Глава 61.1
— Нее-е-е-ет! — выкрикнула, задыхаясь от боли, глядя, как рыжий паренёк падает на помост.
Вермонт подхватил факел из его рук и повернулся ко мне. В этот момент мне показалось, что мир вокруг буквально замер, и лишь мы с инквизитором продолжали существовать в реальном времени. Он шёл ко мне медленно, но неотвратимо, пожирая меня голодно-ненавидящим взглядом.
— Ведьма… — прохрипел он. — Ты разрушила всё! Пусть это будет последнее, что сделаю, но очищу этот мир от скверны. Тогда буду знать, что прожил не зря.
С этими словами он подпалил хворост, разложенный вокруг меня. Я закричала вновь, но теперь от ужаса, который зародился во мне, парализуя и лишая возможности мыслить. Неужели всё так и закончится? Но ведь спасение было так близко. Я с надеждой бросила взгляд на людское море, беснующееся у подножья помоста.
Среди мельтешащей толпы, в которой смешалось всё: люди, кони — было невозможно разобрать лиц своих друзей. Инквизиторы плотным кольцом обступили место моей казни и из последних удерживали натиск. Но, к сожалению, их сил хватит на то, чтобы я успела поджариться до аппетитной корочки.
Вот в толпе мелькнуло лицо мадам Шпротс, которая продолжала удерживать в руках пылающий шар. Нет, на её помощь точно не стоит полагаться. Следом я увидела Симу, наращивающую силу своего тёмного вихря. Она послала тугой смерч в мою сторону, стараясь сбить пламя, но то лишь вспышнуло сильнее.
Вермонт сумасшедше хохотал и пританцовывал, глядя на разгорающийся костёр. Ну прям пионер, который разжёг огонь с одной спички… Я искала глазами Лариона, но в такой давке даже его рослая фигура затерялась.
— Никто тебя не спасёт, ведьма! — мерзко проблеял Верховный инквизитор, выписывая коленца.
«Мужчине бы голову проверить! А лучше бабу ему хорошую, а то вон чего от воздержания творится!» — не к месту подумалось мне.
На грани гибели мысли приходили какие-то бредовые, неуместные, а вот нормальных и нужных не являлось. Я попробовала дотянуться до своей ведьмовской силы, но та упорно отказывалась выходить, свернувшись комочком где-то глубоко внутри. Уж я и просила, и угрожала, но та ни в какую!
Оставалось надеяться на внезапный дождик, но на небе, как назло, не было ни единого облачка. Я вдруг почувствовала, что смертельно устала от этих эмоциональных качелей, точнее — американских горок. Всякий раз, когда начинала верить в спасение, оно, поманив, ускользало. Сил не осталось даже на надежду.
Наверное, я перешла на стадию «принятие», когда уже просто нет внутреннего ресурса на какие-либо эмоции. Покорно закрыла глаза и надеялась, что успею задохнуться от густого дыма, прежде чем начну ощущать языки пламени на своём теле. Дышать и впрямь становилось всё сложнее, сознание постепенно оставляло меня, чему была только рада.
— Ла-а-а-а-ана-а-а-а! — крик Лариона заполнил весь мир, вернее, ту часть, которую ещё могла осознавать и воспринимать.
Из последних сил я открыла глаза и увидела, как словно в замедленной съёмке сквозь огонь и дым в невероятном прыжке ко мне взлетает принц на белом коне. Это было настолько неправдоподобно красиво и по-голливудски, что усомнилась в реальности происходящего. Голубые глаза возлюбленного пылали ярче пламени, тёмные волосы эффектно развивались, а мужественное лицо казалось образчиков совершенства. Ну разве не о таком спасении мечтает каждая женщина?
— Ларион… — прошептала я слабо и улыбнулась. В последний раз…
Глава 61.2
Я видел лишь только Лану. Толпа колыхалась вокруг меня, сдавливала в объятиях, сковывая, словно огромная змея, обвивающая своими кольцами и желающая задушить. Как только мои верные воины ступили на брусчатку площади, началась давка и паника. А вот инквизиторы вдруг повели себя организованно и слаженно, отступая к помосту, на котором была моя ненаглядная ведьма и Верховный инквизитор.
С ужасом наблюдал, как обезумевший Вермонт заколол рыжего парнишку, а затем поджёг хворост. Мой конь жалобно заржал. Никогда раньше он не издавал подобных звуков, пройдя верно со мной десятки боёв. Мы неслись на врага без страха, но сейчас бедное животное не понимало, что делать. Мне нужно было пространство для манёвра.
Взглядом мне удалось, наконец, выхватить в толпе Симу, которая закручивала вокруг себя настоящий вихрь. Вот кто мне может помочь! Я хотел было ей крикнуть, но старая ведьма вдруг отправила поток прямо на костёр, который начинал разгораться вокруг Ланы. Наверное, она надеялась сбить пламя, но сделала только хуже: то вспыхнуло ярче, подбираясь всё ближе к моей возлюбленной.
Но то, что увидел, вселило в меня слабую надежду, — воздушный поток, запущенный ведьмой, разбросал людей, оказавшихся на его пути.
— Сима! — закричал я, стараясь привлечь внимание женщины.
Та повернулась ко мне и кивнула. Сквозь крики, ругань и стоны, раздававшиеся со всех сторон, мне было тяжело объяснить, что именно задумал, но старуха поняла меня без слов. Всё же, несмотря на тяжёлый ехидный характер, с головой у неё всё было хорошо, стратегический талант точно присутствовал.
Женщина закатила глаза и чуть пошатнулась, но вокруг неё уже начало формироваться завихрение воздуха. Только бы ей хватило сил! На лбу ведьмы выступил пот, а лицо стало похоже на восковую маску, — чувствовалось, что ей непросто — но плотный тёмный смерч набрал мощь. Оставалось, лишь воспользоваться им правильно.
Сима выбросила вперёд руку, направляя вихрь, а я пришпорил коня, заставляя его буквально взлететь в воздух, врываясь в самый центр волшебного ветра. Пожалуй, впервые столкнулся с магией настолько близко, фактически оказавшись внутри неё. Сейчас начал понимать, какая сила сосредоточена в руках ведьм. Это одновременно пугало и восхищало.
Мы с верным конём буквально летели по воздуху, не касаясь никого из горожан, которых боялся смять или причинить боль. Это было похоже на сказку. Но постепенно поток вихря слабел, хотя до помоста оставалось ещё достаточное расстояние. Нет, я не могу позволить Лане погибнуть и не остановлюсь!
Подковы едва коснулись брусчатки, высекая искры, но я опять пришпорил коня, коря себя за то, что причиняю ему боль. Но верный скакун вновь взмыл вверх подобно птице. Вот уже и костёр, на котором застыла моя возлюбленная! Она даже не кричала, не пыталась вырваться, а только улыбалась, глядя мне в глаза.
Даже не знаю, каким образом мне удалось прямо в воздухе соскочить с жеребца и оказаться прямо