Плохо, что Екатерина просто лавирует между различными силами, предпочитая ограничиваться заявлениями, нежели заниматься настоящим делом. Для неё важнее удержаться на троне, чем реформировать Россию. Практически ни один указ и инициатива немки не доведены до конца. Простите, операция по секуляризации церковных земель была проведена просто филигранно. Кто бы сомневался? Как можно пройти мимо такой возможности обогатиться? Я не защищаю церковь, она не имеет права держать людей в рабстве, но передел принёс экономике страны большой урон. Монахи пусть и живодёрствовали, однако вели своё хозяйство рачительно. Зато придворные, получившие бывшие церковные земли, откровенно растратили половину полученного.
Или взять указ «Об удержании судей и чиновников от лихоимства», изданный в июле 1762 года. Я всё-таки юрист и в первую очередь изучил законотворчество последних лет. Так вот, этот образец казуистики меня поразил. Например, такой оборот: «Почему и никто, обвинённый в лихоимстве (ежели только жалоба до Нас дойдёт праведная), яко прогневивший бога, не избежит и Нашего гнева, так как Мы милость и суд в пути непорочном царствования Нашего, богу и народу обещали»? Думаю, не стоит объяснять, что с начала правления Екатерины не посадили ни одного крупного взяточника.
Вообще-то, указ Петра Великого от 1714 года «О воспрещении взяток и посулов» никто не отменял. А по нему казнокрада должно ждать наказание вплоть до вечной ссылки, конфискации имущества и даже смертной казни. Кто мешал просто выполнять существующий закон? Никто. Но…
Меня подобное дело особо не удивило, всё-таки в России живём. Больше шокировало создание Уложенной комиссии и итоги её работы. Нужное дело, кстати. Ведь речь шла о кардинальных изменениях законов и основ русского общества, утверждённых Земским собором 1649 года. В 1766 году был издан манифест о создании комиссии по разработке нового свода законов Российской империи. Фактически в Москве состоялся новый собор, который посетили почти шестьсот делегатов всех сословий огромной страны, привезших наказы от народа. Депутаты выбрали нужных людей, и вроде началась работа, продолжавшаяся почти год. В итоге комиссию распустили, оставив несколько комитетов. Самое забавное, что процесс ещё идёт, но никто не понимает зачем.
Показательно мнение Болотова, участвовавшего в съезде и прочитавшего мне запись о происходящем из своего дневника, сделанную в 1768 году: «Я… предвидел, что из этого великого предприятия ничего не выйдет, что грому наделается много, людей оторвётся от домов множество, денег на содержание их истратится бездна, вранья, крика и вздора будет много, а дела из всего того не выйдет никакого и всё кончится ничем».
Ни убавить ни прибавить. Это и есть описание десятилетнего правления Екатерины II. И это не плод сиюминутных размышлений. Когда я обретался в Европе, мне удалось прочитать статьи британского посла Чарльза Кэткарта и француза графа Сегюра. Весьма поучительно, и стыдно за отечество. Точнее, стало страшно за происходящее.
Поэтому ответ на вопрос генерал-губернатора у меня тоже готов:
— Необходимость губернской реформы и предоставления самоуправления крупным городам назрела со времён Елизаветы Петровны, но воз и ныне там. Наверное, никто не хочет взять на себя ответственность, предложив готовый проект. В нашем случае получается идеальная ситуация — если вы возглавите комитет, конечно. При помощи губернской канцелярии мы можем подготовить вполне рабочую схему. Далее её надо передать на рассмотрение императрице и Сенату. Но я бы не ограничивался простой передачей документа, а предложил провести эксперимент. Почему бы не проверить наши выкладки на Московской губернии? А далее высшая комиссия оценит нововведение, например, через два года. Что позволит распространить реформу на всю империю с учётом ошибок. На нашей стороне есть неоспоримое преимущество: уважаемые люди из разных сословий поддерживают назревшие перемены. Такое единение вряд ли возможно в столице. Надо им воспользоваться на благо города. Более того, несколько неравнодушных людей уже сейчас готовы выделить немалые суммы на развитие городского хозяйства, это не считая денег на постройку больницы, дома призрения и училища.
На этот раз Волконский серьёзно задумался. По полному и красному лицу князя сложно понять испытываемые им эмоции. Надо бы Михаилу Никитичу заняться здоровьем, на диету сесть. Не скажу насчёт первого, но в третьем-четвёртом номере будущей газеты я напишу статью о необходимости здорового питания и пользе физических упражнений. Пусть столь полезные принципы постепенно внедряются в сознание людей.
— Я слышал, вы хотите начать мостить дороги за свой счёт? — вдруг спросил генерал-губернатор.
Взаимосвязь с докладом присутствует, но я немного удивился.
— Хочу построить пробный участок по примеру Древнего Рима: несколько слоёв, особая подушка и водоотвод. По расчётам выходит дорого, однако такая дорога получится долговечнее и в будущем потребует меньше затрат на ремонт. Но некоторые улицы, особенно в бедных районах, можно начать мостить уже сейчас, немного изменив схему. Главное — убирать зимой снег, иначе весной покорёжит любое полотно.
— Где же взять столько деньжищ? — воскликнул Волконский.
— На самом деле проект не столь затратный. Никто не мешает нанимать подводы для вывоза снега, а помогать будут сами жители. В конце концов, это необходимо им самим. Если ты живёшь в таком городе, как Москва, то изволь заплатить за удобство или поработай лопатой. Например, Никольскую улицу я обязуюсь чистить на свои средства до создания особого отдела при канцелярии, который будет заниматься уборкой. Думаю, многие дворяне и купцы последуют за мной. А затем это будет просто городской налог, зависящий от площади дома и прилегающей земли.
— А если человек откажется? — усмехнулся повеселевший князь.
— Россия большая, мы никого в Москве насильно не держим, — возвращаю улыбку.
Вопрос, вообще-то, не праздный, налоги — штука сложная. Только в отношении москвичей у меня свои мысли. В городе слишком много полукриминального и мутного элемента. Толку от него мало, а проблем много. Что показал Чумной бунт, который чуть не уничтожил город. Поэтому мой проект глубже, чем создание коммунального хозяйства и пожарной службы.
Под реформу управления не мешает провести перепись хозяйств и жителей, заодно структурировать работу полиции. Об этом я тоже написал в своём докладе. Главное — не похоронить обсуждение документа в словоблудии.
— Решено! — Волконский хлопнул по папке пухлой ладонью. — Завтра же ознакомлюсь с вашими мыслями. Пока предлагаю проследовать к гостям, иначе меня не поймут. Тем более за вас просили несколько достойных людей. Вдруг они подумают чего нехорошего?
С недоумением смотрю на улыбающегося князя. Что мне ответить? Ничего, лучше промолчать и последовать за хозяином дворца.
* * *
Оказывается, вот