Пытаюсь выкинуть из головы незнакомку, но когда тяну платье Марики вверх и скольжу ладонями, нащупываю ту самую родинку над булочкой. Вот же!
Очерчиваю ее пальцем, вызываю у девушки судорожный вдох. Она в моих руках, полностью доверилась и это… Это крышесносно. Я бы мог опозориться как юнец, если бы животная страсть настолько не была разбавлена нежностью к ней. Я никогда такого не чувствовал. Чтоб мне провалиться!
Хотя исчезать не время. Совсем не время! Я собираюсь насладиться ею сполна.
Убираю волосы, которые сам же распустил, от шеи, припадаю губами и… Ощущаю бугорок. Шрам!
Нет, меня не напугала бы так особенность кожи. Тем более, шрамик светлый, не противный на вид и на ощупь. Да меня от этой женщины ничего бы не оттолкнуло! Дело в другом.
— От чего он? — хриплю.
Марика понимает.
— Я удаляла родимое пятно. Это было нужно, чтобы не терла одежда.
Меня словно ошпаривает. Или наоборот окатывает льдом. Я уже слышал эту фразу!
У скольких людей может быть шрам от аппендицита, сбитая коленка или даже переносица?.. Да у кучи. А у скольких есть милый шрам от горизонтального шва на месте, где плечо переходит в шею? И при том еще у этих людей есть родинка справа ниже поясницы.
Отстраняюсь, смотрю ей в глаза и вижу в них… страх! Не недоумение, не желание продолжить. А панику, черт подери! И как бы я не хотел ее, я уже тоже не смогу продолжать.
— Нам есть о чем поговорить? — вскидываю бровь.
Марика сглатывает.
— Мы можем… Сделать это дома?
Глава 19
Марика
Господи, ну как так?! Зачем я позволила себе растаять в его руках?.. Пусть это самое лучшее место на свете для меня. Я не должна была выключать голову.
Я пыталась решиться долгие недели. Выбирала момент. А сейчас у меня есть лишь пара часов, пока Булат попрощается с близкими, и мы доберемся до особняка. Уф… Как быстро я потом вылечу оттуда?
Мужчина кидает в меня недоверчивые взгляды, пока мы приводим себя в порядок. Его тело еще не остыло от чувств ко мне. А в душе наверняка уже все упало.
Я обманула его! Как ни крути, а я его обманула…
Андрей проснулся, и отец сам берет его на руки. Да, малыши уже окончательно не только мои. Не знаю как, но мне нужно договориться с их папой. Я должна остаться рядом с ними и… я так хочу остаться рядом с ним.
Я хочу с тобой быть — сказал мне Ямаев. Наверняка он уже отозвал эту фразу в своем мозгу.
Телефон звякает смс. Кирилл. Господи, мой бывший создан, чтобы портить мою и без того сложную жизнь.
— Что там? — Ямаев замечает мою реакцию.
Чувствую, как губы сводит судорогой. Мотаю головой.
— Ладно. Едем домой.
Пока Булат со всем переговаривается, я двигаюсь за ним на автопилоте. Тело еще потряхивает от сладких эмоций, которые он заставлял меня испытать совсем недавно. И от страха, который охватил меня сейчас. Перед глазами мелькают лица, улыбки, красивое убранство ресторана.
И только по дороге к машине я четко понимаю — бояться поздно! Больше нет времени дрожать как осиновый лист. Я должна собраться… Мне нужно быть убедительной и сильной. От этого зависит моя жизнь и дальнейшая судьба малышей. Я просто обязана постараться ради них. И… Ради себя? Ведь я также осознаю, что в Ямаева я уже бесповоротно влюбилась.
Булат не ведет себя со мной грубо. В машине молчит или говорит в основном с маленькими. Но помог мне забраться, спросил — взяла ли я свои вещи. По пути предложил воды.
Хотя на последнее его, наверно, натолкнул мой вид. Скорее всего, в лице ни кровинки.
Можно было бы расслабиться, подумать, что он так же спокойно воспримет все новости. Что он совсем не разозлился моему вранью. Но… Слишком хорошо я знаю Ямаева! Не понимаю, когда успела, но я уже изучила его. Наверняка внутри мужчины пожар.
Он сам берет детей, когда выходим из машины. Это уже звоночек… Больше он не видит меня их няней. Хоть и не факт, что догадался — я их мать. Пока он явно понял одно, что мы были вместе.
Ляпнула же я про это родимое пятно! Хотя… Может, оно и к лучшему?
— Уложи детей и жду тебя в кабинете.
М-да… Булат занес сыновей в детскую и быстро оттуда вышел. Хочет он разорвать со мной контракт или нет, сейчас он сам не в состоянии возиться с малышами. Я заметила, как подрагивали его сильные руки.
А я смогу уложить малышей? Ответ может быть только один — да. Разница между мной и их отцом в том, что я была рядом с ними в любом состоянии. Когда боялась, грустила, чувствовала полное отчаяние. Материнский инстинкт и безграничная любовь никуда не девались.
Маленькие засыпают не без капризов. Устали в дороге, а может быть, чувствуют напряжение в доме. Уходит, наверное, час, пока я освобождаюсь. Ямаев меня еще ждет?
Я переоделась в первые попавшиеся майку и шорты, волосы убрала в хвост. В платье было бы неудобно с детьми.
Когда снимала его, чувствовала запах мужчины. Так засосало под ложечкой, что чуть не разревелась прямо в детской. Как я умудрилась настолько вляпаться?! Ладно, вранье было вынужденным. Но влюбилась я в него по собственному желанию.
Или такие вещи тоже происходят против воли?..
Оставляю детей с видеоняней, делаю глубокий вдох и выхожу. Спускаюсь на негнущихся ногах вниз. Дверь в кабинет хозяина приоткрыта. Я сразу вижу его — он ходит взад-вперед мимо окон. Дождался меня… И совсем не спокоен. Вхожу.
— Почему ты не сказала, что мы уже встречались?
Усмехаюсь, хотя мне до шуток. Мог бы и сам запомнить меня. Но основной вопрос у нас не в этом, так что придерживаю сарказм.
— У меня были причины.
Булат ерошит свои волосы, как тогда, в номере.
— Все могло бы пойти не так… Неужели тебе негде работать, кроме как горничной? Кто ты такая?!
В его тоне нетерпение. Набираю воздух.
— Я устроилась к вам под реальным именем. И насчет опыта работы сказала правду. Корочки об образовании также подлинные. Я специалист в сфере услуг.
Ямаев жадно хватает воздух.
— Ну ладно, ты могла попасть ко мне случайно! Но после… Почему молчала? Ты ведь узнала меня, потому что сейчас понимаешь, о чем я говорю.
Тут я не могу сдержать смешок.
— Я