— Они это серьезно? — усмехается Бенуа. — Звучит, как что-то из «Раймонды».
В балете, который мы ставили прошлым летом, были крутые костюмы и интересная хореография, но в историю про богатого парня, который похитил девушку, уже помолвленную с другим, было трудно поверить. До этого момента.
— Они не могут реально обсуждать, как поженят тебя с кем-то, — бормочет Нокс позади меня. — Только через мой труп, — он складывает руки точно, как папа, когда говорит эти слова.
Наверху, в пятой ложе, отец задумчиво спрашивает:
— Разве у вас нет своего тайного клуба, который бы мог прийти на помощь?
Мистер Фьюри фыркает.
— Сам факт того, что вы о них знаете, уже объясняет то, почему я к ним не обратился.
— Не будь к себе так строг, Фьюри, — самодовольно говорит дядя Кайан. — В конце концов, знать о чужих делах — наш бизнес.
— Об этом я и говорю. У всех нас есть свои территории. У Бордо — Глубокий Юг. МакКенноны — запад, Лучиано — северо-восток. Фьюри и Уайлды контролируют Аппалачские горы и юго-восточное побережье. При этом Фьюри едва держатся. Пока что. Нас вырезали, семью за семьей, а Уайлдов становится столько больше. Все хотят добраться до трона, и я не собираюсь преклонять колено. Они уже лезут в Миссиссиппи и Пенсильванию, земли Бордо и Лучиано. Вам это не нужно. Поверьте,
— Северо-восток принадлежит моему кузену, — поправляет дядя Сев. — Я больше не в игре.
— Какого хуя, Северино? — рычит дядя Кайан.
— Слушай, я на твоей стороне до того момента, когда моей Брайли придется выйти замуж за монстра.
— Монстра? — шипит мистер Фьюри.
— В этом есть смысл, — соглашается дядя Кайан. — Ты же не хочешь сказать, что этот с бешеными глазами — в своем уме? Я ни за что не позволю ему жениться на моей девочке.
— Они не монстры, — мягкий голос Куинни теперь звучит жестко. — Орион, Дэшиэл и Хаттон, они… просто мальчики.
Голос Кинга тоже становится жестче.
— И каждый из них в отдельности видел в жизни больше, чем все ваши избалованные принцессы вместе. Вы не знаете, что мы потеряли в этой войне. Моя родная сестра… — он умолкает.
Мальчик со скетчбуком хмурится, глядя вверх, на ложу. Экран планшета в руках его сидящего рядом брата темнеет. Тот, что не переставал смотреть на меня, в последний раз раскрывает нож и откидывается назад, сложив руки на груди, и отводит взгляд.
Теперь он смотрит на дверь, будто ждет, что в нее кто-то ворвется. Что само по себе довольно забавно, потому что Консерватория Бордо является нейтральной территорией. Это все знают. Это самое безопасное место на свете.
Я перевожу взгляд обратно на ложу номер пять.
Куинни произносит шепотом что-то, чего я не могу разобрать, потом начинает говорить громче, мягко, но уверенно.
— Кинг недавно потерял сестру, когда Уайлды мстили другой ветви семьи Фьюри. Поэтому мы здесь. Война поразит не только ветвь Кинга. Враги хотят стереть нас с лица земли. Все знают, к чему мы стремимся. Мы хотим сделать голубые горы безопасными. Пусть не по закону, а так, как принято у Фьюри, но за основу взять семью, сообщество и землю. Не жадность или амбиции жаждущих власти людей, цепляющихся за контроль. Нам нужна ваша помощь.
Воцарившаяся тишина напоминает мне о похоронах.
— Сожалею о вашей потере, — в конце концов отвечает папа, прежде чем его голос становится на удивление холодным. — Но мы не пожертвуем дочерями ради того, чтобы вы держали вашу вражду в узде. То, что вы потеряли члена семьи, неважно, насколько трагически, говорит лишь о том, что мы должны лучше защищать наших любимых.
— Он прав, — добавляет дядя Кайан. — Мы с женой больше десяти лет назад запретили браки по договоренности в нашем обществе, еще до того, как мы образовали Труа-гард. Мы не будем к этому возвращаться. Мы не отберем у дочери право голоса в ее новой жизни.
Люси касается моей ладони, и я сжимаю в ответ ее. И Брайли тоже беру за руку. И хотя она ненавидит такие вещи, я не удивлена, когда она с силой сжимает мои пальцы. Иногда она бывает мягкой. Особенно когда напугана.
Бенуа прав. Все это похоже на балет, в котором мы танцуем. Но в реальной жизни родители ни за что не позволят нам выйти за тех, кто нам не нравится. Правда же?
— Вы исполните соглашение между Труа-гард и Фьюри, — настаивает Кинг, каждое слово звучит тяжелее предыдущего. — Или вы не держите слово?
— Конечно, держим, — отвечает Кайан. — Но сделанные по пьяни ставки — другое дело. Черт, мы бы тогда отдали, что угодно, если бы ты попросил…
— Это будут мои мальчики или никто! — его голос гремит над ложей номер пять. — В нашем мире сейчас только свадьбы имеют хоть какое-то значение. Клятвы, заключенные вместе с браком, священны. Соглашение между Труа-гард и Фьюри обеспечит выживание всем нам. Мы будем не просто защищать нашу невесту. Мы примем на себя привилегию и право сражаться на стороне ее семьи и будем ждать того же взамен. Я не могу позволить вам заключить такой союз с теми, кто хочет причинить вред мне и моим близким.
Сильнее сжав руку, Люси прижимается ко мне. Даже Брайли придвигается поближе. Милые Бенуа и Нокс выпрямляются во весь рост, будто готовясь к драке.
Мальчик с ножом снова смотрит на меня.
— Ты говоришь так, будто они — пешки, — возражает тетя Лэйси.
— Тут вы ошибаетесь, миссис МакКеннон. Они будут править империей Фьюри. Потомки Кинга признают их королевами в собственном праве, — его голос смягчается. — Как я признал Рут. Мою Куинни.6
— Не волнуйся, cher, — шепчет Бенуа, сжимая мое плечо, и я понимаю, что начала дрожать. — Клянусь, мы с Ноксом будем защищать тебя даже ценой своих жизней.
Я почти усмехаюсь.
— Не будь таким драматичным, Бенни.
Он хмурится.
— Ну, если этот парень хоть что-то сделает, Сабина первая порвет его на куски.
Бенуа, как всегда, проявляет верность, особенно в отношении женщины, которая нашла его после того, как последний из крупных ураганов разрушил его родной дом. Папин менеджер по безопасности не переставал помогать с поисками его родителей. Но пока что одна из моих бабушек, мадам Джи, усыновила его.
И он прав. Сабина и ее жена, офицер полиции, управляют городом, когда мама с папой ездят по стране с мамиными шоу. Они защитят нас. И все остальные — тоже.
— Пешки. Королевы. Красивые слова, за которыми скрываются мерзкие