Еще не хватало мне шпионить за Булатом! Ладно у нас с ним свои дела и тайны. Я просто боюсь. Потому и не решилась сказать про знакомство с Кириллом. Но помогать бывшему и вредить Булату?! Да ни за что!
"Марика, не тупи. Забыла о своей маленькой тайне? Вернее, о целых двух. Я расскажу Булату правду и сделаю это так, что он тут же уберет тебя от детей навсегда".
Мороз до сих пор бежит по коже. Кирилл умеет запугивать. Я ничего не стала отвечать, просто потеряла дар речи. Да и не знаю совершенно, что сказать. Я в западне.
А тут еще заметила «голубков» под окнами. Вселенная решила меня добить!
Божена… Что он в ней нашел? Она, конечно же, красивая, но я не об этом.
Хотя с чего это я решила, что они не подходят друг другу? Они явно из одного круга, на одной жизненной волне. Или так как я тайно мечтаю о нем, все остальные ему не пара? Ха-ха-ха!
Зловещий смех моего внутреннего голоса заставляет поежиться. Не мне решать, быть ли Булату с Боженой. Скорее всего, заручившись поддержкой его сестры, красотка-брюнетка добьется своего. А вот я… Мне не выбраться из той ямы, которую я сама же себе выкопала.
Из горла вырывается всхлип. Накатывает такой страх и отчаяние, что я просто не могу справиться. Хорошо, детки спят… Пулей бегу в ванную, которая находится в номере, и выплескиваю часть эмоций. Вместе с ними плещется вода, я включаю кран.
Как оказывается, сделала я очень правильно. Сразу умылась ледяной водой и плюс… Мои короткие рыдания не были слышны в номере. Ведь когда я возвращаюсь, там меня ждет Ямаев.
Запыхавшийся, взмыленный. В серых глазах лихорадочный блеск. У меня сразу проносится мысль, что Кирилл исполнил свою угрозу. Хоть и странно, что он сделал это так быстро. Я ожидала новые попытки шантажа.
— Что с тобой?
Ямаев тоже ведет себя неожиданно. Думала, спрашивать он будет о другом.
— Мм… Плохо себя почувствовала.
В принципе, не вру.
— Нужен врач? — Булат хмурится.
Резко мотаю головой.
— Нет-нет! Все прошло…
Хотя ничего не прошло, конечно. Булат еще раз внимательно смотрит мне в глаза, потом засовывает пятерню в свои волосы.
Надеюсь, я не слишком заплаканная. Когда не тру глаза, они не опухают. А тут еще и умылась.
— Марика, то, что ты видела… Это не то! Не то, о чем ты могла подумать. Кхм… Банальщина.
Я даже не сразу въезжаю. Он про них с Боженой? Выдавливаю из себя кривую улыбку.
— Это ведь совсем не мое дело, Булат Романович.
Ямаев вновь сканирует мое лицо. Качает головой.
— Брось, — он не поверил, — мы с Боженой разошлись еще до того… До того, как мы целовались с тобой. Сейчас она пытается все вернуть таким вот активным способом. Но я с ней больше не буду.
Не верю своим ушам. Щеки вспыхивают. Он что, оправдывается передо мной?
— Вы не обязаны ничего объяснять…
— Марика!
Как он своими эмоциями не разбудил детей, не знаю. Как настолько быстро оказывается рядом, тоже. Чувствую на своих плечах горячие ладони. Господи, он раскалился как печь! Тонкая ткань платья вообще не преграда для этого жара.
— Что, Булат?.. — говорю одними губами.
— Я же вижу, ты расстроена.
Ух, он прямолинейный в отличие от меня. Но что он хочет?
— Вас это так волнует?
Не могу переступить барьер прислуга-шеф. Хоть за нашими спинами и спят двое общих малышей. Наверное, сегодня я как никогда ощутила свое место.
Но в то же время и я переполнена эмоциями. Часть из них прыскает новыми слезами. Часть вскипает внутри. Глубоко дышу, Булат тем временем говорит еще что-то.
— Меня волнуешь ты. Разве не заметно?
Он сбавил тон. Словно приоткрыл что-то сокровенное. Я же вздергиваю подбородок.
— Нет. Незаметно, Булат Романович.
Мужчина издает хриплый рык. Его руки сжимают мои плечи. Не больно, но ощутимо.
— Тебе так нравится мое отчество? — интересуется он с сарказмом.
— Вы мой хозяин и…
Не могу договорить. Мой рот занимает его горячий язык.
— Хотел бы я быть твоим хозяином.
* * *
Булат
Почему я слетел с катушек? Да черт знает! Изначально я шел объясниться цивилизованным путем. Да, Божена меня разозлила. Но я успокоился, пока поднимался наверх. Просто хотел сказать, что был совершенно свободен, когда мы с Марикой целовались. И что сейчас инициатива шла не от меня.
Уже на этом этапе можно было задать себе вопрос — зачем? Что даст Марике эта информация? А потом развернуться и уйти. Влить в себя пару стаканов ледяной воды. А лучше сожрать ведерко льда. И успокоиться!
Но нет, я резво поднялся по ступенькам исторического здания. Открыл дверь. Глянул, что дети спят. В санузле лилась вода, и я просто ждал, когда девушка выйдет. И она вышла… Явно расстроенная.
Дьявол, она выглядела такой беззащитной и чувственной одновременно! Все мой цивилизованный настрой улетел… Очень далеко.
Так на мои поцелуи еще никто не отвечал. Она вообще себя не контролирует, вся отдалась чувствам. Прямо как та…
Впрочем, нет! Прости, незнакомка, все между нами было чудесно, но… Ты и рядом не стоишь с моей обворожительной няней.
— Булат…
Она выдыхает мое имя со стоном, как будто просит помощи. Но совершенно зря. Ведь я только углубляю поцелуй. Мне нужен еще глоток этого жара. Ее нежности, сладости. Я не притронулся к разнообразию десертов. А вот смаковать ее готов часами. Господи. Отрываюсь лишь чтобы сказать…
— Я хочу быть с тобой.
Не лучшее время для громких слов, когда срывает крышу от страсти. Но и ничего не сказать не могу. Марика лишь всхлипывает.
Какая она чувствительная, отзывчивая. Моя девочка. Да, я хочу, чтобы она была моей во всех смыслах. Хочу!
Отпускаю ее только для того, чтобы запереть дверь. Парни спят — не подводят своего папочку. Но я все равно утягиваю свой лакомый кусок в ванную. Там нас ничто не будет смущать. А еще здесь есть окно и мягкий послеобеденный свет золотит ее кожу…
Пока подхватывал ее под бедра и нес сюда, она, кажется, не дышала. И сейчас глядит мутным взглядом, словно из какой-то параллельной реальности. Не понимает до конца, что происходит. Ничего… Главное, чтобы почувствовала.
Забираю губами мочку ее ушка, на которую так давно пялился. Сережка, как я и думал, колется. Такие же были у… У той. Черт, наверное, не совсем правильно сравнивать! Приходит как-то само собою. Еще у них похожий цвет кожи. Хотя