Гарида поразила эта идея.
— Он может делать то же, что и металл?
— Конечно. Тонкий, какой захочешь, прочнее металла, легко чистить, можно придать любую форму.
Подходили новые друзья с рабами на поводках.
— Да, давай поговорим позже.
К середине утра все женщины уже разминались возле ярмарочной площади. Любопытные зеваки поглядывали на них поверх своих сладостей и шли дальше. Один молодой человек какое-то время стоял в стороне и наблюдал. С ним была собака на поводке, которая то и дело запрыгивала на него, отвлекая от прилавков с мясными палочками.
— Из них получаются хорошие домашние питомцы? — спросил парень. — Они такие послушные. Откуда они? Ярф, сидеть!
Объяснение, похоже, напомнило ему уроки истории в начальной школе, которые, судя по всему, были очень давно — если не в прошлом, то в его памяти точно.
— Женщины? Как странно. Я… ой, погоди, я слышал о них… Сидеть, Ярф! — Он бесцеремонно усадил пса, который уже запрыгнул на него. — Разве они не должны быть опасными или что-то в этом роде? Наверное, поэтому они все в намордниках. — Он посмотрел вниз и нежно погладил собаку по голове. — Ярф бы никого не укусил, правда, Ярфи?
Он понаблюдал ещё минуту-другую. Подошёл другой молодой человек и обнял его за плечи, и они оба уставились на рабынь.
— Чоджи, — наконец сказал первый, — я ставлю на ту, с короткими светлыми волосами и самыми маленькими сиськами. Она выглядит так, будто очень хочет бежать.
— Не, смотри на ту, с кольцом в носу. Она очень гибкая, смотри, как двигается.
— Слишком маленькая, не успеет. И сиськи будут тормозить.
Они захихикали.
— Эй, мистер, а что это вообще за штуки?
Они обратились к Гариду, который взял поводья своей рабыни под самой уздечкой и повёл её в их сторону. Она только что разогрелась и сияла после упражнений, ставя ноги с изяществом и точностью, несмотря на то, что голову приходилось держать под контролем.
— Сядь, Джиди! — сказал он.
Она мгновенно опустилась на пятки. Собака обнюхала её.
— Что за штуки? — переспросил Гарид. Ему указали. — А, эти. Вы разве не видели, как хаджиды выкармливают детёнышей? Но эти не выкармливают, — сказал он, предвосхищая следующий вопрос. — Они всегда такие.
— А разве они не пользуются передними лапами? Почему вы их так привязываете?
Его друг толкнул его локтем.
— Они опасные, дурачок!
Ярф начал обходить самку, чтобы обнюхать с другой стороны, и хозяин дёрнул поводок.
— Назад, Ярф! — сказал он, настороженно косясь на женщину. — У нас была такая сторожевая собака — помнишь, Деш? В загоне держали. Вы её тоже запираете, когда она не участвует?
— Да, в клетке или на цепи.
— А для чего эти кольца?
— Чтобы приковывать, когда шалит. — Гарид улыбнулся.
— Спорим, она и пальцем не пошевелит, когда вы её привяжете!
Юноши рассмеялись.
— Как её зовут? — спросил Чоджи. — Я ставлю на неё.
— Джиди.
— Хорошо. Удачи.
— Увидимся, ребята.
Рабыня повиновалась сигналу и встала, двигаясь рядом с ним той скованной, грациозной походкой, когда лицо не отрывается от контролирующей руки на уздечке. А пускающий слюни Ярф наконец дотащил хозяина до прилавка с мясными палочками.
Гарид передал рабыню Арлебену, чтобы тот напоил её и быстро вытер. Он отпер один из деревянных загонов, обычно использовавшихся для джонтов, и Арлебен подвёл рабыню, держа за уздечку.
— Погоди, — сказал Гарид, — я надену на неё капюшон. Здесь будут другие рабы.
Он снял уздечку, надел кожаный капюшон с кляпом, повязкой на глаза и заглушками для ушей и застегнул. Арлебен одобрительно кивнул.
— Вы говорили с другими владельцами о том, что их рабы разговаривают? — спросил он.
— Ага. — Гарид поправил капюшон, откинув его назад, чтобы кольцо в носу было доступнее. Оно чуть выглядывало из дыхательного отверстия. — Некоторые были в восторге. Отличный повод для наказания. Остальным было всё равно.
— Вы хотите сказать, их не беспокоило. — Арлебен выглядел раздосадованным. — Они совершают большую ошибку, позволяя этим тварям разговаривать друг с другом. Разве вы не можете их убедить?
— Не моё дело указывать им, как воспитывать своих самок. Но будь я проклят, если позволю своей услышать хоть слово на ранизском.
Он закрепил её носовое кольцо на короткой цепочке в глубине стойла. Правильнее было бы заставить её стоять, но он не хотел, чтобы она устала перед скачками. Она села на корточки лицом к стене — слепая, глухая и терпеливая. Гарид запер нижнюю часть двери, оставив открытой верхнюю. Убедился, что люди Мисеко начеку, как договаривались. Затем они с Арлебеном отправились гулять по ярмарке.
Гонки начались после полудня с соревнований планеров и миниатюрных радиоуправляемых аэромобилей. Несколько местных джонтов участвовали в забегах по пересечённой местности, стартуя и финишируя на ипподроме Хаскерс-Филд. А затем пришло время готовиться к женским скачкам.
Зрители наблюдали, как запрягают женщин. В скачках участвовало девять. Трасса была неширокой, поэтому бежали по три в заезде. Толпа с любопытством следила за первой гонкой, и Гарид, ожидая своей очереди во втором заезде, заметил, что несколько мужчин уже принимают ставки. Диктор объявлял имена кобыл. В одном случае он запнулся на незнакомых согласных ранизского имени, но без труда произнёс «Шиммер» — хентенское имя Визай. Мисеко выиграл забег, как и ожидала группа владельцев. Зрители, не видевшие её в полной готовности, потеряли немного денег.
Ко второму забегу зрителей прибавилось, борьба обещала быть жаркой. Гарид, устроившись поудобнее в повозке, направил свою маленькую кобылку поводьями и хлыстом к стартовой линии. Диктор, репетировавший про себя «Икста, Икста» и заметно раздражённый, с облегчением услышал, что следующую зовут просто Джиди.
— Весьма разумно, — прокомментировал он в микрофон, — если только никто из остальных не начнёт называть своих питомцев настоящими именами. Тогда начнётся неразбериха.
Он поднялся на свой подиум.
— Второй заезд женских скачек, дамы и господа! На старте три привлекательных животных. На дальней дорожке — Сиськи… простите, Икста, в центре, и Джиди на ближней. Какие же милые маленькие зверюшки.
Они стартовали!
— Сиськи вырывается вперёд, Икста сразу за ней. Маленькая Джиди с трудом набирает скорость. Икста приближается — обгонит ли она Сиськи? Нет, они идут ноздря в ноздрю, но теперь Сиськи имеет преимущество на повороте и лидирует. Джиди набирает ход, но отстаёт. И вот финишная прямая. Наездники выжимают из своих машин всё! Джиди приближается. Сиськи сдаёт, Икста впереди, Икста, Икста… Джиди стремительно настигает, вы только посмотрите! Джиди на втором месте! Икста выкладывается, но этого мало, вот она, Джиди обходит её на… на…!
Кобылка Гарида выиграла скачку.