постепенно руки почувствовали моторику. Небесная Бронза — великий металл, она резала гранит, как твёрдое мыло. Я вошёл в ритм. Чёрная корка отлетала чешуйками, открывая под собой серую плоть камня.
[Очистка канала: 35 %]
[Глубина: 0.9 мм]
Нужно глубже — полтора миллиметра минимум. Нажал чуть сильнее, ведя резец по дуге Альгиз.
И тут правая рука предательски дёрнулась — спазм стимулятора или что ещё это была за хрень.
Резец соскочил с траектории, чиркнув по поверхности рядом с канавкой, и оставил белую царапину длиной в ноготь.
[Ошибка: Отклонение от траектории. Микроповреждение поверхности]
[Влияние на целостность: Незначительное (-0.3 %)]
[Рекомендация: Снизить скорость. Стабилизировать хват]
— Черт… — выдохнул сквозь сжатые зубы.
Пот заливал глаза, щипал кожу. Я моргнул, стряхивая солёную каплю с ресниц. Нельзя спешить. Спешка — это смерть, но и медлить нельзя.
Краем глаза, не поворачивая головы, видел движение слева. За границей барьера, среди каменных курганов, фигуры поднимались в полный рост — шатались, как пьяные матросы на палубе в шторм. Подавляющее поле, хоть и ослабленное до двадцати процентов, всё ещё давило на них, делая движения вязкими — крутили головами, пытаясь понять, где враг.
Они нас не видели, пока что.
Но угроза была не там.
Плечо Брока, прижатое к моей спине, вдруг окаменело. Почувствовал, как его мышцы напряглись.
Его рука сжала моё плечо.
— Лес, — голос Брока прозвучал тихо. — Тридцать шагов. Идут.
Я не обернулся — руки замерли на камне, резец застыл в незаконченном штрихе Наутиз.
— Сколько? — спросил, глядя на серую крошку в канавке.
— Пятеро, и еще несколько дальше за деревьями, — выдохнул охотник. — И они не прыгают, кузнец, а крадутся.
Почувствовал, как игла страха кольнула под ребра. Если крадутся — значит, инстинкты работают — возможно, чуют тепло.
— Быстрее, пацан, — в голосе Брока прорезалась хрипотца. — Моя аура их долго не обманет — ты фонишь, как костёр в ночи.
Я посмотрел на руну — очищено едва ли наполовину. Углубление неравномерное. Полировки нет и в помине.
Механическая работа требовала ещё минут семь, но у нас не было и двух. Понял, что проигрываю. Резец Древних был хорош, но мои руки — нет. Я не успевал, нужно менять правила.
Семь минут.
Мой внутренний хронометр, отточенный годами выездов на пожары, выдал вердикт безжалостно и точно. Чтобы довести канавки до ума механическим способом — выровнять дно, убрать микросколы, заполировать грани — нужно семь минут непрерывной работы.
Брок сказал: «Тридцать шагов».
Мертвецы, даже ковыляющие, покроют это расстояние за минуту. Если перейдут на бег или будут прыгать — за двадцать секунд.
Почувствовал, как левую руку прострелило ледяной болью, словно в вены впрыснули жидкий азот. Некрофон Холма давил на организм, ускоряя действие яда. Моё тело сдавалось.
[Внимание: Распространение нейротоксина — 53 % (↑)]
[Причина ускорения: Критический уровень внешней некро-энергии]
[Таймер стимулятора: 2 ч. 14 мин.]
— Брок, — выдохнул я, не отрывая взгляда от камня. — Не дёргайся. Что бы ни случилось — стой смирно.
— Ты чего удумал? — напрягся охотник.
— Ускоряемся.
Я убрал Резец в левую руку, которая слушалась всё хуже, и потянулся к поясной сумке. Пальцы нащупали гладкий бок глиняного флакона.
Кислота Древних. Вальдар предупреждал: Это финишный лак — её льют, когда геометрия идеальна, чтобы зеркально заполировать дно. Но у меня не было выбора — либо рискнуть, либо гарантированно сдохнуть.
— Делаю быстро, — бросил Броку. — Держи их.
— Давай… — хрипнул он.